Столица на краю империи (СИ) - Бадевский Ян - Страница 41

За големом неотступно следовал один из инкассаторов, а впереди шёл грузчик в сером комбинезоне и указывал дорогу. Контейнер катили по узкому проходу между двумя рядами деревянных ящиков.

В голове активировалась Ольга:

Сообщение от мастера Багуса.

Я слушаю.

Мы выяснили, что это за рейс. Грузовой дирижабль ВК-241, принадлежит Дому Орла. Пункт назначения — Кипр. Аэровокзал Никосии.

Без промежуточных остановок?

В полётном листе ничего подобного не указано.

Фух.

Я выпал из трансляции и несколько минут приходил в себя. Эти ментальные слепки — как грёбаная матрица. Ты напрочь вылетаешь из реальности и с трудом соображаешь, что происходит дома.

— Сергей, — меня вывел из задумчивости ровный голос Бродяги. — Джан просила сообщить, что Лука Каримов прибыл. Сейчас он в большой гостиной.

— Очень хорошо, — кивнул я. — Передай, что сейчас загляну к нему.

— Почтальоны сваливают, — предупредил Федя.

— Уже?

— Ну, они закрепили контейнер фиксаторами, а по радио объявлено, что посторонним надо покинуть гондолу.

— А проекция где?

— В трюме, где же ещё.

— Пока не уходи, — решил я. — Сейчас узнаю точное время взлёта.

Багус, с которым я связался через Ольгу, сообщил, что ВК-241 простоит на поле ещё тридцать пять минут. Достаточно, чтобы проверить надёжность фиксации грузов, распределить экипаж по своим местам, поднять аппарель и запустить двигатели.

— Чего мы ещё ждём? — недовольно пробурчал Федя.

— Сиди там, пока не запечатают гондолу.

— Ох, и заколебал же ты.

— Сочтёмся, брат.

Последствия моя фантазия нарисовала в два счёта: какой-нибудь тематический парк в духе «Новой Анимации», покупка на аукционе редкой коллекционной фигурки супергероя или поход на премьеру… да чего угодно. Того же «Джеймса Бонда», который снимается не в Голливуде, а в Британии, на родине литературного папы. Между прочим, Агент 007 в альтернативной эпопее вооружён хитроумными клинками и артефактами, но остальные его привычки остались неизменными…

Выбросив Бонда из головы, я направился в гостиную.

У меня полно времени, чтобы объяснить ситуацию Доброму Эху.

Глава 24

Машина раздвинула часть себя, формируя отверстие.

Достаточное, чтобы в него могла проникнуть Хорвен.

Идею воспользоваться этим артефактом предложил Добрый Эх, который сидел в водительском кресле и довольно ухмылялся. Руль, по своему обыкновению, он сотворить не удосужился.

А зачем?

Его тачка — это Бродяга в миниатюре.

На голосовом и мысленном управлении.

— Мастерами займёмся мы с Хорвен, — напомнил я, когда дыра в кузове затянулась. — Ты будешь вытаскивать нас, если что.

— Да помню я, — буркнул каббалист.

Прошло пять часов с тех пор, как грузовой дирижабль ВК-241 вылетел из Фазиса. Через полтора часа он должен опуститься в аэропорту Никосии, столице Кипра. Но мы, разумеется, прибудем раньше. С запасом времени. А ещё мы будем держать непрерывную связь с Ольгой и Федей, который вновь подключится к охоте незадолго до посадки. Кроме того, на подхвате Байт Мусаев и несколько прыгунов-диверсантов.

Серьёзная облава, как ни крути.

К битве я подготовился на максималках. Выделил комнаты Маро, Демону с Витькой, Хасану, Михалычу, Багусу и почти всему ближайшему кругу соратников. Остальных Джан взялась подключить к своему конструкту. Ярик и другие морфисты тоже настроились на схватку.

Наверное, я мог бы вступить в ситуативный альянс с интересными людьми, которым Мастера перешли дорогу в прошлом. Но этот козырь я приберегу на потом. Уж очень гладко всё идёт. Сам в шоке, если честно.

— Едем? — спросил Каримов.

