Легион (СИ) - Кораблев Родион - Страница 31

— Как ты это делаешь? — жадно спросила Долла.

— Я неплохой энергетический хирург. Так вы хотите выбраться? Предупреждаю — мою помощь надо заслужить…

Алекс спокойно смотрел на парочку Достойных в ожидании ответа. Ситуация с Фермой начала проясняться. Точнее, стало понятно, что ничего не понятно. Самой большой загадкой был Фест, которого Каег по праву считал ключом ко всему происходящему.

А значит, Фест был ключом и к Пузырю, и к планам самого Алекса. Причем долговременным.

— Возможно, Фест — один из Троих или кто-то подобный им! — заметила Мирам.

— Сейчас это бесполезно обсуждать. Надо придумать, что делать с Достойными и пленниками.

— Зачем они нам нужны?

— От них может быть польза…

Вообще, Алекс не планировал никого сейчас спасать, хотя пройти мимо пленных было бы последним делом. Однако сейчас он уже размышлял и о Достойных. Причиной была оговорка Каега в разговоре — он упомянул, что всех Достойных собирают вместе не просто так — они ускоряли весь процесс.

А это было весьма полезно и для трансформации легиона — личный «поставщик Бесформенности» мог здорово облегчить процесс. В общем, как энергетический хирург, Алекс видел в Достойных пользу.

Правда, оставался вопрос управления снаружи и Призыв, но ментаты в Квазаре как-то обошли его.

— Они нас задержат, — продолжала жаловаться Мирам. — Не стоит сейчас зацикливаться на Достойных. У нас был простой план — добраться до Глирда и вытащить остатки Черного Хирурга.

— И мы этим займемся в самое ближайшее время. Но сначала посмотрим, что можно вытащить с Фермы…

Глава 14

Заговорщики

Алекс не стал засиживаться у Каега, оставив двух адептов размышлять над его предложением, он покинул палатку и снова оказался в красном тумане. Опасений, что его раскроют или устроят охоту, не было — Каег не сильно походил на довольного жизнью разумного и явно искал выход из сложившейся ситуации. Долла же так вообще дошла до крайней степени отчаяния, и Алекс ее понимал — у адептов имелись свои цели и желания. Без этого сложно было прожить долгую и счастливую жизнь. Хотя жизнь адепта редко бывала счастливой.

Тем не менее «беззаботные мотыльки» не добирались до высоких уровней. Потому что помимо удачи тут еще требовались расчет и дисциплина. Очень много дисциплины и не меньше расчета. В общем, адепты тщательно планировали свой путь, однако сейчас все эти планы обнулились.

Немудрено, что Долла впала в депрессию.

Надо сказать, это не было такой уж редкостью даже среди членов великих школ. Просто однажды адепт переставал бороться. Впрочем, у Достойных пока ситуация не дошла до критической. По крайней мере, у них имелся путь, подсказанный им Хеметом — они должны были побыстрее освоить новые навыки. В смысле, старые, но с примесью Бесформенности.

Тренировка заключалась в многократном повторении приема, пока автоматические прежде действия не станут снова автоматическими. При этом каждый этап требовалось тщательно контролировать.

Хемет также донес до всех, что переосвоение навыков уменьшает нагрузку на разум и этим облегчает трансформацию. Потому что разум привыкает работать с двумя Силами. А значит, шанс его разрушения снижается.

И в этом вопросе Алекс был согласен с новым лидером Достойных, потому что по себе знал, как легко можно было перенапрячься. Ведь разум был таким же полноценным компонентом личной силы адепта, как тело и энергетическая система. Не зря же за Адаптацией — первой стадией на пути — шел Синтез, во время которого разум, плоть и энергетика спаивались в единое целое. Без этого нельзя было двинуться дальше.

Разум соединялся с матрицами многочисленными связями. А еще он обрабатывал поступающие от них сигналы. В общем, дело тут было не в интеллектуальных способностях адепта, а в способности управлять энергией и даже Силой. И с каждым усилением, с каждой эволюцией навыка требования только росли.

