Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 (СИ) - Евтушенко Сергей Георгиевич - Страница 36

Только сейчас я заподозрил неладное. И не просто неладное, а по-настоящему неладное, упущенную деталь, что привела к страшной ошибке. Безусловно, Резчика следовало уничтожить, и Адеррайсер был единственным доступным мне инструментом. Но почему тогда…

Я вдруг обнаружил себя в полной темноте. Так, как если бы окунулся в дальний зов, но не в форме астрального тела, а прямо как есть, во вполне физической оболочке. И на горизонте этой бесконечной темноты что-то… ворочалось, если не подобрать другого слова. Беспокойно дышало, как человек, пытающийся вырваться из объятий кошмарного сна любой ценой — даже путём падения с кровати.

— Вы тоже чувствуете это, лорд Виктор?

Голос Альхирета впервые на моей памяти был исполнен… счастья. Искреннего, неподдельного счастья, как у человека, исполнившего заветную мечту. Да ещё и обнаружившего, что эта мечта теперь всегда будет с ним, отныне и до бесконечности.

— Что?.. — меня только и хватило, что на короткий хриплый вопрос.

— Вы прекрасно сыграли свою роль. Конрад повержен, Резчик уничтожен — и теперь, откликаясь на гибель своего великого дара, пробуждается мой господин.

Голодная тьма на краю бесконечного мрака вновь зашевелилась — и стало ясно, что Альхирет говорит чистую правду. И эта правда не несёт совершенно ничего хорошего, ни для меня, ни для Полуночи, ни для всей великой паутины вместе взятой.

— Сволочь, — прохрипел я. — Ты… всё-таки смог меня обмануть. Использовать…

— Использовать? Ну разумеется, ровно так же, как и вы использовали мои советы. Использовали мой дар, который пару раз спас вам жизнь в весьма щекотливых обстоятельствах. А ведь он был пулей, направленной в единственную цель, и дорога до этой цели оказалась очень долгой.

— Блестящий… план, — сказал я, вложив в это всё презрение, на которое было способен. — Заставить Конрада… проглотить шарик. Реши он убить меня иначе — и всё бы развалилось.

— Чем вы слушали, лорд Виктор? Кажется, я доходчиво объяснил вам в позапрошлый раз — всё предопределено. Выжжено на ткани мироздания!

Теперь Альхирет не просто дышал мне в затылок, он стоял передо мной, облачённый в лазурь и золото, сияющий от неподдельного восторга. У него в самом деле было исключительно хорошее настроение, раз он взялся мне всё это разжёвывать.

— Точнее, всё могло пойти иначе, — вдруг хихикнул он. — Вы могли добраться до Заката пораньше, не имея при себе надёжной брони. Вы могли проиграть поединок и в доспехе. Но в этих случаях Конрад просто снял бы мой дар с вашего хладного трупа. Он неизбежно бы его проглотил, повинуясь великой тяге Шар’Гота. Мои видения не врут — особенно те, что я тщательно подготовил сам.

— И кто бы… уничтожил Резчика?

— Вы, на следующий заход. Или леди Мелинда во всей её праведной ярости. Или даже сам Закат, смертельно уставший от заскоков свихнувшегося хозяина. Но текущий вариант безупречен сразу по многим пунктам.

— Каким?..

— О, я не собираюсь портить вам удовольствие, лорд Виктор! Скоро, очень скоро вы узнаете обо всём сами. Моему господину более не понадобятся жалкие игрушки для создания аватаров, у него есть изысканный, прекрасно продуманный план!

С каждым его словом голодная тьма пожирала всё боле пространства. Она уже была не на горизонте, она царила вокруг нас, она почти распахнула глаза, и я знал, что один этот взгляд может свести с ума быстрее, чем несколько часов гляделок с Резчиком. Собрав все оставшиеся внутренние силы и оградившись от восторженных речей Альхирета, я вырвался из оков мрака! Вырвался и полетел куда-то вниз, далеко вниз, в бесконечную пустоту и холод, но пока ещё не захваченную пробуждающимся безумным богом…

Я открыл глаза, ощущая вокруг вовсе не абстрактные концепции, а вполне реальные вещи. Например, снег, обхватывающий меня почти со всех сторон и вдобавок падающий на лицо. Холодный ветер, подхватывающий снежинки. Низкие тучи на небе, сквозь которые неуверенно просвечивал серп убывающей луны. До боли знакомой, земной луны.

