Я – Ректор! (СИ) - Курзанцев Александр Олегович "Горный мастер" - Страница 45

Первые, плохо понимающие, что происходит, студенты, потянулись ко мне спустя пару минут, а ещё через десять первый и второй курс целиком стояли нестройной толпой передо мной.

— Готово! — бодро доложила Ания, снова встав рядом.

А я, отодвинув заграждение и забравшись на камень побольше, простерев вперёд руку, громко произнёс:

— Това… то есть, господа и дамы, сегодня вы собрались здесь (не собрались, а собрали, но какая разница), чтобы сказку сделать былью. Воплотить в жизнь то, что с таким трудом приходится отвоёвывать в неравной борьбе с замшелыми традициями Академии. Да, даже я, ректор, бывает, пасую перед теми препонами, что встают на пути прогрессивного человечества. И именно в ваших силах помочь мне и всем нам воплотить наши мечты в реальность. Не дожидаясь ничьей помощи, самими, своими силами, доказывая всем и каждому, что мы можем! Сами!

— А что надо делать-то? — раздался чей-то выкрик из толпы.

— Строить, — громко возвестил я, раскидывая руки в стороны, чтобы студенты могли полюбоваться на развалины за моей спиной. — Чтобы никто не сказал, что мы чего-то не можем сами.

И, засучив рукава мантии, подавая пример, спрыгнул на землю и, подхватив первый попавшийся камень, поменьше размером, потащил в сторону, укладывая там, где прикинул сделать временный склад материалов.

Толпа студентов нерешительно колыхнулась, не спеша следовать моему примеру, но тут последовал резкий властный окрик Ании:

— Чё встали, его магичество один что ли носить будет⁈

Ещё несколько старшаков за её спиной внушительно и демонстративно размяли пальцы, глядя на младшекурсников, и студенты поспешно двинулись ко мне, тоже хватая камни, те что побольше по двое-трое, и принялись таскать следом. Я для верности перетащил ещё один, а затем просто остался довольно наблюдать за закипевшей работой.

Внезапно ко мне бочком-бочком приблизился один из парней, косясь на Анию, одновременно желая и боясь что-то сказать.

— А ну не филонь, — рыкнул на него кто-то из третьекурсников, но я поднял руку, останавливая и добродушно поинтересовался:

— Чего тебе?

— Ваше магичество, — тот замялся, а затем осторожно спросил, — а обязательно руками таскать? Можно магией? Так быстрее будет.

— А да, — я справился с приступом неловкости и громко сообщил, — конечно, можно камни перемещать магией. Это я просто немного решил руки размять. Маг ведь должен быть не только силён магически, но и физически, мастер Фаргис не даст соврать.

Не додумался — бывает. Сам не умею, и о других не подумал. Но надо, конечно, мышление перестраивать. С Ираидой, кстати, обсудить, что вообще магия тут может. Учебники первого курса я, конечно, проштудировал, но общей картины они не дают. Впрочем, выкрутился, не впервой.

Я смотрел, как-то, что было развалинами башни, под влиянием магических манипуляций взлетает в воздух и вереницей укладывается ровными рядами в штабели, высвобождая место под новое строительство, и чувствовал, что, наконец, что-то начинает получаться. Не просто очередная попытка залатать возникающие словно из ниоткуда дыры, но создавать что-то новое, что-то своё.

Приятное чувство. Почаще нужно его вызывать.

Глава 20

— Ректор, ректор! — вырвал меня из объятий Морфея тревожный голос секретарши.

— А, что⁈ — подорвался я с кровати, спросонья щурясь, на державшую в руках фонарь девушку.

— Я чувствую всплеск райденской энергии.

— Райденской? — мозги работали со скрипом, поэтому я никак не мог сообразить, плохо это или хорошо.

— Кто-то открыл портал в мой мир, твою мать, Абдиль, это серьёзно!

Вот тут я проснулся окончательно.

Портал это действительно, серьёзно. Потому что с райденами шутки плохи, это я по Ираиде знал.

— Ты знаешь где он? — я, метнувшись к шкафу, принялся спешно напяливать на себя супергеройский костюм.

