Инженер 4 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 56

— Нет, ваше превосходительство. Это клевета. Моя служба безупречна, характер чист. Я никогда не совершал ничего недостойного офицера и дворянина.

Губернатор кивнул медленно.

— Я вам верю. Ваши дела говорят за вас. Человек, который строит, создает, приносит пользу не может быть бесчестным. Нечестные люди разрушают, а не создают.

Он затушил сигару в пепельнице, встал.

— Хорошо, капитан. Я напишу князю Долгорукову. Дам официальную характеристику от имени губернатора Тульской губернии. Опишу ваши проекты, вашу работу. Скажу, что вы инженер надежный, человек чести, приносящий значительную пользу губернии.

Я вскочил, поклонился низко.

— Ваше превосходительство, благодарю! Я…

Губернатор поднял руку.

— Не нужно благодарностей. Я делаю то, что считаю справедливым. Россия нуждается в таких людях, как вы. Созидателях, строителях. Их нужно поддерживать, а не давать губить из-за чьей-то зависти.

Он подошел ко мне, положил руку на плечо.

— Через неделю письмо будет готово. Приезжайте в губернское правление, получите. Отправите князю. Думаю, это изменит его мнение.

Я с трудом сдерживал эмоции.

— Благодарю вас, ваше превосходительство.

Губернатор вернулся к креслу, обратился к остальным гостям:

— Господа, я надеюсь, что наш капитан Воронцов скоро станет счастливым женихом. Предлагаю выпить за его будущее семейное счастье!

Все подняли бокалы.

— За капитана Воронцова!

Выпили. Баранов подошел, обнял меня.

— Вот видите, Александр Дмитриевич! Говорил же, что все образуется!

Беляев пожал руку.

— Поздравляю. Губернатор человек слова. Если обещал, значит сделает.

Остаток вечера прошел как в тумане. Разговоры, смех, музыка, я слышал все это словно издалека.

В голове одна мысль, о том что губернатор напишет князю. Официальное письмо от губернатора. Это серьезно. Это может изменить все.

Прием закончился около полуночи. Гости разъехались. Я попрощался с губернатором, поблагодарил еще раз.

— Приезжайте через неделю, капитан. Письмо будет готово.

Сел в наемную пролетку, поехал домой.

На душе легко, светло. Впервые за долгие месяцы настоящая надежда.

Губернатор поддержал. Напишет князю.

Осталось ждать. Неделя и письмо будет у меня. Еще неделя на дорогу до Петербурга. Потом князь прочитает, подумает…

Может быть, он изменит решение. Может быть, даст согласие на брак.

Может быть, Елизавета станет моей женой.

Приехал домой. Поднялся в комнату. Сел за стол, зажег лампу. Подумал как быть. Решил, что надо обрадовать мою девушку.

Достал чистый лист бумаги, написал короткое письмо Елизавете.

«Дорогая Елизавета Петровна! Есть новости. Хорошие новости. Губернатор Тульской губернии согласился написать Вашему отцу официальное письмо с рекомендацией. Через неделю получу это письмо, отправлю Вашему батюшке. Надеюсь, это развеет его сомнения. Держитесь, прошу Вас. Скоро все разрешится. Преданный Вам Александр Воронцов».

Запечатал письмо. Завтра отнесу на почту.

Лег спать с легким сердцем. Впервые за долгое время спал спокойно, без тревожных снов.

Глава 25

Прием

Вечером губернатор устроил прием в честь князя Долгорукова.

Собрались в большой гостиной губернаторского дома. Та самая комната, где недавно я уже встречался с губернатором на званом ужине. Теперь гостей меньше, только самые близкие люди.

Губернатор с супругой встречали у входа. Князь Долгоруков прибыл в парадном мундире, с орденами на груди. Высокий, седой, лицо строгое, но уже не такое холодное, как утром при встрече.

Я стоял в стороне, наблюдал, как князь здоровается с губернатором, с Беляевым, с Барановым. Все относились к нему с почтением, человек знатный, из старинного рода, близкий к императорскому двору.

Губернатор повел всех в столовую. Длинный стол накрыт белой скатертью, серебряные подсвечники со свечами, хрустальные бокалы. Блюда уже расставлены: жаркое, рыба, салаты.