Судя по всему, очередной бал зимнего солнцестояния подошёл для меня к концу.

Глава семнадцатая

В последний раз я по-настоящему сильно мёрз больше года назад — когда морозы ударили в середине осени, а отопление в старом доме запаздывало на пару недель. С зимней одеждой тоже были проблемы, так что какое-то время я шатался к «Техно-супер» и подработке на складе с синеющим лицом и руками. Прошлая жизнь уже довольно давно казалась набором слабо связанных между собой образов, не имеющих надо мной никакой власти, но сейчас… сейчас холод вернулся.

Ужасное чувство, обволакивающее всё тело, смесь боли и беспомощности. Озноб, пробирающий насквозь, минуя кожу и плоть, до самых костей. Обычно мне не нужно было даже укутываться в шкуру «Зверя», чтобы гулять зимой без шапки, сейчас же хотелось превратиться в сплошной шар из шерсти, лишь бы избавиться от этого полузабытого ощущения.

Откуда оно шло на самом деле? Снаружи, от бездушного зимнего пейзажа, или изнутри? Из того осколка сознания, что так и не покинул безбрежный океан тьмы, на горизонте которого медленно и неумолимо пробуждался Шар’Гот?

Я вскочил на ноги, встряхиваясь, словно мокрый пёс. Из глотки рвался низкий гневный рык, руки без малейшей команды покрылись густой шерстью. Холод отпрянул, рассеялся, вытесненный привычным ощущением силы. Не было никаких разночтений, мой разум не расслоился, никакая часть души не застряла в измерении Пожирателя.

Всё находилось на своих местах — не считая меня самого. Где это я?

Склон холма уходил вниз и вниз — я находился ровно посередине, на достаточно ровном участке, чтобы не порываться скатиться к подножию. По обе стороны тянулись другие холмы — низкие, почти однотипные, лишённые чётких границ, с тёмными пятнами жёсткой травы, пробивающейся сквозь снег и редкими голыми деревцами. Над ними нависало столь же недружелюбное небо, на котором едва заметная луна уже скрылась за тучами. Моё зрение в темноте работало вполсилы, но его ещё хватало, чтобы разглядеть вдали очертания города. Мутное оранжевое свечение фонарей и окон, тёмные силуэты многоэтажек — мой город выглядел абсолютно так же, как и все прочие города, но я не мог его ни с чем перепутать.

Родные окраины. Сложно это представить, но зимой местный пейзаж казался ещё более унылым, чем летом, хотя в этой унылости имелась определённая честность. Никакого космического безумия, карнавала лжи и ужаса, всепоглощающей хтони — просто холмы, поросшие травой и припорошённые снегом. Просто мир, существующий сам по себе, не обещающий чудес, но и не требующий жертв.

Ладно, хватит ностальгии. На вопрос «где я» ответ получен, следующий и более важный вопрос — где Анна и Илюха?

Понадобилось около часа, прежде чем я нашёл свою возлюбленную и лучшего друга, уже почти превратившихся в два аккуратных снежных холмика. И Анна, и Илюха безмятежно дрыхли прямо на земле, не волнуясь о таких мелочах, как риск подхватить воспаление лёгких. Растолкать их тоже оказалось непросто, но, по счастью, их не погрузили в дрёму Йхтилла. Анна что-то пробормотала, поводя озябшими руками вокруг, и нашу компанию окружила невидимая аура тёплого воздуха. Она едва держалась под натиском промозглого зимнего ветра, так что мы не тратили времени на разговоры, пока не добрались до ведущего в город шоссе.

На обочине нас уже ждал улыбающийся Бенедикт, рядом со своим чёрным антиквариатом на колёсах. Правда, сейчас его улыбка показалась мне несколько вымученной.

Наша верхняя одежда осталась в гардеробе здания, через которое мы проникли на бал — но о её возвращении можно было и не заикаться. В любом случае, перед нами сейчас стояли проблемы качественно иного масштаба.

— Да он просто набрехал. — буркнул Илюха, помешивая свежезаваренный чёрный чай. Чашки у Анны были все как на подбор миниатюрные, чай норовил расплескаться, но Илюха не сдавался.