В самом деле, не в мантии же идти. Там может быть опасно, а костюм делает меня сильным, ловким и, что самое важное — невидимым.

— Только направление, и что это не сильно далеко, точно на территории академии.

— Хреново!

Была у меня мысль, что кто-то из городских балуется. Ну а что, заполучить в своё распоряжение сверхсилы, это мечта почти каждого человека. А договор с райденом такую мог предоставить. Заёмную, сильно ограниченную, с кучей условий и высокой ценой, либо при жизни, либо после смерти, но силу.

Но в самой академии это мог быть только кто-то из студентов. Зачем, если магия у них и так была? Ну, кто знает? Может кому-то захотелось большего? Не стоило отметать и идиотские поводы, например как у прошлого ректора возжелавшего переспать с суккубой. Вот кстати.

— А может это просто суккубу призывают спермотоксикозные юноши, охочие до экзотики? — с некоторой надеждой посмотрел я на секретаршу.

— Если и так, то им сейчас крупно не повезло, тот кто пришёл на призыв намного сильнее любой суккубы. И если мы не поспешим, то в лучшем случае нам достануться трупы.

— А в худшем? — замер я.

— Такой как я, в теле студента, только не связанный ни с кем договором и в полной силе.

— Ох ё! — я заторопился сильнее.

Натянув маску, тут же стал невидимым. А затем, не став тратить время на лестницы, распахнул в кабинете окной и сиганул с подоконника вниз. Мягко приземлился на полусогнутые, костюм позволял совершать подобные акробатические номера со второго этажа безопасно для меня, рядом также ловко финишировала райденка, присев, и мы вдвоём плечом к плечу, рванули вперёд.

— К озеру! — на бегу сообщила она и мы, по дуге обогнув поляну Зелёных, понеслись к тёмной стене деревьев загораживающих водную гладь.

Компания второкурсников, мирно сидевшая в тени здания, там, куда не попадал свет фонарей, молча проводила взглядами секретаршу посреди ночи выпрыгнувшую из

окна ректорского кабинета и куда-то очень быстро убежавшую, дружно переглянулась, и также дружно пожала плечами. В темноте зазвенело стекло, послышался хлопок винной пробки и один из парней произнёс:

— Очередное заседание общества пьяных поэтов объявляю открытым.

Вино забулькало, переливаясь в бокалы, послышался лёгкий звон, и одухотворённо возвышенный юношеский голос начал декламировать:

— Люблю я женщин в белом,

И в красном, и зелёном,

Люблю с красивым телом,

Изящным и точёным…

Мы уже подбегали к озеру, когда нам навстречу, с криками ужаса, пронеслась парочка смутно знакомых третьекурсниц. Орали они так, словно за ними гнался сам хозяин преисподней. Хотя, возможно, примерно так и было.

Мы поднажали, влетая под деревья, а когда пересекли лесополосу, то увидели на берегу, в паре метров от воды, пульсирующую тревожно-бордовым пентаграмму в центре которой стояло огромное красное нечто, высотой метра четыре, с увитой рогами башкой. Тело его покрывали грубые металлические пластины связанные между собой кожаными ремнями, в одной руке существо держало кривой меч, а в другой сжимало безвольное тело в мантии.

— Ха-ха-ха! — прогрохотало чудовище, — достойный сосуд, благодарю!

Тут я увидел ещё несколько студенток в страхе отползающих от пентаграммы в разные стороны. Только одна попыталась применить какое-то заклинание, но призванный райден небрежно отбил его клинком.

— Ты знаешь, кто это? — спросил я, лихорадочно соображая, что же делать.

— Знаю, — внезапно как-то скованно и мрачно ответила замершая секретарша, — это мой старший брат, Мордохай.

— Так это же хорошо, — обрадовался я, — ты же можешь его по родственному попросить студентку не трогать и свалить обратно в ваш мир.

— Не могу, — ещё более мрачно ответила та, — меня и так старшие постоянно слабой и бесполезной обзывали, а после того как я попала в ловушку какого-то человечишки и вовсе только издеваться будут. Нет, я к нему не пойду.

— Но что-то надо делать!

— Ты ректор, — ты и делай! — надулась, сложив руки на груди, та.