Инженер 4 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 54

Беляев наклонился вперед.

— Я могу устроить встречу. Губернатор очень доволен вашей работой, часто вас хвалит. Если он узнает о вашей ситуации, думаю, согласится помочь. Напишет князю, что вы талантливый, надежный инженер, приносите пользу губернии. Человек чести и дела.

Сердце забилось сильнее. Это именно то, что нужно. Рекомендация губернатора весомое слово.

— Николай Андреевич… Вы правда можете это устроить?

Беляев улыбнулся.

— Могу. Губернатор человек справедливый. Он ценит толковых людей, готов поддержать. Тем более вы действительно принесли городу большую пользу. Водопровод для больницы, паровые машины, насосы. Все это на виду, все работает.

Он встал, подошел ко мне, положил руку на плечо.

— Александр Дмитриевич, вы не должны потерять невесту из-за чьих-то наветов. Это несправедливо. Давайте поможем делу.

Я встал, поклонился низко.

— Благодарю вас, Николай Андреевич. Не знаю, как отблагодарить…

Беляев махнул рукой.

— Да что вы! Никакой благодарности не нужно. Я просто помогаю хорошему человеку. А хорошие люди должны поддерживать друг друга.

Он вернулся к креслу, сел.

— Вот что. Через несколько дней губернатор планирует посетить больницу. Хочет посмотреть, как водопровод работает зимой, не замерзает ли. Я организую, чтобы вы были там. Покажете ему систему, объясните. А потом, после осмотра, я устрою так, чтобы мы втроем, губернатор, вы и я, выпили чаю в отдельном кабинете. Неформально, по-дружески.

Беляев затянулся трубкой.

— Там я деликатно заведу разговор о вашей личной ситуации. Губернатор человек участливый, семейный. Если расскажем ему все как есть, думаю, он согласится написать князю.

Я кивнул.

— Когда это будет?

— Послезавтра. Губернатор приедет в больницу к одиннадцати часам. Будьте там к пораньше, подготовьтесь. Покажите водопровод во всей красе.

— Буду, Николай Андреевич. Обязательно буду.

В этот момент в дверь постучали. Вошел лакей.

— Николай Андреевич, ужин подан.

Беляев встал.

— Отлично. Александр Дмитриевич, прошу к столу. Поговорим еще, но уже о приятном.

Глава 24

Рекомендация

Прошли в столовую. Длинный стол накрыт белой скатертью, на нем блюда: жареная утка, печеный картофель, соленья, свежий хлеб. Графин с вином, самовар с чаем.

Сели за стол. Беляев разрезал утку, положил мне на тарелку щедрую порцию.

— Ешьте, не стесняйтесь. Повар у нас хороший, отменно готовит.

Ужинали, разговаривали о разных вещах. Беляев расспрашивал о моей службе в Севастополе, о строительстве воздуховода в тамошнем госпитале. Рассказывал о своей жизни, о семье, о детях.

— У меня трое. Старший сын в Москве. Дочь замуж вышла за помещика, живет в Калужской губернии. Младший сын еще в гимназии, шалун страшный.

Он улыбнулся тепло.

— Семья это главное, Александр Дмитриевич. Работа, дела, все это важно. Но без семьи жизнь пустая. Я желаю вам обязательно жениться, создать свой дом. Вы этого заслуживаете.

Я кивнул.

— Спасибо, Николай Андреевич. Надеюсь, что все устроится.

— Устроится. Я в этом уверен.

После ужина Беляев проводил меня до прихожей. Лакей подал шляпу и трость.

— Александр Дмитриевич, послезавтра Скрябин ждет вас в больнице. Не опаздывайте.

— Не опоздаю. Еще раз благодарю вас.

Беляев пожал мне руку.

— Удачи вам. Все будет хорошо.

Через три дня после разговора с Беляевым я получил официальное приглашение.

«Капитану А. Д. Воронцову. Его Превосходительство Губернатор Тульской губернии приглашает Вас на торжественный ужин по случаю дня рождения Его Императорского Высочества. Губернаторский дом, Дворянская улица, 5».

Приглашение на гербовой бумаге, с печатью губернского правления.

Я перечитал несколько раз. Официальный прием у губернатора. Узкий круг, только избранные гости. Это честь. И это возможность.

Беляев, видимо, устроил все, как обещал.

