Инженер 4 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 60

Хор грянул:

— Ис-по-ла́-эти, Де́спота! Ис-по-ла́-эти!

Венчание закончилось. Мы муж и жена.

Я повернулся к Елизавете, поднял фату. Лицо мокрое от слез, но счастливое.

Наклонился, поцеловал ее в губы. Первый поцелуй как мужа и жены.

В храме раздались аплодисменты. Люди улыбались, женщины вытирали слезы.

Мы пошли к выходу. Гости обступили нас, поздравляли и обнимали.

Губернатор поцеловал Елизавету в щеку:

— Поздравляю, госпожа Воронцова! Будьте счастливы!

Беляев обнял меня:

— Ну вот и все, Александр Дмитриевич! Теперь вы женатый человек!

Баранов расцеловал Елизавету в обе щеки:

— Милости прошу в Тулу, Елизавета Петровна! Будете нашей почетной горожанкой!

Княгиня плакала и обнимала дочь. Князь стоял рядом, утирал слезы платком.

Я подошел к нему, поклонился.

— Благодарю вас, ваше сиятельство. За доверие, за согласие.

Князь обнял меня.

— Теперь ты мой сын, Александр. Зови меня отцом.

После собора мы поехали в дом Баранова на свадебный пир.

Большой зал украшен цветами, лентами, свечами. Длинный стол накрыт белой скатертью, уставлен блюдами: жаркое, рыба, дичь, пироги, сладости. Чтобы утолить жажду, тут же стояло множество графинов с вином.

Гости рассаживались по порядку. Мы с Елизаветой во главе стола. Князь справа от меня, княгиня слева от Елизаветы. Остальные дальше.

Когда все уселись, князь встал и поднял бокал.

— Господа! Дамы! Сегодня счастливый день. Моя дочь вышла замуж за достойного человека!

Он повернулся ко мне.

— Александр, я должен признаться публично. Я ошибался в тебе. Сначала немного сомневался. Но приехал сюда, увидел твои дела, познакомился с людьми, которые тебя уважают. И понял, что ошибался!

Князь говорил громко и твердо.

— Ты человек чести и дела. Офицер, инженер, созидатель. Ты строишь, создаешь, приносишь пользу России. Таких людей мало. Их нужно беречь!

Он поднял бокал выше.

— Я рад, что ты стал членом нашей семьи! За молодых! За Александра и Елизавету!

Все встали, подняли бокалы.

— За молодых! Горько!

Выпили. Я поцеловал Елизавету. Она покраснела и улыбнулась.

Губернатор тоже встал с поднятым бокалом.

— За капитана и госпожу Воронцову! Александр Дмитриевич гордость Тульской губернии! Человек, который доказал делами свою ценность! Желаю вам счастья, здоровья, долгих лет совместной жизни! И много детей!

Смех, аплодисменты.

— Горько! Горько!

Я снова поцеловал Елизавету.

Баранов встал, поднял бокал.

— За моего друга Александра Дмитриевича! Я знаю его полгода, но этого достаточно, чтобы понять, он человек надежный! И за прекрасную Елизавету Петровну! Живите долго и счастливо! Рожайте детей, растите их достойными людьми! Пусть ваш дом будет полон радости!

— Горько!

Крылов встал и поднял бокал.

— За честного человека и отличного инженера! Александр Дмитриевич, ты построил для города много полезного! Но сегодня ты строишь самое важное, семью! Пусть она будет такой же крепкой, как твои паровые машины! И пусть работает исправно!

Смех, аплодисменты.

— Горько!

Я целовал Елизавету снова и снова. Она счастливо смеялась.

Началось веселье. Гости ели, пили, разговаривали и от души хохотали.

В углу зала играл небольшой оркестр: три скрипки, виолончель, флейта. Музыка тихая и приятная.

После ужина начались танцы. Первый танец у молодых. Я повел Елизавету на середину зала. Оркестр заиграл вальс.

