Мистер Невыносимость 2 – Бездна в нас - Граф К. - Страница 7

Около стойки сдачи багажа меня поджидала госпожа Зоммер. Я удивлённо покосилась на неё. Меня провожать было некому: Петер работал, Карине я не сообщила дату отъезда, а друзей в Вене у меня не было. Её появление стало полной неожиданностью. Она ведь очень занятый человек – тем удивительнее, что ради меня нашла время в своём плотном графике.

Заранее она не предупредила, что собирается прийти, но я всё равно обрадовалась её появлению. Всё-таки немного грустно уезжать, когда никто не машет тебе рукой на прощание.

– Что, решили убедиться, что я не струшу и правда сяду в самолёт? – пошутила я, подходя ближе и криво усмехаясь.

Она улыбнулась в ответ:

– Можно и так сказать. Я рада, что ты решилась на этот шаг, и я верю в твой успех. Ты ещё совсем молодая. Поверь моему опыту, ты не пожалеешь об этом решении.

– Вы сейчас о профессиональной или о личной стороне?

– И о том, и о другом. Береги себя. Передавай привет профессору Вальтеру. Думаю, вы сработаетесь.

– Время покажет. Спасибо, обязательно передам!

Мы коротко обнялись.

– Позаботьтесь о Карине. Она стала ужасно сентиментальной.

Госпожа Зоммер тепло улыбнулась:

– Карина всегда была такой. Просто ты этого раньше не замечала. Не беспокойся, с ней всё будет в порядке. У неё есть Петер. А вот тебе предстоит настоящее испытание. Сконцентрируйся на себе и постарайся наладить свою жизнь. До скорой встречи! Если будут вопросы, звони в любое время!

– Хорошо. И ещё раз спасибо за всё! Особенно за то, что открыли мне глаза.

– Не за что! Я в тебя верю! Постарайся там. А, точно, чуть не забыла. Держи. Это из моей личной библиотеки. Тебе больше пригодится. Так сказать, прощальный подарок.

Госпожа Зоммер вынула из здоровенной сумки книгу и вручила её мне. Я сжала губы в тонкую линию. Справочник по детским болезням. Очень практично, но совсем не романтично. Так себе прощальный подарок. Учитель остаётся учителем до конца. Но всё равно это было немного трогательно. Госпожа Зоммер обращалась со своими книгами, как с реликвиями, и то, что она решила расстаться с одной из них ради меня, значило многое.

– Не благодари, – сказала госпожа Зоммер, прежде чем я успела хоть как-то отреагировать на её щедрость. Она похлопала меня по плечу и, не оборачиваясь, размеренным шагом направилась к выходу.

Я вздохнула, запихнула этот увесистый том в свою сумку (он еле туда влез), сдала чемодан и направилась на посадку. Никакой меланхолии или грусти из-за отъезда я не чувствовала. Меня здесь ничто не держало. У меня не было ничего по-настоящему своего. Даже странно… будто я провела последние пять лет во сне.

Уже сидя в самолёте и слушая гул турбин перед взлётом, я вдруг ощутила странное дежавю. Спустя столько времени я возвращалась туда, откуда когда-то сбежала. Только теперь моё израненное сердце наполняли не боль и отчаяние, а надежда. Наверное, это хороший знак. В этот раз у меня обязательно получится стать счастливой. Я слишком долго пряталась от людей в своём маленьком, изолированном мире. А ведь у меня есть к чему стремиться. Я готова к большим переменам – без сомнений!

После приземления в Берлине я взяла такси и поехала к своему новому жилищу. Всё внутри меня бурлило от нетерпения. Хотелось тут же ринуться в бой. Возможно, это просто прилив начальной решимости, и позже меня снова откинет назад. Может быть, я опять начну убегать от самой себя, но сейчас я наслаждалась тем, что во мне наконец проснулось желание жить, бороться и двигаться вперёд.

Однокомнатная квартира, которую мне одолжила госпожа Зоммер, находилась на тихой улочке всего в десяти минутах ходьбы от больницы, где я должна была начать работать с понедельника. Впереди у меня были выходные. Я планировала немного обжиться, навестить Аннету и, наконец, спокойно обдумать свои дальнейшие шаги.

Моё новое маленькое царство оказалось неожиданно уютным. Квартира была полностью меблирована, с небольшой встроенной кухней. Кто-то явно хорошенько прибрался перед моим приездом. Одной заботой меньше. Не нужно убираться с дороги.