Губернатор сел во главе стола, князь справа от него, супруга губернатора слева. Остальные рассаживались по местам. Мне указали место напротив князя, между Барановым и Крыловым.

Когда все уселись, губернатор встал, поднял бокал.

— Господа! Рад приветствовать в нашем доме князя Петра Федоровича Долгорукова, гостя из столицы! Пусть его визит в Тулу будет приятным и полезным!

Все поднялись, подняли бокалы.

— За князя Долгорукова!

Выпили, сели. Начался ужин.

Разговор потек спокойно. Губернатор расспрашивал князя о новостях из Петербурга, о настроениях при дворе, о готовящихся реформах. Князь отвечал сдержанно, осторожно, огибая деликатные темы.

Баранов спросил о ценах на хлеб в столице, о торговле. Князь ответил, что цены растут, торговля оживляется после войны.

Крылов рассказывал о недавнем крупном пожаре в соседнем уезде, как тушили, какие потери. Князь слушал с интересом.

После первых блюд губернатор повернулся к князю.

— Петр Федорович, надеюсь, сегодняшний осмотр проектов капитана Воронцова вас впечатлил?

Князь отложил вилку, посмотрел на губернатора.

— Впечатлил, Павел Николаевич. Должен признать, я не ожидал увидеть столь значительные достижения в провинциальном городе. Водопровод в больнице, паровые машины на фабриках, улучшенные насосы для пожарной части. Все работает, все приносит пользу.

Он повернул голову, посмотрел на меня.

— Капитан Воронцов, скажите честно. Вы все это создали за полгода?

Я выпрямился.

— Не совсем за полгода, ваше сиятельство. Некоторые проекты начались раньше. Мельницу для Ивана Петровича Баранова строил летом. Но основная работа, да, последние полгода.

Князь медленно кивнул.

— Поразительно. Обычно такие проекты растягиваются на годы. А вы успели за считанные месяцы.

Баранов вмешался:

— Петр Федорович, Александр Дмитриевич не болтун. Он деятель. Обещает и делает. Быстро, качественно, без лишних разговоров. Потому и успевает так много.

Баташев добавил:

— Я с капитаном Воронцовым веду партнерство. Производим паровые машины и насосы. Спрос большой, заказы идут. Прибыль отличная. Это не просто инженер, это толковый коммерсант.

Князь слушал и кивал. Лицо у него было задумчивое.

Крылов весомо добавил:

— Петр Федорович, я сорок лет в пожарном деле. Видел многих инженеров. Столичных, заграничных. Но таких, как капитан Воронцов, мало. Честный, надежный, слово держит. Если бы у меня дочь была на выданье, я бы ему отдал без колебаний.

Князь внимательно посмотрел на Крылова, потом снова на меня.

Губернатор поднял бокал.

— Господа, предлагаю тост! За талантливых людей Тульской губернии! И за князя Долгорукова, который приехал к нам, чтобы навестить нас!

Все подняли бокалы, выпили. Князь тоже выпил, но молча.

После тоста князь повернулся к губернатору.

— Павел Николаевич, вы в своем письме писали, что капитан Воронцов человек чести, надежный специалист. Теперь я вижу, что вы не преувеличивали. Дела говорят сами за себя.

Губернатор кивнул.

— Именно так, Петр Федорович. Я не имею привычки давать рекомендации людям недостойным. Капитан Воронцов за полгода доказал свою ценность. Наша губерния нуждается в таких созидателях.

Князь отпил вина, помолчал. Потом обратился ко мне напрямую:

— Капитан Воронцов, завтра утром приходите ко мне в гостиницу. Поговорим наедине. Есть вопросы, которые нужно обсудить без посторонних.

Я поклонился.

— Буду, ваше сиятельство.

Остаток вечера прошел в разговорах о разной всячине. Князь расспрашивал губернатора о делах губернии, о промышленности, о дворянстве. Баранов рассказывал о своем имении, о планах по модернизации хозяйства.

Я сидел тихо, слушал, изредка отвечал на вопросы. В голове крутилась одна мысль, о том что завтра решится все.

Завтра князь либо даст согласие, либо откажет окончательно.