Мы танцевали и кружились. Я не лучший танцор, но старался. Елизавета двигалась легко и послушно. Смотрела на меня, не отрываясь.

— Александр, я так счастлива. Так счастлива, что не могу поверить. Думала, этот день никогда не наступит.

Я прижал ее к себе.

— А я всегда знал, что он будет. И вот теперь мы вместе. Навсегда.

После нас танцевали другие. Князь с княгиней. Губернатор с супругой. Баранов с женой.

Веселье продолжалось до вечера. Семен Косых пришел в зал и запел старинную песню, про любовь, про верность. Голос у него оказался хороший и сильный. Остальные мастеровые подхватили. Хор получился громкий и душевный.

Вечером гости начали разъезжаться. Прощались с нами, обнимали и желали счастья.

Губернатор уехал первым, сослался на дела. Потом Беляев с семьей. Крылов. Доктор Скрябин.

Мастеровые ушли пешком, гурьбой, громко разговаривая между собой, гордые, что им удалось побывать на барской свадьбе.

Остались только самые близкие. Князь с княгиней, Баранов с женой, Баташев.

Князь подошел ко мне и обнял.

— Ну что ж, Александр. Передаю тебе дочь. Береги ее.

— Обещаю, ваше сиятельство.

Княгиня обняла Елизавету.

— Доченька моя! Будь счастлива!

Елизавета заплакала, как не старалась сдержаться.

— Спасибо, матушка. За все.

Князь с княгиней уехали к губернатору, он выделил ради такого дела крыло в резиденции. Мы остались вдвоем.

Домой отправились на своей карете, сделанной у Савельева.

Приехали к нашему дому. Я помог Елизавете выйти из кареты, повел к двери.

Открыл ключом. В доме горели свечи, Дарья и Настя уже все приготовили.

Кухарка встретила нас у входа и поклонилась.

— Поздравляем вас, барин и барыня! Дай Бог вам счастья!

— Спасибо, Дарья. Можете отдыхать.

Дарья с Настей ушли в свою комнату. Мы остались одни.

Я повел Елизавету по дому. Поднялись на второй этаж.

— Вот наша спальня.

Просторная комната, большая кровать с резными столбиками, покрытая белым покрывалом. У окна туалетный столик и овальное зеркало. Шкаф для одежды. В камине трещали дрова, в комнате тепло.

Елизавета остановилась посреди комнаты, медленно оглядывалась.

— Здесь я буду жить. Здесь наш дом.

Я подошел, обнял ее сзади. Она повернулась ко мне.

— Александр, я так долго ждала этого. Думала, что никогда не будет. Что отец не даст согласия. Что мы навсегда останемся в разлуке.

— Но мы прошли через все. И теперь вместе.

— Что будет дальше?

Я улыбнулся.

— Дальше у нас вся жизнь. Новые дела, новые проекты. Но теперь я не один. Теперь ты будешь рядом.

Она прижалась ко мне и тихо сказала:

— Я так тебя люблю, Александр.

— И я тебя люблю, Елизавета.

Мы долго стояли, обнявшись. За окном темнело. Снаружи шел тихий и спокойный снег. Тула постепенно засыпала.

Я подвел Елизавету к окну. Мы смотрели на заснеженную улицу, на огни в окнах соседних домов.

— Это теперь наш город, — сказал я. — Здесь мы будем жить. Растить детей. Работать. Строить. Может быть потом переедем в Москву или Петербург, но сначала завоюем Тулу.

Елизавета кивнула, прижалась ближе.

— Я готова. К любой жизни. Лишь бы рядом с тобой.

Я поцеловал ее. Долго и нежно.

Потом погасил свечи. Камин догорал, отбрасывая мягкие тени на стены.

Мы легли в нашу супружескую постель. Впервые как муж и жена.

За окном падал снег. Город спал. Жизнь продолжалась.

Новая жизнь. Наша жизнь.

Вместе.