Должно быть, это судьба (ЛП) - Хара Кай - Страница 17

— Еще раз дотронься до моей жены, и это лицо будет последним, что ты увидишь перед смертью, — злится Роуг, появляясь как будто из ниоткуда.

— Я... я сожалею, — заикается мужчина в ответ. — Это не моя вина...

Роуг отталкивает его, как будто он ничего не весит, и, не обращая на мужчину никакого внимания, поворачивается к Беллами.

Она слегка надувает губы.

— Я действительно не думаю, что это была конкретно его вина. Он наткнулся на меня.

Он властно кладет руку ей на живот и притягивает ее к себе.

— Я могу пригрозить всем тем же наказанием, если хочешь, — предлагает он сладким голосом.

— Ладно, нет.

Он прижимается губами к ее виску.

— Кстати, как ты себя чувствуешь в толпе? Твоя тревожность в порядке? Нет одышки или учащенного сердцебиения?

Когда я впервые встретила Беллами в Швейцарии, она страдала от приступов паники. С тех пор они в основном утихли, но Роуг всегда внимательно следит за ней в ситуациях, которые могут вызвать у нее стресс, выискивая признаки того, что приступ может начаться.

С тех пор, как она забеременела, он стал еще более опекунским.

— Ничего, — отвечает она с улыбкой. — Я в полном порядке, не беспокойся обо мне.

— Беспокоиться о тебе — это моя стандартная настройка, дорогая. —

— Ну, тогда перезагрузи свои заводские настройки.

Он тепло смеется, прижимается грудью к ее спине, обнимает ее и крепко прижимает к себе. 

Свет внезапно гаснет, и толпа взрывается аплодисментами.

Через мгновение соперник Феникса, парень по имени Блэйд — я уже решила, что он придурок, судя по одному только имени — прыгает по проходу к рингу.

Я не обращаю на него внимания.

Я пришла сюда не за ним. 

Я поворачиваю голову в другую сторону и смотрю, как появляется мой муж. В то время как его соперник решил надеть халат, блестящие шорты с его именем и чрезмерно яркие перчатки, Феникс выходит в простых черных шортах, подходящих перчатках и больше ни в чем.

Его единственным аксессуаром является татуировка, покрывающая его тело. Она облегает выемки и впадины его мускулов, покрывая всю грудь и большую часть рук. 

Когда мы закончили АКК, у него было двадцать семь татуировок, посвященных мне.

Сейчас их уже сорок шесть.

Он никогда не говорит мне, когда собирается сделать новую. Они просто появляются, и я обнаруживаю их, когда мы лежим голые в постели или занимаемся любовью в душе. 

Я прослеживаю каждую новую татуировку пальцем и говорю ему, что она мне нравится, потому что это правда.

Думаю, это одно из его любимых занятий — наблюдать, как я обнаруживаю новую татуировку. Он всегда пристально смотрит на мое лицо, впитывая восторг, который отражается на моих чертах. 

Для него нет воспоминаний, слишком незначительных, чтобы увековечить их на своем теле. У него есть цветок плюмерии на бедре просто потому, что в наш первый день он прислал букет таких цветов в мой офис, и я засунула один за ухо и ходила с ним в волосах весь день. Он ускользнул с совещания, и я увидела свежую татуировку в тот вечер, когда он трахал меня на обеденном столе.

С того дня он ускользнул с многих других совещаний. 

У меня текут слюнки, когда я смотрю, как он приближается. Он даже не бросает взгляда на своего оппонента. Нет, вместо этого он смотрит на меня.

— Если бы ты не была беременна, одного этого взгляда было бы достаточно, — шепчет мне Тайер со смехом.

Я краснею и мило улыбаюсь мужу. Он глубоко выдыхает, его грудь успокаивается, как будто вид меня приносит ему покой.

— Это твоя девушка, Синклер?

Феникс сжимает челюсти. Его взгляд медленно перемещается на соперника.

— Хватит, пока ты жив, Блэйд, — предлагает он, стараясь сохранять ровный тон.

Движением, которое показывает, что годы бокса притупили когнитивные способности Блэйда до уровня первобытного пещерного человека, он подкрадывается ко мне, снимает халат и дерзко бросает его на коврик передо мной.

— Сувенир на память обо мне, дорогая, — хвастливо говорит он.