Поэтому адепты и побеждали огромных монстров — навыки чудовищ уступали по сложности и гибкости навыкам адептов. Не говоря уж об изобретательности. Зато у монстров резервы реже заканчивались. В общем, у каждого имелись свои преимущества. И возможно, Достойные станут новым видом, который объединит преимущества монстров и разумных…

Но прямо сейчас их разум должен был перестроиться. Однако это требовало особой гибкости, а чем старше становился адепт, тем сложнее ему было это сделать. Не зря же длительное пребывание на одном уровне затрудняло переход на следующий. Новую же силу можно было сравнить с новой стадией. Или новым инструментом уровня Линзы или Тела Звезды.

В общем, Достойные столкнулись с серьезным вызовом и надрывались. На их уровне это означало не просто срыв, а разрушение.

«Неудивительно, что многие скатываются до чудовищ, — размышлял Алекс. — Это не наказание, а автоматический способ выживания…»

Так или иначе, случай Достойных и пленников сильно отличался от обратной эволюции, когда с гибелью родной цивилизации и свертыванием Другой Стороны адепты низких уровней превращались в животных. Это происходило из-за разрыва связи адепта с пятым слоем. Однако старшие адепты проходили «второе рождение» и обретали подлинную независимость. Их проблемой была не потеря связи, а наоборот, ее приобретение. Они получали новую Силу и не могли справиться с последствиями.

«Это действительно похоже на эксперимент. Как и говорил Каег. Интересно, кто это придумал. Фест?»

Впрочем, во всей этой истории Алекса сейчас больше интересовал даже не Фест, а Хемет. Потому что таинственного Феста еще поди разыщи, а Хемет обитал прямо тут, на Ферме. И, по словам Каега, тот являлся энергетическим хирургом. То есть «коллегой». Возможно, именно поэтому лидер Достойных быстрее всех разобрался в ситуации и стал главным после Феста.

Алексу очень хотелось узнать, как именно это произошло…

— Куда теперь? — уточнила Мирам.

— Обратно к зоне трансформации.

— Только выбрались и снова туда?

— А куда еще? Вся Ферма заполнена одинаковым туманом. А зона трансформации выделяется. Поэтому ответы нужно искать там, — объяснил Алекс.

— Можно добраться до границы. Или поискать врата Фермы. Если это титан, у него должны быть врата, — предложила Мирам.

— Это особый титан… В любом случае, его врата хорошо защищены или спрятаны. На границе же мы себя обязательно выдадим.

— Тогда просто сбежим.

— Обратно монстры нас сюда не вернут. Не настолько местные твари глупые. Поэтому рано бежать. Нужно искать ответы. Но делать это надо в центре…

По дороге Алекс пытался почувствовать Призыв, упомянутый Каегом. Но как ни старался, ничего не ощутил, хотя для всех остальных обитателей Фермы Призыв был частью повседневной рутины. К сожалению, Мирам тоже не могла его уловить.

— Для этого нужны врата Бесформенного, а у меня только твои метки, — пожаловалась она.

— Ну, извини, вратами Бесформенного пока не обзавелся, — усмехнулся Алекс.

К счастью, он ощущал направление и сумел вернуться к зоне трансформации. Все пленники находились тут же. Как и всегда. Их точного количества Каег с Доллой не знали. Каег только объяснил, что адептов снаружи постоянно «подвозят». Хотя иногда «увозят». С последним явлением Алекс столкнулся лично — на его глазах монстры подхватили несколько трупов пленников, не переживших трансформацию, и куда-то утащили.

Были другие примеры — адепты-монстры поднимались и тихо, никому ничего не объясняя, улетали. При этом барьер их не задерживал, тогда как Алексу пришлось его осторожно вскрывать. Он, конечно, легко справился, но разница прекрасно показывала, кто тут пленник, а кто — местный житель.

Впрочем, превратившиеся в монстров адепты ему не встречались снаружи. Очевидно, Бесформенный уводил их в новую жизнь.

«Может, это и есть счастье в его понимании?» — задумался на мгновение Алекс и спросил у Мирам:

— Ты выяснила еще что-нибудь о Ферме?