Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза - Страница 925

– Она уехала за границу? Паспорт забрала. Она ведь тебе говорила, куда собирается, да? Наверняка говорила…

– Ты знаешь Дом с колодцем? На Клифф-роуд? – спросила я.

Он наморщил лоб.

– Тот, который на холме? Знаю. А что?

– Приезжай туда завтра в полночь, и я отведу тебя к ней.

– Почему там? Почему в полночь?

– Там все узнаешь, обещаю. Только не опаздывай.

Вторник, 25 декабря

1. Старики, вечно жалующиеся на молодежь, которая «не вылезает из телефонов».

2. Большеголовая Эдна из ЖМОБЕТ: я бы посоветовала ей засунуть свои советы себе в задницу, но боюсь, жировые складки этого не позволят.

3. Врач на сайте «Доктора Онлайн», который пишет, что младенцы в утробе пинаются «безболезненно».

4. Люди, которые зимой ходят в резиновых шлепанцах.

5. Вся королевская семья.

Проснувшись, первым делом обновила страницу Эй Джея в Фейсбуке: «Ребята, всех с Рождеством, с приветом из Китая! Это я на Великой стене!» Под постом уже тридцать три лайка.

День получился хороший. Не очень-то рождественский, несмотря на всю эту мишуру, огоньки и клюквенный соус, который в меня вливали, но все равно хороший. Только я, Джим, Элейн и Дзынь. Подарки мы разворачивали все вместе: Джиму я купила набор для строительства модели корабля, новую подушку под колени для работы в саду и книгу про войну в твердом переплете, которую он как-то упоминал.

– Ух ты, просто фантастика, как приятно, что ты запомнила. Спасибо, моя хорошая!

Элейн получила свитер, духи и крем для рук с тем же ароматом, а еще набор ароматических свечей.

– Ох, Рианнон, сколько же ты денег на нас угрохала! Вот спасибо!

Они подарили мне набор «Яблоневый Коттедж» – с огородом, садовой мебелью и вдобавок целой семьей панд (хорошо), блузку (ужасно), книги (две для молодых матерей, одну про первый год младенца и ежедневник с Сильванианами), духи, от которых я покрылась сыпью, браслет фирмы «Пандора» (не налез) и несколько DVD с фильмами, к которым я никогда не проявляла интереса.

– Спасибо, дорогие. Это все… очень мило.

За этим последовал неизбежный гигантский ужин, боли в желудке, фестиваль пердежа, пляжно-галечная прогулка с собакой и марафон телепередач, а дальше – леденящее душу предчувствие недели хронического несварения и заточения в компании друг друга.

Общий подарок на двоих я вручила им не сразу – дождалась, когда оба переоденутся в пижамы.

– Слушайте, я забыла про еще один ваш подарок, простите. Он тут в диван провалился, вот, нашла.

Я жестом фокусника извлекла белый конверт и вручила его Джиму.

– Еще подарок? – зевнув, удивился он. – Рианнон, да ты уже и так нас задарила.

– Да ладно, это так, ерунда. Откройте, посмотрите.

Я взяла Дзынь на руки, и мы вместе наблюдали, как они с любопытством распечатывают заклеенный конверт.

Элейн нахмурилась. Посмотрела на Джима, потом опять на билеты и, наконец, на меня.

– Это нам?

– Ага. Вы оба отправляетесь в спальном вагоне завтра утром!

Джим засмеялся.

– Дорогая, это неделя в Шотландии. Мы попадем на Хогманай[674]! О, Рианнон, ну это уже чересчур!

– Ничего не чересчур. Это вам в благодарность за то, что вы так заботитесь обо мне – и о Дзынь тоже. Мне бы хотелось хоть чем-то ответить на вашу доброту.

Элейн расплакалась.

– Но это ведь прямо завтра? Я же не успею собраться. Нужно упаковать чемоданы. И на кухне все вверх дном…

– Можно собрать чемоданы прямо сейчас, – предложил Джим.

– Конечно, а в кухне я потом сама приберусь, об этом не беспокойтесь, – сказала я.

