Орден Скорпионов - Эшер Айви - Страница 23

Я размышляю над этим, но смех и громкие беседы отвлекают меня. Не знаю точно, сколько мы уже стоим здесь, но затекшие ноги подсказывают – уже порядочно.

Я переминаюсь с ноги на ногу, мои конечности колет словно иголками, и они просыпаются. Стоит мне наконец встать, как двери в банкетный зал распахиваются, и входит Тиллео под руку с одной из членов Ордена Лисиц. Она застенчиво хихикает над чем-то, что по пути говорит ей Тиллео. За ними следуют остальные члены ее Ордена, а также члены всех остальных Орденов.

Краем глаза я замечаю «скелетов», но, к счастью, на меня они не смотрят. Как будто рабы клинка – такая же часть декора, как мебель и гобелены, но меня это не волнует. Быть таким же ничтожным, как пыльная ваза на серванте, безопаснее.

Множество убийц и работорговцев заняли свои места за длинными, богато украшенными столами. Члены Орденов держатся вместе, некоторые, похоже, дружат с членами определенного Ордена больше, чем с другими. Тиллео пробирается к главному столу, его сегодняшние гости – Орден Лисиц.

Лисицы, как их прозвали, – единственный Орден, состоящий исключительно из женщин. Многие рабыни клинка желают оказаться в этом Ордене.

Я наблюдаю, как они изящно рассаживаются за столом Тиллео, и уже могу сказать, что среди нас есть лишь несколько избранных, которые могли бы стать «лисицами».

Четыре представительницы Ордена Лисиц выглядят великолепно – все они отличаются друг от друга, но каждая потрясающая. Платья, вероятно, стоят больше, чем любая из рабынь в этой комнате. Тела усыпаны драгоценностями, а щедро нанесенная косметика делает их щеки гладкими, губы – пухлыми и красными. Глаза «лисиц» подведены темным, в них – призыв и грех. Образы диковинны и изысканны, но их взгляды проницательны, а все движения – выверены и отточены.

Слева от Тиллео сидит полная черноволосая красавица. Ее глаза светло-голубые, а губы пухлые, цвета терпкого мерло. Ее груди приподняты и туго перетянуты, и я думаю, может ли она вообще дышать в этом приспособлении? Кажется, оно сжимает ее крепкую талию под атласом светло-голубого платья.

Справа от Тиллео – потрясающая статная женщина с самой темной кожей, которую я когда-либо видела. Весь ее облик царственный и спокойный, а уложенные локоны так же пленительны, как и сверкающие бриллианты, вплетенные в густые пряди. Она берет хрустальный бокал с шипучим напитком, смеется над тем, что говорит Тиллео, а затем подносит его к пунцовым губам.

У двух других красавиц, сидящих по краям главного стола, белоснежные волосы с розоватым отливом. Я быстро замечаю, что они – зеркальное отражение друг друга, должно быть, близнецы. Их глаза цвета листвы осматривают собравшихся за столами членов Орденов – они и правда, похожи на диких лисиц, выискивающих добычу.

Через заднюю дверь проходят рабы – они несут дымящиеся подносы с едой. Блюд и гарниров больше, чем я могу сосчитать, и длинные столы буквально ломятся от угощений.

Я вижу едва заметное движение среди других рабов клинка – их пустые желудки так же возмущены, как и мой. В зале стоит громкий гул голосов и звон смеха. Удивительно, но это сборище больше похоже на встречу давних друзей, чем на собрание профессиональных убийц и возможных врагов.

Я знаю, что Ордена соревнуются друг с другом за заказы, но происходящее кругом заставляет меня задуматься – а действительно ли их конкуренция так жестока, как нам рассказывали? Полагаю, отчасти это – обычная бравада и желание покрасоваться, но, конечно, лишь отчасти.

На тарелки постоянно выкладывают новые блюда, но они быстро исчезают. Стаканы опустошаются и наполняются вновь. Разговоры, кажется, никогда не стихнут, а я с каждым часом устаю все больше и больше.

Мой взгляд задерживается на Ордене Скорпионов и кружит по каждому члену – словно муха в поисках свежей туши. Они стоят ко мне спиной, и это к лучшему. Я не знаю, что бы делала, если бы один из них посмотрел на меня через весь зал.

Вдруг один из «скелетов» поворачивает голову и становится ко мне в профиль, словно почувствовав мой взгляд.

Я задерживаю дыхание и пытаюсь найти еще хоть одно тому подтверждение.

