Охота на мастера. Том 1 (СИ) - Лисина Александра - Страница 10

— А заметить снаружи, что человек угодил в такой сон, можно? — поинтересовался я, когда немного перевел дух.

Если помните, Эмма не заметила, когда я угодил в ловушку на Мадиаре. А когда все-таки поняла, что что-то не так, было уже поздно. Поэтому мне было важно знать, могла ли она это сделать в принципе, ну или хотя бы смогла бы она или модуль засечь первые признаки опасности, чтобы успеть меня разбудить в те самые несколько сэнов, пока сон-ловушка не захлопнулся окончательно.

— Почти нет, — ответил маг. — Во время такого сна у человека разве что возрастает ментальная активность. Но такое бывает и во время обычных снов, поэтому признак неспецифический. Еще, как ты, наверное, помнишь, аура у такого человека какое-то время светится чуть ярче обычного. Но ауру видят далеко не все, поэтому, как правило, проблемы жертвы остаются незамеченными даже со стороны близких. Ну а после того как жертва погибает, зафиксировать эти изменения уже нельзя, поэтому сон-ловушка даже сейчас — незаметный, очень эффективный, но довольно сложный и весьма трудоемкий способ убийства, который не каждому магу по зубам.

Я с любопытством покосился на учителя, с трудом сдержавшись, чтобы не спросить, а доводилось ли ему пользоваться снами-ловушками. Но все же успел прикусить язык — если и доводилось, то мне вряд ли об этом расскажут. Да и вообще тема скользкая, потенциально опасная. И лучше было ее не поднимать.

После этого мы с учителем еще немного посидели, обсудили мой сон и допущенные при его создании ошибки. В процессе я существенно обогатил свои знания по этому разделу магического искусства. После чего мастер Рао предложил попробовать еще раз, и я почти до утра пытался задержать его в своем сне хотя бы мэнов на пятнадцать — двадцать, и, как ни странно, у меня несколько раз даже получилось…

Расстались мы с учителем лишь незадолго до рассвета, когда я окончательно выдохся и больше не мог создавать устойчивые сны. Однако, когда маг ушел, все же решил сразу не просыпаться, а вместо этого снова открыл дверь и тихо сказал в пустоту:

— Арли?

На ответ особо не рассчитывал, хотя еще вчера выяснил, что блокиратор с ветви сна у девчонки давно сняли. Однако она неожиданно пришла. Худенькая, одетая в одну лишь длинную, до пола, ночнушку. А еще с подаренным мною кулоном на шее и с красиво переливающимся браслетом на правой руке.

— Привет, Адрэа, — смущенно улыбнулась лэнна Арлиза Оринэ Нардэ Хатхэ, несколько нервно поглаживая пальцами левой руки обновку. — Я не была уверена, что ты меня позовешь. Но решила, что раз уж мы все равно нарушаем бабушкины запреты, то какая разница, где это делать?

Я так же тихо рассмеялся.

— И правда никакой. Но я рад, что ты здесь. Расскажешь мне о своих предвидениях?

— Расскажу, — снова улыбнулась она. — Но не обо всех. Обо всем тебе пока знать не следует.

— Да я обо всех и не прошу. Мне интересно знать, как у тебя это происходит? Что ты видишь, чувствуешь? Как общаешься с духами предков?

Арли забралась в ближайшее кресло и, поболтав босыми ногами в воздухе, озорно на меня взглянула.

— У тебя тоже ветвь предвидения открылась, да? И теперь ты хочешь понять, чего от нее ждать?

— Откуда знаешь? Духи предков подсказали?

— Они еще год назад дали понять, что однажды ты станешь таким же, как я, — спокойно отозвалась девочка. — И не возражают, чтобы я помогла тебе освоиться.

Я уселся напротив и навострил уши.

— Да?

