Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 (СИ) - Евтушенко Сергей Георгиевич - Страница 11

Звучный металлический щелчок — который нельзя было ни с чем перепутать. Оковы Судьбы возникли на запястьях у Надзирателя из ниоткуда, и тот слегка поморщился — неприятно было оставаться обездвиженным и обезвреженным. Знак доверия, огромного доверия с его стороны, и я не мог этого не оценить. Ключ от всех дверей, пока ещё не «встроенный» в меня, разомкнул наручники, те упали на пол с тихим звоном и исчезли.

— Зря осссвободил, — раздался ещё один знакомый голос откуда-то сбоку. — Надо было оссставить здесссь на сссутки-другие.

Как оказалось, Оррисс уже какое-то время назад приземлился неподалёку и с интересом наблюдал за происходящим. Как ни странно, Надзиратель даже не обиделся на подкол.

— Готов занять место обвинителя? — насмешливо спросил он. — Ради такого я не только постою тут, но даже позволю тебе покинуть темницу до конца ночи.

— Нет уж, ссспасибо, — фыркнул семиглазый ворон. — Ты сссам выбрал эту возню, вот и ссстрадай.

На самом деле, с Орриссом я тоже собирался поговорить, но это можно было отложить на время после суда. Древний ворон знал не просто много, а неприлично много, просто не всеми знаниями был готов делиться. Возможно, у него имелись идеи, как проникнуть в Закат или Йхтилл — по крайней мере, я бы не удивился.

— Вернёмся к делу, — продолжил Надзиратель. — Ныне у Оков нет ограничений, кроме ограничений твоей крови, фон Харген. Их изначальная сила сплавлена с твоей, подобно силе твоего револьвера.

Да уж, таких даров в Полуночи мне ещё не делали. Насколько это будет полезно — пока неясно, но применение найдётся наверняка.

— Спасибо, Надзиратель.

— Не за что. Ты готов к суду?

На сей раз состав присяжных немного изменился — Хвоя и Хагга заменяли Луну и Кулину, место Мордреда занял Кей. Терра «переводила» слова дриады для тех, кто не умел с ней общаться. Лаахизы тоже не было — она вела напряжённые переговоры в гостевых покоях с оставшимся в Полуночи Хадрианом, вместо неё пришла Альжалид. Арчибальд и Надзиратель остались за кафедрами защиты и обвинения соответственно, а другого судьи, кроме меня, традиции не предусматривали.

— Обвиняемый совершил тяжкое преступление…

Других обвиняемых в темнице и не сидело, так что даже удивительно, что Надзиратель нашёл двадцать работников «с виной не столь суровой». Первые трое заключённых шли как на подбор — засланный чернокнижник из Сумрака, наёмный убийца с мёртвыми глазами и ведьма с изуродованным лицом. На каждом — не менее десяти трупов гостей и не ключевых слуг, различались только мотивы. Саботаж, месть от какого-то обиженного короля и увлекательные эксперименты. Из всех троих лишь убийца принёс формальные извинения за свои проступки и негромко спросил, что стало с его страной.

Он находился в заключении чуть менее восьмисот лет. Даже Кас не смогла вспомнить название его мира, не то, что королевства.

Имя: Дакари.

Раса: Крылатая.

Родной узел: Вейсерр.

Преступления: Убийство высокопоставленного гостя, прямой обман хозяина Полуночи, воровство артефактов.

Год заключения: десять тысяч пятьсот сорок третий.

— Грехи обвиняемой говорят сами за себя, — проскрипел Надзиратель со своего места. — Тем не менее, она могла бы выйти на волю двумя столетиями ранее, коли бы… не упорствовала в злословии.

Не упорствовала в чём?

— Не упорствовала в чём? — эхом подхватил мои мысли Арчибальд. — Вы хотите сказать, что эта женщина отсидела свой срок, но не была отпущена?

— Я хочу сказать, что она отказалась уходить, — раздражённо ответил тюремщик. — Ей было предложено уйти не менее шести раз! И каждый раз…

Ему не дали договорить.

— Я не буду подчиняться бездушному трупу, нацепившему на себя корону мелкого божка. Меня обвинили ложно, неправомерно, и держали в заточении слишком долго! Я никуда не уйду, пока не получу положенную мне компенсацию, и её цена лишь растёт!

