Первый Артефактор семьи Шторм 3 (СИ) - Окунев Юрий - Страница 50

Сила Юрия Привалова, казалась, была отражением богов. Он был их уменьшенной, но всё ещё мощной копией. Лишь единицы вне зала Совета Князей могли с ним говорить на равных. Даже сейчас, в семейной флигеле, от него исходили такие потоки энергии, что, казалось, он способен испепелить любого просто усилием воли.

— Отец, — склонила голову Роксана, приветствуя его.

— Чего не спишь, Ксю? — сказал он нежно.

— Вот тренируюсь. — Она обвела руками зал.

— Хочешь стать сильнее, — задумчиво сказал Привалов.

— Да.

— Не можешь отпустить вертолёт? — вдруг спросил он, и Роксана удивлённо посмотрела на отца. В его глазах читалось искреннее беспокойство.

Она мягко улыбнулась.

— Пап, всё хорошо. Я действительно… отпустила ту ситуацию. — Она опустила голову. — Меньшиков мне в этом действительно помог.

Она не увидела, как лёгкая гримаса пробежала по лицу Юрия Привалова, поэтому спокойно продолжила:

— Но сильнее нужно становиться всё равно. Враги есть у всех, а особенно у правителей. Как я могу быть твоей дочерью и отлынивать?

Привалов довольно кивнул. Но сказал другое:

— Не перестарайся. Сгореть в собственном пламени может и красиво, но не слишком эффективно. — Он вдруг стал суровым. — Особенно, если ты горишь по глупости.

Роксана автоматически сделала шаг назад, когда гнев отца, такой неожиданный и страшный, выплеснулся наружу в виде потока силы.

— Я чуть не потерял тебя, а ты полезла в очередную авантюру? — рыкнул Князь.

— Ты о чём, папа? — удивилась она, пытаясь понять, где прокололась или кто её мог сдать.

— Я не знаю, что задумала эта старая ворона…

— Папа!

— … я имею право её звать именно так, в отличие от твоего брата. Так вот, не знаю, что задумала эта старая ворона, но если ты помогла ей…

— Я в отпуске уже пару недель! — возмущённо и в то же время облегчённо ответила Роксана. — Что случилось?

— Она зачем-то стянула в дом своего внука пару десятков солдат и несколько одарённых. Не знаю, что она задумала, но, если она поддалась безумию Штормов, я не ручаюсь за безопасность города. Что? Что случилось⁈

Роксана, уже не слушая отца, резко выбежала из флигеля. Со стороны это могло выглядеть так, что она беспокоится о начальнице, но на самом деле всё было гораздо хуже.

— Петя! Нет!

Их плану, — ЕЁ ПЛАНУ — сейчас угрожала смертельная опасность.

Пётр Меньшиков стоял перед открытыми дверьми вертолёта и смотрел на тонкую линию света на горизонте. Юсупов задержался с началом атаки, поэтому темнота уже не скрывала вертолёт в небе.

Но судя по дыму и грохоту выстрелов там внизу, сейчас никто не обратит внимание даже не летающий корабль, не говоря про вертолёт, который ещё и окружили коконом магии воздуха, чтобы заглушить звук и скрыть его от посторонних глаз.

Сам Пётр стоял у раскрытой двери, защищая пространство от ветра щитом из полупрозрачного тёмного Дара. Он ждал момента, чтобы начать действовать, но он всё не наступал.

— Они отбиваются слишком долго. Там много людей, — пробормотал он, глядя на дым и вспышки Дара, причём с обеих сторон. — Кого ты позвал, Шторм?

Пётр повернулся в сторону кабины пилотов, надеясь увидеть за штурвалом Кирилла Привалова — он неплохо управлял винтокрылыми машинами. Но Огненный паук предпочитал плести свои паутины издалека и сейчас отправил с Меньшиковым доверенных людей.

На самом деле, никто из присутствующих в вертолёте не знал, что перед ними наследник Тёмного князя. Пётр надел балаклаву, защитные очки, натянул бронежилет, как обычный солдат с Даром. Мало ли тёмных в рядах армии?

— Почему они тянут? — нахмурился Меньшиков. — Уже давно должны были начать!

Вдруг он увидел мчащуюся по соседним улицам машину. Тёмно-зелёный джип с визгом поворачивал на перекрёстках, чуть не сбил раннего пешехода и, почти оторвавшись задними колёсами от асфальта, затормозил рядом с бульдозерами, вставшими вдоль забора территории Шторма.

