Письма из заключения - (Крестьянкин) Архимандрит Иоанн - Страница 1

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

ПИСЬМА ИЗ ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Публикуются впервые

Составитель Анастасия Горюнова

© Оформление. ООО «Вольный Странник», 2023

© Псково-Печерский монастырь, 2023

Предисловие

Письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина) из заключения никогда ранее не издавались. Издание стало возможным после снятия грифа «секретно» со следственного дела Ивана Михайловича Крестьянкина в прошлом, 2022 году. Чтобы полнее и глубже понять содержание писем, необходимо учитывать обстоятельства, в которых они были написаны. Кроме того, чтобы по возможности полнее раскрыть смысл писем батюшки из заключения, мы снабдили их обширными историческими комментариями, для чего провели дополнительную исследовательскую работу.

Подвиг исповедничества отца Иоанна в заключении длился без малого пять лет – с 29 апреля 1950 по 15 февраля 1955 года. Но судимость с Ивана Михайловича Крестьянкина не была снята еще в течение 34 лет. Так он и жил и стал всероссийским старцем, оставаясь в собственной стране «врагом народа». Только 14 марта 1989 года было получено заключение о том, что «Крестьянкин Иван Михайлович подпадает под действие ст. I Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 г. “О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в 30–40-х и начале 50-х годов”». Так, всего за год до своего 80-летнего юбилея, отец Иоанн был реабилитирован.

Каждый день заключения отца Иоанна – это страдания, исповедничество и бесценный духовный опыт, прикоснуться к которому читатель сможет на страницах этой книги.

Глава 1

Арест и следствие

В период следствия отец Иоанн не писал писем, поскольку после ареста всякие отношения с внешним миром были запрещены. В полной изоляции, бесправный, в руках палачей, он не имел возможности писать и получать письма. Но живой голос отца Иоанна сохранили листы следственного дела, и это не менее ценно, чем письма. Свидетельство исповедника об Истине под пытками, перед лицом предательства и лжи, может многому научить и помочь нам трезво взглянуть на самих себя.

11 апреля 1950 года иерей Иоанн Крестьянкин отметил свой 40-летний юбилей. Осенью того же года исполнялось пять лет его священнического служения. Но этот юбилей отец Иоанн встретил уже в ГУЛАГе. Батюшка был арестован в ночь с пятницы на субботу, с 28 на 29 апреля[1] 1950 года.

Между 4 и 5 часами утра 29 апреля на квартиру к отцу Иоанну, по адресу Большой Козихинский переулок, дом 26, квартира 1, пришли два человека – подполковник и капитан МГБ[2]. Они начали производить обыск, который длился до 11 часов дня. Кроме военных, при обыске присутствовали понятые – дворник и управдом.

Было «изъято для доставления в МГБ СССР следующее:

1. Паспорт VII – СУ № 723203 на имя Крестьянкина Ивана Михайловича.

2. Документы (справки и удостоверения) старые на имя Крестьянкина И. М. 27 шт.

3. Учебные конспекты Крестьянкина И. М. по дисциплинам духовной академии – 17 папок.

4. Письма разные – 21 шт. на 32-х листах.

5. Записные книжки с разными черновыми записями по духовенству – 4 шт.

6. Фотокарточки разных лиц – 27 шт.».

Также в описи имущества значатся

«крест священ. нагрудный белого металла 1; книги церковные разные 347 шт. старые».

В постановлении об аресте сказано:

«КРЕСТЬЯНКИН И. М. является антисоветски настроенным церковником. Во время чтений проповедей на религиозные темы среди верующих систематически открыто распространяет клеветнические измышления на советскую действительность. Выдавая себя за “прозорливого” и “исцелителя”, КРЕСТЬЯНКИН группирует верующих и особенно молодежь, которых обрабатывает в реакционном направлении, разжигая в них религиозный фанатизм. Враждебная деятельность КРЕСТЬЯНКИНА подтверждается показаниями свидетелей (имена). На основании изложенного, – КРЕСТЬЯНКИНА Ивана Михайловича подвергнуть аресту и обыску.

ПОМ НАЧ I ОТД 2 ОТДЕЛА 5 УПР МГБ СССР МАЙОР, подпись;

НАЧАЛЬНИК 2 ОТДЕЛА 5 УПРАВЛЕНИЯ МГБ ССР ПОЛКОВНИК, подпись;

«СОГЛАСЕН» – НАЧАЛЬНИК 5 УПРАВЛЕНИЯ МГБ СССР ПОЛКОВНИК, подпись».

По прибытии в Лубянскую тюрьму произвели личный обыск и сняли с отца Иоанна нательный крест, о чем в деле имеется квитанция № 504.

Первый допрос состоялся сразу, в день ареста, 29 апреля. В протоколе записано:

«Вопрос:

– Вы арестованы за проводимую вами антисоветскую работу. Намерены ли вы об этом правдиво рассказать следствию?

Ответ:

– Я следствию буду показывать только правду. Однако о проводимой мною антисоветской работе рассказать ничего не могу, т. к. я не могу вспомнить таких фактов в моих действиях и поступках, которые могли бы быть расценены как преступления».

Следующий допрос состоялся только 5 мая, после «майских праздников» – выходных для следователя дней. Второй допрос длился с 22:30 до 2:55. Для трех с половиной часов ночного допроса протокол на удивление короткий. Можно только догадываться, как из отца Иоанна в течение этого времени «выбивали» показания. Приводим протокол полностью.

«Вопрос:

– На допросе 29 апреля 1950 года вы неискренне вели себя на следствии, не рассказав о совершенных вами преступлениях. Предлагаем это сделать сегодня.

Ответ:

– Я и сегодня ничего не могу показать о совершенных мною преступлениях, т. к. в своих действиях и поступках никогда не усматривал ничего преступного.

Вопрос:

– Неверно. Вы арестованы за конкретные преступления антисоветского характера. Предлагаем показывать правду.

Ответ:

– Прошу мне верить, что на следствии я буду правдив, но преступлений антисоветского характера я не совершал и показывать мне об этом нечего.

Вопрос:

– Установлено, что вы среди прихожан церкви, где являлись священником, неоднократно при отправлении религиозных обрядов высказывали клеветнические измышления на советскую действительность. Покажите об этом.

Ответ:

– Я как священник, в силу своего служебного долга, отправлял религиозные обряды, однако никаких клеветнических измышлений на советскую действительность при их отправлении не возводил.

Вопрос:

– Вы лжете. По вашему делу допрошены целый ряд свидетелей, которые изобличают вас в том, что сан священника вы использовали не только для отправления религиозных обрядов, но и для проведения антисоветской агитации среди верующих. Показывайте правду.

Ответ:

– В мое сознание никогда не входила мысль, чтобы сан священника использовать для проведения антисоветской агитации среди верующего населения, и не думаю, чтобы верующие, которые посещают церковь, где я совершал богослужения, могли показать, что я когда-либо при отправлении религиозных обрядов допускал антисоветские выпады. Я прошу следствие это мое заявление проверить путем допроса моих сослуживцев по церкви священников: М., Я. и диакона Я., которые всегда присутствовали при отправлении мною богослужения и в отношении меня ничего предосудительного сказать не могут.