Суд в полном составе воззрился на крылатую, сидящую… нет, скорее восседающую в кресле напротив. Пёстрая ястребиная голова, чёрно-белые перья, клюв гордо задран вверх. Эта женщина не просто не признавала своей вины, она ещё и требовала возмещения убытков!

Самое интересное, что она была свято уверена в своих словах.

— Дакари, — сказал я, заполняя образовавшуюся паузу. — Меня зовут лорд Виктор. Этот суд устроен в том числе затем, чтобы установить степень вины узников, а при необходимости и назначить компенсацию. Но оскорбление обвинителя здесь терпеть не будут.

Если бы она продолжила «злословить», её дело перенесли бы на следующий суд. Но Дакари на удивление быстро поняла, что к чему.

— Простите, лорд Виктор, простите и вы… уважаемый обвинитель. Поймите, я ждала этого суда много сотен лет! Мне некуда идти, даже пыль от моего дома развеялась великими ветрами. Всё, чего я жажду — справедливости!

Лёгкое ощущение полуправды — раньше, когда она упоминала о компенсации, то была более искренней. Но ситуация у крылатой леди казалась вполне понятной — в том случае, если она не просто верила в сказанное, а на самом деле говорила правду.

— Полнейшая чушь, — сказал Надзиратель с ноткой презрения. — Её вина доказана, арест и заключение были абсолютно справедливы. Правосудие свершилось, а последние двести лет в темнице — только на её совести.

— Полагаю, суд готов выслушать обе версии истории. — мягко сказал Арчибальд.

Это было… уникальное дело, если не сказать иначе. С точки зрения Надзирателя всё было совершенно просто — Дакари явилась в Полночь, чтобы стать одной из помощниц заклинателя. И не когда-то, а при правлении лорда Роланда! Спустя пару лет работы без нареканий она соблазнилась артефактным венцом, позволяющим частично читать чужие мысли, убила ради него посла из Ноктии, а затем попыталась замести следы с помощью зачарованных колец. В то время Роланд был слишком занят созданием механической души, и ложь Дакари почти прокатила, но её вывела на чистую воду Маат-Ка-Тот — визирь Полуночи.

А затем заговорила Дакари. По её словам, именно Маат-Ка-Тот была виновна во всех перечисленных грехах. Её влияние на Роланда и магия иллюзий оказались настолько сильны, что обманули даже Жнеца.

После длительного молчания суд зашумел — признаться, даже слегка перебивая друг друга. На первый взгляд версия Надзирателя казалась куда как логичнее — зачем визирю Полуночи проворачивать столь безумную схему? Наложницей Роланда, правда, в то время она ещё не была, но доверием явно пользовалась, да и власти хватало. Дакари настаивала на своей правоте и без зачарованных колец, но кто знает, что она себе надумала за столетия неспокойного сна?

— Вик, — вдруг раздался тихий голос справа, и я чуть не вздрогнул, увидев рядом Терру. — Я не хочу оглашать это на весь суд, но Маат в самом деле бывала… немного не в себе. Временами.

— Настолько не в себе, чтобы кого-то так подставить?

— Нет, даже близко нет. Но есть ещё кое-что — помните, что я когда-то рассказывала о её судьбе?

Я нахмурился, вспоминая разговор полугодичной давности.

— Испепелена захватчиком трона?

— Да. Только это тоже может быть неправдой — Маат и вправду гениально наводила иллюзии. Как визирь, она во многом отвечала за внешнюю политику Полуночи, и часто договаривалась с Йхтиллом. Это всё, что я хотела сказать.

Все дороги ведут к Йхтиллу, за исключением тех, что ведут к Закату. Один раз совпадение, два и три — уже судьба. Нельзя во всём полагаться на Асфара, если с тем вообще получится связаться. Не нужно ждать семи знаков, прежде чем начать действовать.

— Погоди, — вздохнул я, прежде чем леди-вампир вернулась назад, в жюри. — Теперь моя очередь спрашивать.

— Слушаю.

— Как ты смотришь на непривычно длинную прогулку вглубь нашего родного замка?

Глава шестая

— Сколько времени прошло с тех пор, как мы выбирались куда-то вместе?