Из машины вышли двое мужчин, открыли багажник. Оттуда вытащили пандус и выкатили инвалидную коляску.

— Во как. Сам патриарх решил присутствовать. Видимо его конкретно так довели, — усмехнулся Меньшиков, а затем скомандовал: — Полная готовность. Начинаем по команде.

Он продолжил смотреть, как напавшие обстреливают дом, подавляют запертых внутри одарённых, как Юсупов подъезжает к командиру осады, как тот отдаёт честь, а затем и приказ.

Спустя тридцать секунд бульдозеры, которые уже местами снесли забор, двинулись вперёд, доламывая остатки, снося кусты.

Обстрел защитников усилился, одарённые стали кидать атаки быстрее, а сам Юсупов несколько раз махнул культей, запуская в сторону дома компактные огненные торнадо с элементами тьмы.

От этой силы, даже у Меньшикова, который находился на высоте и в стороне, заныли зубы.

— Сильная старая тварь, — констатировал он, после чего приказал: — Начинаем! Максимальная концентрация на маскировке и шумоподавлении. Зависнуть над центром! Высота пять тысяч!

Вертолёт перестал висеть на месте, как стрекоза, и рванул к дому Шторма.

Лишь краем глаза Меньшиков заметил, как во дворе полыхнуло сильнейшее пламя, раздался визг и короткий вскрик. Пётр покачал головой:

— Всё-таки Юсупов совсем сбрендил.

Последний Страж «доложил», что к врагам прибыла ещё одна машина и вышел оттуда очень мощный одарённый.

— Кажется, у меня плохие новости: к нам приехал сам Юсупов, — сообщил Вороновой и Яростному.

От очередных осколков нас защитила помощница Александры Валерьевны, создав мягкий щит из своего геля.

— Давайте я выйду и поговорю с ним! Он не станет вредить бизнес-партнёрам, — предложил Алексей, но мы с Вороновой одновременно сказали:

— Нет!

— Почему?

— Думаешь, они перестанут стрелять, если кто-то вдруг выйдет из пролома? — кивнул на дыру в стене. — Они, скорее, усилят давление.

— А связь, напомню, заблокирована. Мы как крысы в банке, — дополнила Воронова. Затем она нахмурилась. — Что-то изменилось. Больше выстрелов. Грохот.

— Они начали двигать бульдозеры!

Откуда-то издалека раздался надсадный крик:

— Только троньте машину, су… — концовку фразу прервал грохот магического удара и вой огненного торнадо.

— Точно Юсупов. Старый извращенец, — процедила Александра Валерьевна.

Я лишь усмехнулся. Вы все стоите друг друга. Но говорить вслух ничего не стал.

Вместо этого я закрыл глаза и сосредоточился на следующей линии обороны. Не могу же я действительно допустить, чтобы машинка Черкасова пострадала?

— Давай-давай, ползи ближе, — пробормотал я, «глядя» на ситуацию через артефакты.

Стоило огромной махине сломать ворота и проехать половину нашей короткой подъездной дорожки, как ожили защитные артефакты.

Ну, защитными они были по функции, а по исполнению… Это были настоящие огненные кубы. Моментально температура на дорожке выросла почти до тысячи градусов, раздался короткий крик боли, застонал резко перегретый металл, и груда плавленного как сыр металлолома остановилась на дорожке.

— Спасибо, Шторм! — проорал из коридора Антон, а затем мимо затихшей железяки пронеслась небольшая песчаная буря, сметая шедших позади солдат.

Ещё один бульдозер сгорел около калитки — думал, что там будет легче проехать, но не обратил внимание на красивые кубики, что стоят по краям дорожки. Хотя, может дело в том, что стояли они за кустами.

Вот по поводу кустов у меня сожалений не было — они слишком плохо росли и походили на сухие заросли из фильмов ужасов, а не на нормальные растения. Теперь на их пепле можно посадить что-то свежее.

Если будет кому сажать.

В других местах бульдозеры продвигались к стенам дома, лишь иногда застревая на неровностях или упираясь в немногочисленные деревья и камни. Хотя последние они сносили без особых усилий, лишь повысив обороты.

А затем на дом посыпались гранаты из гранатомётов.