Я бросаю на него отвращенный взгляд. 

Нера издает усталый вздох и сочувственно качает головой.

— Мы станем свидетелями убийства.

Блэйд приседает, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с моим. Он опирается предплечьями на канаты и наклоняется ко мне.

Рис кладет защитную руку мне на плечо и грозно смотрит на стоящего передо мной мужчину, вызывая его приблизиться и посмотреть, что будет дальше. 

Но я знаю, что.

Это тактика запугивания. Ничто иное, как психологическая уловка Блэйда, чтобы запутать Феникса перед боем.

Дело не во мне.

Феникс молча наблюдает за происходящим, его тело настолько напряжено, что кажется, будто оно вот-вот сломается.

Но он не вмешивается. 

Он знает, что я хорошо защищен и со мной ничего не случится.

Блэйд продолжает:

— Обязательно закрой глаза, дорогая. Я не хочу, чтобы ты смотрела, как я нокаутирую твоего парня.

Я делаю шаг вперед, прижимаясь к канатам. Я слышу, как Феникс шипит в предупреждение, и этот звук дает мне понять, что у меня есть десять секунд, чтобы закончить это, прежде чем он вмешается.

— Наслаждайся последними секундами в сознании, Блэйд. — Я поднимаю взгляд на Феникса и улыбаюсь ему заговорщицки. — Надеюсь, тебе нравятся сказки на ночь, потому что мой муж собирается прочитать тебе одну.

Краем глаза я вижу, как Блэйд вздрагивает. Его взгляд метается между нами, фиксируя то, как я смотрю на Феникса, и то, как он интенсивно и непоколебимо смотрит на меня. 

Он отворачивается, его шаги заметно более неуверенные, чем когда он первым делом подошел ко мне.

— Ну, — говорит Беллами, хлопая в ладоши. — Хорошая новость в том, что это будет быстро, а значит, после мы сможем пойти поесть. Я голодна.

— Ты голодна? — спрашивает Роуг, встревоженная. — Что ты хочешь? Я сейчас тебе принесу. 

Она кладет руку ему на грудь.

— Успокойся, детка. Я могу подождать.

— Но тебе не нужно. Скажи мне, что ты хочешь. Лапшу? Тако? Картошку фри? Бургер? Что?

— Серьезно, я не...

— Куриные крылышки?

— Боже. Просто выбери что-нибудь, Би, ты его сейчас разозлила. Ты же знаешь, что он не успокоится, пока не принесет тебе еду, — вздыхает Тайер.

— Эм... это странно, но, — говорит Беллами, — мне как-то захотелось клубники с нутеллой.

— Клубника с нутеллой? Готово, — отвечает Роуг, вытаскивая телефон из кармана и набирая текст, пока начинает уходить. — Тристан.

— Я присмотрю за ней, приятель, — отвечает Тристан, не нуждаясь в дополнительных подсказках.

Мы с девочками смеемся над чрезмерной защитностью Роуга, когда звук первого удара возвращает наше внимание к рингу. Мы наблюдаем, как Феникс наносит своему противнику серию безжалостных ударов.

Блэйд делает ошеломленный шаг назад, его взгляд становится расфокусированным. Вместо того, чтобы добить его, Феникс отступает.

— Не делай это для меня таким легким, — дразнит он. — Борись хоть немного.

Блэйд отталкивается от канатов и наносит комбинацию джеба и хука, от которой Феникс легко уклоняется. Блэйд наносит еще четыре удара, каждый из которых промахивается мимо цели. Он делает отчаянный удар ногой, но Феникс поднимает голень, чтобы остановить его. 

Мне почти невыносимо смотреть, как Блэйд бьет по воздуху. Ради собственного душевного спокойствия я не могу больше на это смотреть.

Я складываю ладони вокруг рта, чтобы мои слова были слышны над шумом толпы.

— Феникс!

— Да, детка? — он отвечает сразу, не отрывая глаз от Блэйда, который двигается по рингу.

— Перестань с ним играть и закончи это, пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Блэйд выпучил глаза, увидев, как легко мы с Фениксом разговариваем, как будто он не находится в середине боя, а мы просто общаемся, пока один из нас занимается домашними делами, например, выносит мусор. В некотором смысле, это именно то, чем занимается Феникс.

— Хорошо, дикарка. Понял, — отвечает мой муж.