Я не могу отличить одного «скелета» от другого с такого расстояния и тем более со спины. Слишком мало времени было на знакомство, и я не особенно искала различия между членами Ордена. Никто из них не ищет меня глазами в толпе, и, что странно, я не знаю, успокаивает ли меня это или раздражает.

От одного из столов доносится громкий смех, но я не могу понять, откуда он доносится, не знаю я и его причины.

Ко мне подходит хрупкая рабыня дома и протягивает мне стеклянный графин.

– Тебе нужно спуститься в подвал и наполнить графин. – Звучит как приказ, но голос ее дрожит – отдавать распоряжения она явно не привыкла.

На мгновение я прихожу в замешательство и протягиваю графин обратно.

– Так иди и наполни. Мы должны стоять здесь, пока нас не отпустят. – В ответ на мои слова ее карий взгляд устремляется к задней двери, а потом вновь обращается ко мне.

От этого мурашки бегут по спине, и я смотрю мимо рабыни сначала на Тиллео, а затем на Скорпионов – не их ли это рук дело? Но никто из них не обращает внимания ни на меня, ни на девушку передо мной.

– Нет. Мне сказали, что мы можем задействовать тебя, если будем слишком заняты, – нерешительно возражает рабыня. – Я расставляю бокалы и слишком занята, чтобы идти за вином. Скоро оно закончится, так что тебе придется этим заняться.

Она снова изо всех сил старается казаться сильной и властной, подталкивает графин ко мне.

Я беру его и смотрю на заднюю дверь – там никого нет, но у меня есть догадки, кто мог дать задание этой рабыне.

– Отлично. Так куда мне идти?

Она заметно расслабляется, чем заставляет меня напрячься еще больше.

– Через двери направо, затем первая ниша слева. Погреб внизу лестницы, а вино уже стоит на столе. Ты увидишь, как спустишься, – инструктирует она, и прежде чем я успеваю еще хоть о чем-то спросить, отправляется восвояси.

Я наблюдаю, как она идет к боковой стойке, берет полный графин белого цветочного вина и начинает обходить столы.

Я вновь осматриваюсь, но, когда схожу со своего места и направляюсь к двери в дальнем конце зала, никто на меня не смотрит.

Следуя указаниям рабыни, я прохожу через двери – кровь стучит в ушах, я слышу тяжелые удары своего пульса, так что стараюсь успокоить дыхание и тело, взбудораженное приливом адреналина.

На меня охотятся.

Проблема в том, что я не уверена, кто этот охотник. Неужели это Тиллео так подстегивает меня, чтобы я убила члена Ордена? Или «скорпионы» мстят мне за дерзость?

Инстинкты говорят, что это Крит, но есть вероятность, что существует еще кто-то, кого я не учла.

Все мои чувства обострены до предела. Я нахожу нишу слева, в ней начинается опутанная тенями лестница, ведущая вниз. Я крепче сжимаю пустой графин, стараясь не сломать его в судорожной хватке.

Я вздыхаю и спускаюсь по ступенькам. Тех, кто мог расставить эту ловушку, так много, что я уже сомневаюсь, характеризует ли меня это с хорошей или с плохой стороны. Полагаю, скоро узнаю. Хотя нет – это охотники скоро узнают, что шутки кончились.

9

Я бесшумно спускаюсь по винтовой каменной лестнице. Если внизу кто-то ждет меня, он должен дышать – а не слышу ничего, даже потрескивания огня в фонарях, кое-как освещающих путь.

Я двигаюсь осторожно: опасность может так же легко подкрадываться сзади, как и ждать впереди. Наконец передо мной открывается арочный вход в сам винный погреб.

Я быстро осматриваюсь в поисках ног, тени или еще чего-то, что может выдать моего охотника, но либо он достаточно хорош, чтобы не стоять прямо у входа наизготовку, либо здесь никого нет. Возможно, что просьба рабыни дома была совсем невинной, и ей действительно нужен был кто-то, кто принес бы вино, но я в этом почему-то сомневалась.

Неожиданно я спрыгиваю с нижней ступеньки, с бешеной скоростью проношусь по коридору и вбегаю в подвал. Я надеюсь, что мои резкие перемещения застанут затаившегося охотника – или охотников – врасплох. Перед длинным столом с пятнами от вина я останавливаюсь и резко поворачиваюсь вокруг своей оси, готовая к нападению с любой стороны.