Миллион лет до н.э. (СИ) - Сирин Инна - Страница 30

— Сана. У меня есть просьба.

— О чём?

— Если вдруг так случится, что у меня будет как у Нолы, возьми самый острый нож, разрежь мой живот и вытащи ребёнка.

Женщина с ужасом посмотрела на меня.

— Я серьёзно. Там, откуда я пришла, так делают. Если мать не может родить и уже ушла, можно спасти малыша. Если я не смогу, я хочу, чтобы у Аура остался наш ребёнок. Знаю, ты поможешь его вырастить.

— Но тебе будет больно.

— Не будет. Если я уже уйду, я ничего не почувствую. Только режь аккуратно, как тонкую шкуру. Будет как бы несколько шкур, а дальше малыш. Чтоб его не ранить…

— Я поняла. Но я хочу верить, что мне не придётся это делать.

— Я тоже хочу в это верить, — я грустно улыбнулась.

Это была чистая правда. Я всё продумала и мысленно была уже ко всему готова. Я видела как нервничает Аур, как ему страшно. Если Сана права и он не любил Нолу, как любит меня, то ему вдвойне страшней меня потерять.

На следующий вечер мы поженились. Аур крепко держал меня за руку и пожирал восторженным взглядом. Шаман пел нам и посыпал священной красной охрой наши сцепленные руки. Он желал нам счастья и много детей. А ночью я утащила теперь уже мужа в долгое томное эротическое приключение. Беременность сделала меня очень чувственной, я легко возбуждалась даже от его взгляда. А тут он был в полном моём распоряжении и у нас брачная ночь. А денег не подарили, чтобы их пересчитывать. Я сама посмеялась со своей шутки, а он подумал, что я какая-то страшная богиня, если могу смеяться в такие моменты.

Аур боялся навредить малышу, поэтому я взяла всё в свои руки и сама управляла процессом. Мне всегда нравилось утверждение врачей, что малышу полезно чувствовать любовь родителей, а спазмы матки полезны как тренировка перед родами. Вот мы и тренировались. Порой очень усердно.

Когда этот день настал, я почувствовала стабильные схватки, пока не очень болезненные, то сказала мужу, что хочу редкую рыбу. Чтобы ее поймать, надо было уйти в горы, там озеро, где мы иногда рыбачили. А ещё хочу зайца или кролика. Это должно было озадачить его как минимум на сутки. Возможно мне повезёт и всё закончится до его возвращения.

Аур поверил, он уже привык исполнять любые мои хотелки немедленно. А учитывая, что я уже неделю нормально не ела, позвал охотников и почти все мужчины ушли. А я поковыляла к Сане.

— Началось.

— Уже? — женщина удивительно проворно подбежала ко мне, положила руки на живот и замерла. Она дождалась нескольких схваток, затем прижалась ухом, и удовлетворенно кивнула.

— Он готов появиться.

— Я тоже готова. Ты помнишь наш уговор, Сана?

Женщина кивнула, достала из поясной сумки небольшой острый кварцитовый нож и показала мне.

— Хорошо.

Для родов мы подготовили самые мягкие шкурки кроликов, чтобы завернуть малыша, чистую воду из теплого источника принесут, когда будет уже близко. Сана сказала мне много ходить, сама проверяла как идут дела, какие схватки и прочее. Байя тоже подбадривала, качая свою девочку, которая сегодня плохо спала.

Весь день женщины по двое ходили со мной, держали за руки и пели мне песни, чтобы отвлечь от боли. Уже наступила ночь, я очень устала от постоянного пребывания на ногах. Тогда Сана уложила меня на шкуры под скальный выступ и велела найти удобное положение. Я крутилась в разные стороны, поднимала и опускала конечности, пыталась что-то подкладывать, но всё равно было неудобно. Женщины всё еще менялись, чтобы мне петь и меня тоже петь заставляли. Это были скорее горловые звуки типа «оааауууоооааааууууооохооо». Но в определенном ритме и скорости. И я вдруг поняла, что когда старательно пою, мне и правда легче проживать схватки. Какие же мудрые эти древние люди. Ну вот откуда они это всё знают? Просто чувствуют и наблюдают? Или у нас правда был кто-то, кто всему учил людей, как своих созданий или детей?

Наконец я почувствовала их.

Потуги.

Это было не спутать ни с чем.

— Сана! Неси нож!

— Зачем, глупая?! Всё хорошо идёт. Дыши.

— Господи, как же больно, — причитала я между вдохами.

Да, вся эта подготовка, видео из роддомов, интервью с врачами — всё вылетело из головы от неимоверной боли и страха. Я запаниковала, несмотря на сотни раз самовнушения, что уж я то, да никогда! Из-за паники дыхание сбилось, я вся сжалась от крика, и заметалась на шкурах.

Сана отвесила мне болезненную пощечину.

— А ну ка приди в себя!

Она взяла меня за обе руки, потянула на себя и глядя в глаза сказала:

— Я помню наш уговор, но ты обещала мне, что не будешь как Нола, что справишься и будешь слушать меня. Обещала?

Я сдавленно пикнула и кивнула.

— Тогда соберись. Тебе нельзя уходить, иначе наш вождь лишится своего духа. А вам с ним еще нового вождя надо вырастить.

Я заплакала и снова посмотрела на подготовленный для кесарева сечения нож. Увижу ли я своего ребёнка и мужа?