Моя экипировка была минимальной, но продуманной до мелочей. Комбинезон Михалыча, портативный иллюзатор, прибор ночного видения. Из оружия — кромсатель и кусаригама. Кромсатель я держал в набедренном чехле, кусаригаму — в тактическом рюкзаке за спиной. Там же находились модные очечи и, на всякий непредвиденный случай, кошелёк с банковской картой «Прогресса». Я не рассчитывал застрять на Кипре, но если уж застряну, хочется иметь ресурс. На Кипре котировались драхмы. И тамошние банкоматы, насколько я знаю, конвертируют рубли, так что проблем с выводом возникнуть не должно.

— Погнали, — кивнул я.

Но мы никуда не погнали.

Двор особняка Маро перестал существовать, а вместо него вылезли фрактальные узоры многомерности, от которых меня тошнит. Лука знал об этом, и буквально через секунду включилась поляризация. А ещё через несколько мгновений окна превратились в телевизионные экраны, создающие иллюзию движения. Мы «неслись» по горному серпантину где-то в окрестностях Атлера.

— Меня тоже бесит, — зачем-то сообщил каббалист.

— К этому невозможно привыкнуть, — согласился я.

Хорвен ничего не сказала.

Гончая парила на расстоянии вытянутой руки от меня, не включая иллюзию.

Добрый Эх узнал достаточно моих секретов, чтобы умереть, но ему в этой жизни ничто не грозит. Потому что Лука — сын Маро. А к бессмертной мечнице у меня особое отношение.

И да, я полагаю, что вступление Каримова в Род — просто вопрос времени.

Хотя он об этом и не догадывается.

— И какой у тебя план? — нарушил затянувшуюся паузу Лука.

Пожимаю плечами:

— Найти всех причастных и покарать.

— Не похоже на детальный план.

— Обычно я так не делаю.

— Понимаю. Время поджимает.

— Не то слово.

Помолчали.

— Твоя машинка умеет встраиваться в здания? — поинтересовался я. — Как домоморф?

— У неё есть имя, — признался Добрый Эх. — Маруся.

— Чудесно, — хмыкнул я.

— Смешно, да?

— Не обращай внимание. Что она умеет, Марсуся твоя?

— Функционал почти как у Бродяги. Хочешь, притворимся телефонной будкой. Или газетным киоском. Или автоматом с газировкой…

— Логику я понял, — хмыкаю в ответ. — У тебя недостаточно протоматерии.

— Точнее не скажешь.

Я задумался ещё на несколько секунд.

А затем выдал:

— Мне нравится идея с газетным киоском. Но пусть это будет закрытый газетный киоск.

— Повесить табличку «переучёт»?

— Зришь в корень. Так и делай.

— Думаешь, никого не удивит выпавший из пустоты киоск?

— Так мы встроимся вместо чего-нибудь, — наобум ляпнул я. — Пусть Маруся поищет сдающийся в аренду павильон. Или который на ремонте.

Добрый Эх кивнул и вступил в мысленный диалог со своим автоморфом.

— Сергей, есть павильон, сдающийся в аренду. Только он на площади стоит. Не в терминале.

— Пусть, — отмахнулся я. — Всё равно посредник выйдет на площадь, чтобы уехать с вокзала. Нас это устроит.

— Договорились.

Ландшафты в окнах опять куда-то исчезли, а вместо них возникла привокзальная площадь. Конфигурация Маруси изменилась за считанные секунды. Потолок вытянулся вверх и стал плоским, да и вообще внутреннее пространство расширилось. С трёх сторон появилось остекление, с четвёртой — узкая дверь. На витринах объявились газеты и журналы, книги в мягких обложках, тетради, ручки, брелки и прочая мелочёвка. Окошечко было закрыто, над ним кто-то невидимый повесил табличку с надписью на греческом.

Переучёт, ага.

Я ведь свободно разговариваю на греческом.

И читаю тоже.

Площадь была забита автобусами, такси, разнокалиберными легковушками и людьми с чемоданами. Да и не только с чемоданами. С разнообразной ручной кладью…

Включился кондиционер.

— Что ж, — Лука посмотрел на часы. — У нас вагон времени. Чем его будем убивать?

— Поиграем в нарды, — предложил я.

Коробка с нардами появилась на низком лакированном столике.

— Готовься к разгрому, — предупредил Лука.

Я настроил иллюзион на свой любимый образ — среднего возраста мужчину в поношенной одежде. Не богатый, не бедный. Не высокий, не низкий. Не худой и не толстый. Со стандартной ничем не выделяющейся стрижкой. В штампованной одежде, которую носят все.