В назначенный день я готовился особенно тщательно. Надел парадный вицмундир, начистил до блеска все пуговицы и пряжки, вычистил сапоги. Побрился, причесался, надушился одеколоном.

Матрена Ивановна смотрела на меня с одобрением.

— Вот теперь как есть настоящий барин! Куда собрались?

— К губернатору на прием.

Она всплеснула руками.

— К самому губернатору! Вот это дело! Дай Бог вам всего хорошего!

Нанял извозчика, велел везти на Дворянскую улицу.

Губернаторский дом оказался самым большим на улице, трехэтажный особняк с колоннами, огромными окнами, балконом на втором этаже. Перед домом широкий двор, у подъезда стояло несколько карет.

Я вышел из пролетки, расплатился с извозчиком. Поднялся по мраморным ступеням. У двери стоял лакей в ливрее, принимал приглашения.

Я протянул свое. Лакей посмотрел, кивнул.

— Прошу, капитан Воронцов. Господа уже собираются в большой гостиной.

Вошел в просторную прихожую. Высокие потолки с лепниной, хрустальная люстра, паркетный пол блестит. Другой лакей принял шляпу и трость.

— Прошу за мной, барин.

Провел меня по широкому коридору в большую гостиную.

Просторная комната с тремя высокими окнами. Мебель роскошная, диваны обиты шелком, кресла с позолотой. На стенах картины в золоченых рамах, зеркала. В углу рояль. Свечи горят в нескольких канделябрах, свет мягкий, теплый.

В гостиной уже собралось человек пятнадцать. Мужчины в парадных мундирах и фраках, дамы в вечерних платьях. Тихий гул разговоров, смех.

Я узнал некоторых. Беляев стоял у окна, беседовал с пожилым генералом. Баранов разговаривал с дамой в синем платье, это его жена, она по большей части жила в Москве, но сейчас приехала сюда. Главный архитектор города Гребенщиков держал бокал вина, кивал кому-то.

Беляев увидел меня, улыбнулся и подошел.

— Александр Дмитриевич, голубчик! Рад, что пришли!

Пожал мне руку.

— Познакомлю вас с некоторыми гостями. Вон там Иван Петрович Баранов с супругой, вы его знаете. Рядом Петр Сергеевич Аксаков, помещик, владеет тремя имениями в губернии. Вон у камина Николай Иванович Троекуров, предводитель дворянства соседнего уезда.

Он повел меня по гостиной, представил гостям. Все вежливо кивали, некоторые пожали руку.

Баранов подошел, обнял за плечи.

— Александр Дмитриевич! Вот и вы здесь! Вы уже знаете мою супругу, она чрезвычайно рада вас видеть в добром здравии.

Дама в синем платье протянула руку, я поклонился, поцеловал.

— Очень приятно.

— Иван Петрович много о вас рассказывал, — сказала она. — Вы построили прекрасную мельницу, я видела своими глазами это чудо.

— Старался, сударыня.

В этот момент лакей у двери громко объявил:

— Его Превосходительство Губернатор!

Все разговоры стихли. Гости повернулись к дверям.

Вошел губернатор, высокий, стройный, седые волосы зачесаны назад, борода аккуратно подстрижена. Одет в парадный вицмундир с золотым шитьем, на груди ордена. Рядом супруга, дама лет пятидесяти, в бордовом платье, с жемчужным ожерельем.

Губернатор окинул взглядом гостей, улыбнулся.

— Господа, дамы! Рад приветствовать вас в моем доме! Прошу к столу!

Мы отправились в столовую. Длинный стол накрыт белоснежной скатертью, сервирован фарфоровой посудой, хрустальными бокалами. Свечи в серебряных подсвечниках. Блюда расставлены по центру стола: жаркое, рыба, салаты, пироги.

Губернатор сел во главе стола, супруга справа от него. Остальные гости рассаживались по местам. Беляев показал мне место, посередине стола, напротив Баранова.

Когда все сели, губернатор встал, поднял бокал с вином.

— Господа! Сегодня мы собрались по случаю дня рождения Его Императорского Высочества Великого Князя Константина Николаевича. Предлагаю тост за здоровье августейшей особы и всей Царствующей фамилии!

Все встали, подняли бокалы.

— За здоровье!

Выпили, сели. Начался ужин.