Бросив чемодан, я тут же побежала в ближайший супермаркет закупить продукты на первое время. Впервые в жизни меня ждала самостоятельная жизнь в гордом одиночестве. Сейчас это уже не пугало, как раньше, но всё равно было непривычно оставаться один на один с собой. К тому же за последние пять лет я почти совсем не касалась домашних дел. Первым моим порывом стало проверить, умею ли я то, что когда-то умела прежняя Лина. Я ведь всегда была хорошей хозяйкой и с удовольствием наводила уют.

В магазине я набрала полную корзину продуктов – столько, сколько смогла унести. Вернувшись домой, принялась печь печенье. К своему удивлению обнаружила, что рецепты до сих пор чётко хранятся в памяти, а руки всё ещё прекрасно справляются с замесом теста. Я позволила себе быть прежней, и это оказалось не так страшно, как я ожидала. То, что раньше доставляло мне радость, продолжало радовать. Когда-то я готовила не только для Лоурена. Я делала это и для себя, и для Карины, и для друзей. Почему же я так яростно всё это отвергла? Да, воспоминания остались. Но они больше не ранили. Время сделало своё дело – притупило боль.

Я улыбнулась самой себе, когда закончила хлопоты на кухне. Вся в муке и тесте налила себе чай и сняла пробу со свежих печенек. Они получились изумительными! Упаковав часть выпечки в красивый пакетик, сразу положила его в сумку, чтобы не забыть.

Вечером позвонила Карина. Она только вернулась с работы и нашла мою записку на столе. Сестра долго возмущалась, сыпала упрёками, которые я не слушала. Как и ожидалось. Я почти не слушала её, потому что была уверена в своём решении и не испытывала никаких угрызений совести. Просто дала Карине выговориться. А потом она заплакала.

«Ну и кто из нас ещё маленький?» – подумала я, тяжело вздохнув. Я старалась утешить её как могла, подбирая самые тёплые слова, какие приходили в голову. Постепенно она немного успокоилась. Ей, как и мне, нужно время, чтобы привыкнуть к переменам. В завершение разговора я перекинулась парой слов с Петером. По его голосу я поняла – он, как и госпожа Зоммер, гордился моей смелостью и решительностью. Я не боялась за Карину. У неё есть человек, который обязательно позаботится о ней. С лёгкой грустью и тоской я положила трубку.

Позже я разобрала чемодан, легла на диван и включила телевизор. В какой-то момент уснула прямо под звуки фильма, даже не постелив постель. Но это был один из самых крепких и спокойных снов за последние годы. Я давно так безмятежно не спала, как в эту первую ночь своего пребывания в Берлине после долгих лет!

Проснулась я рано утром. Приняла душ, оделась и первым делом отправилась покупать подарки для Аннеты и её детишек. Я уже представляла, каким будет выражение её лица, когда она увидит меня. Я ничего не сказала ей о своём возвращении. Хотелось сделать сюрприз. Теперь мы снова сможем часто видеться, и эта мысль грела сердце.

Невероятно, но наша дружба пережила целых пять лет отношений на расстоянии! Я знала – она будет радоваться моему возвращению, как никто другой.

Проехав пару остановок на метро, я вышла в центре. Не спеша брела по улицам, оглядываясь по сторонам. За эти годы почти ничего не изменилось. Но дышалось в родном городе всё равно иначе, чем в Вене. Всё казалось близким, знакомым, будто я никогда и не уезжала. Лёгкая меланхолия приятно щемила сердце.

Привычные здания и магазины всё так же стояли на своих местах, только я сама изменилась – превратилась из девочки во взрослую девушку. И теперь мои глаза смотрели на жизнь совсем по-другому.

Накупив игрушек, я направилась дорогой, что вела через бывший университет. Снаружи всё осталось по-прежнему. Я замялась у ворот, размышляя, стоит ли заглянуть на кафедру и попытаться найти кого-нибудь из бывших преподавателей. Но в итоге отказалась от этой идеи. Вряд ли кто-то меня вспомнит. Я ведь проучилась здесь всего лишь год.

Неожиданно нахлынула грусть. Вспомнила о Натане. Это место всё ещё дышало им, а мне совсем не хотелось о нём думать. Хоть я и убеждала себя, что не имею права обижаться, в глубине души, наверное, всё же ждала объяснений. Он мог бы хотя бы сказать, что больше не хочет поддерживать общение. Перед моим отъездом Натан уверял, что мы будем регулярно созваниваться. Даже обещал навестить… Но – увы. Не знаю почему, но я до сих пор чувствую себя брошенной во второй раз, даже если между нами не было любви.