— Да, — подтвердила маленькая провидица. — Дар у меня открылся спонтанно. Вскоре после того, как меня похитили, помнишь? Мама считает, что тогда я много переживала и боялась, и это могло его подтолкнуть. Но на самом деле голоса я начала слышать намного раньше. Сначала тихо-тихо. Как будто кто-то шепчет на ухо: «Не ходи… не делай… не говори лишнего…» Я сначала не понимала, почему и что это такое. Хотела сказать маме, но голоса попросили молчать, поэтому я никому не говорила. Причем голоса каждый раз были разными. А потом я поняла, что они звучат не всегда, а только тогда, когда мне что-то угрожает. Один раз я бежала по коридору и вдруг услышала, как кто-то шепнул: «Стой!» И я остановилась. А буквально через сэн в коридоре резко открылась дверь, в которую я непременно врезалась бы и ушиблась, если бы не встала как вкопанная. Потом такое не раз случалось на улице, в школе… я уже даже привыкла. И поняла, что они не желают мне зла. А еще я слышала голоса, когда впервые тебя увидела. Тогда, в клинике, когда мы с мамой пришли навестить дядю Ноэма.

Я удивленно приподнял брови.

Ого.

Так рано?

— И что же они тебе сказали? — поинтересовался я, решив как-нибудь на досуге заняться этим вопросом.

Девочка улыбнулась.

— «Верь ему. Он хороший». И это тоже оказалось правдой.

Хм. Так вот почему она так быстро ко мне привыкла и так смело себя вела, когда мы встретились в клинике? Вернее, она уже тогда вела себя со мной, как будто мы давно и хорошо знакомы. Как с равным. Как с близким. Хотя это было по меньшей мере странно.

Но лэнна Оми тогда ничего не сказала. Наставник тоже промолчал. Да и я ни о чем таком не думал. А Арли, выходит, уже тогда знала, что мы подружимся?

— Да, — подтвердила девочка, когда я задал вопрос вслух. — Мне сообщили, что ты не раз мне еще поможешь. Но я поняла, что к чему, только когда ты меня нашел и спас. Они уже тогда знали, что так будет. Знали и…

— И почему-то не предупредили, — нахмурился я. — А ты не спрашивала, почему в тот день они не посоветовали тебе остаться дома?

Арли помотала головой.

— Они меня тогда не слышали. Связь была только в одну сторону. Но в тот день они предупреждали, что что-то произойдет. Хотя добавили, что со мной ничего плохого не случится, поэтому бояться не нужно.

— Так. А почему ты решила, что с тобой говорят именно духи предков?

— Они так сказали. А бабушка Иэ… уже потом, когда я увидела свое первое видение… подтвердила, что для провидцев такое в порядке вещей. Поэтому я успокоилась и с тех пор слушаю, что говорят духи. Но пока они ни разу не ошибались.

Хм. А я вот никого не слышу. Впрочем, я еще не Расхэ в полном смысле этого слова. Может, если меня примут в род, ситуация поменяется, а пока с предками мне придется общаться исключительно при помощи магии снов.

— А сейчас ты можешь с ними разговаривать? — немного подумав, снова спросил я.

Арли кивнула.

— Не всегда, но когда я спрашиваю у них совета, чаще всего они отвечают.

— А как именно ты с ними общаешься?

— Как с тобой, — пожала плечами она. — Представляю, что они здесь. Концентрируюсь на задаче. Задаю вопрос вслух. Хотя духи и мысленно заданные вопросы понимают. Только вот отвечают, к сожалению, не всегда. Причем иногда я слышу голоса, а иногда приходят сразу видения. И тогда я лучше понимаю, что они хотели сказать.

Я задумчиво кивнул.

Очень похоже на родовую память, если честно. Запрос, видения…

Но это я попозже у тана Расхэ выясню. Думаю, ему будет что мне ответить.

— Ладно. А спросить меня про старший род и потребовать с меня клятву рода тоже они подсказали?

— Да. И сразу предупредили, что это может быть опасным. Но это было очень важно для тебя. Это закрывало сразу с десяток негативных вероятностей, оканчивающихся твоей смертью. Поэтому я и согласилась рискнуть.

Я внимательно посмотрел на неловко заерзавшую девочку.

— А ты видела, что конкретно со мной могло случиться, если бы ты не вмешалась? Тебе показывали то будущее, которого в итоге так и не произошло? Или то, которое случилось на самом деле?

Проще говоря, я хотел знать, видела ли она, как я убивал Эддарта Босхо и творил все те вещи, которые относятся к разряду или моей личной, родовой или же государственной тайны.

— Почти нет, — призналась Арли, сняв приличный камень с моей души. — Только обрывки. Тот самый момент, как ты умираешь. А иногда — просто вероятности… как графики… где очень точно видно, в какой день и в какой рэйн ты умрешь.