Но она все продолжала придумывать непреодолимые препятствия.

– А как мы попадем на вокзал? Где оставим машину? Как жаль, что ты не предупредила нас заранее.

– Но ведь в этом и смысл подарка, Элейн! Это сюрприз! – сказала я. – Я отвезу вас утром на вокзал, так что о парковке можно не беспокоиться. А в Эдинбурге я забронировала для вас пятизвездочный отель и все, что нужно.

Элейн погладила Дзынь по голове.

– А когда мы возвращаемся?

– Первого января.

– А как же ты? А Дзынь? Кто будет за вами ухаживать?

– Я вполне в состоянии сама о себе позаботиться. А если мне вдруг понадобится помощь, у меня есть друзья, которым я могу позвонить. А Дзынь, если хотите, можете взять с собой – как тогда с Озерным краем.

– Дорогая, как ты на это смотришь? – спросил Джим, чуть не подскочив от восторга.

– Я не могу выгуливать ее так часто, как вы, – добавила я. – Возьмите ее с собой в Шотландию, покажите ей достопримечательности. В спальный вагон с ней можно.

– Да, – сказала Элейн, прижимая Дзынь к щеке. Дзынь лизнула ее в нос. – Конечно, мы можем ее взять.

Элейн вдруг уставилась на билеты, которые держала в руках, и Джим посмотрел на меня.

– Что такое, милая? – спросил он у нее.

– Ведь первое января – это уже следующий год. Я не хотела думать о следующем годе. Год будет непростой, да? Суд.

– Но это уже в следующем году, – сказал Джим. – А пока давай думать про этот.

Она всхлипнула, поперхнувшись слезами.

– Я всегда мечтала поехать куда-нибудь на Новый год. Спасибо, Рианнон.

Она нагнулась, чтобы меня обнять, но Дзынь обогнала ее и первая прыгнула ко мне в объятия.

– Ты уверена, что мы можем ее взять? – спросила Элейн.

– Конечно.

Подарок от Марни я развернула последним, пока Джим подбирал с пола оберточную бумагу и разглаживал, чтобы использовать заново на будущий год, а Элейн рылась в корзине для грязного белья, чтобы организовать вечернюю стирку. Это была книга – старый потрепанный экземпляр «Ветра в ивах» с подписью внутри на обложке, сделанной детской рукой:

Больше никаких приписок в книге не было, если не считать одного-единственного предложения на двадцать третьей странице, подчеркнутого красной ручкой:

«Таков был первый из многих дней, проведенных на реке Кротом, столь неожиданно изменившим свою жизнь»[675].

Я потом полдня из-за этого улыбалась.

Убедившись в том, что и Джим, и Элейн уснули, я выскользнула за дверь и поехала в Дом с колодцем. Отперла дверь черного хода, открутила болты на крышке из оргстекла и сделала себе чай. А потом пошла в гостиную и стала ждать. К 00:03 крыса моя была уже в ловушке и пищала оттуда как сумасшедшая.

– Выпусти меня отсюда! – гулко и с болью в голосе звучало из открытого колодца. – Я ногу, бля, сломал! Пожалуйста!

– Все будет в порядке, – крикнула я вниз. – В конце января сюда приедут арендаторы, и им наверняка захочется тебя оттуда вытащить, прежде чем заселяться.

Я бросила ему коробку шоколадного ассорти «Кэдберри».

– На твоем месте я бы постаралась их растянуть на подольше.

Тим принялся рыдать в голос, всхлипывания отражались от стен колодца, прерываемые частыми вдохами.

– Слушай, ну перестань, никакой трагедии не произошло.

– Да я… я тебя убью, мать твою! Сука, бля!

– Чур, сначала я тебя.

На ночь я в последний раз взяла Дзынь с собой в постель. Думала, она сделает как раньше и будет спать, свернувшись клубочком у меня на локте, но она решила иначе. Мы лежали примерно полчаса, когда она услышала, как Джим закашлялся, выбежала из моей комнаты и бросилась в его спальню. Я услышала, как она заскочила на кровать к нему. Там она и проспала до утра.