"Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Михаль Татьяна - Страница 149

Чёрт…

Закусила губу и решила дождаться ответа от дракона. Если меня не устроит его предложение, как нам достичь компромисса в странных отношениях, то…

То что?

Хороший вопрос. Пока я ещё не знаю на него ответа.

Пока думала и накручивала себя мыслями на бигуди, мне пришло сообщение от Эн'Тая и Кары.

Открыла их письмо и улыбнулась. Писал Эн'Тай, и писал он эмоционально, ярко и живо.

«Здравствуй, Женевьева. Это мы — Эн'Тай и Кара.

Как только мы уехали, сразу стали жутко скучать.

Дома тоскливо и неинтересно. Не то, что у дяди.

Кара устроила дома головомойку. Мама говорит, что лишится рассудка от её истерик и требований. А требует моя сестрица, чтоб нас вернули к дяде. Хотя бы на каникулы, пока не начнётся учёба.

Мама против.

Тогда Кара заявила, что хочет быть на тебя похожей. И что ты самая лучшая женщина.

Мама рвёт на себе волосы и умоляет Кару прекратить говорить и напоминать о тебе. Но наша Кара очень упрямая.

Мама пыталась призвать и меня, и папу, чтобы помогли усмирить маленькую соплюшку. Папа ответил, что в женские разборки не полезет и умыл руки.

А я сказал, что ты мне тоже нравишься.

В общем, мама взяла отпуск в салон красоты и магазины. Мы остались с папой.

Кара сейчас попросила узнать, ты ходила ещё раз к нашему… «большой секрет», который мы никому не расскажем… Как он там?

Скучаем».

Эх, хорошо получать письма от друзей и знать, что хоть кому-то интересна твоя судьба.

Погладила Аида и сказала:

— И правда, нужно навестить Тэна. Ему наверняка очень одиноко и тоскливо в своей клетке.

Кот сверкнул глазами и ударил хвостом, явно выражая своё недовольство моей идеей.

— Не думаю, что это плохо, — сказала в своё оправдание. — Возьму яблок и просто поговорю с ним… Это ведь ужасно сидеть взаперти, Аид.

Кот снова дёрнул хвостом и свернулся клубком, спрятав мордочку лапкой.

— Поняла, ты не со мной. Ну и ладно.

Дождалась ужин. Ела я сегодня у себя. Дракон всё равно куда-то уехал, а есть одной в большой столовой как-то неинтересно.

Попросила после ужина принести мне яблок, штук десять. Если прислуживающие девушки и удивились, то виду не подали. Яблоки я получила. Целую корзинку.

Когда стемнело, тепло оделась, взяла корзину с яблоками и пошла к Тэну.

Попасть через дверь я не могла — ключа нет и естественно просить ключ у Милдред не собиралась.

Но зато ещё в прошлый раз я видела, что одно окно не застеклено. Точнее, это даже не окно было, а просто отверстие по типу вентиляции.

Проём был небольшим, но со своими габаритами я должна была пролезть.

Темнота меня не пугала, тем более ярко светила луна. Настроение у меня отличное, ничего не болело, не беспокоило и, закусив кончик языка, хитро улыбаясь, нашла тот самый проём в ангаре.

Только проблема — высоко.

Дотянуться до оконного выступа могла руками стоя только на носочках. Вряд ли я смогу подтянуться на руках.

Пришлось искать что-нибудь, что можно подставить под ноги.

Признаюсь, искала долго, но отказываться от своей затеи не стала, какой бы на первый взгляд бредовой и идиотской она не казалась.

В итоге, нашла ведро!

Пришлось яблоки расфасовать по карманам. Увы, все не вошли. Потом поставила ведро вверх дном и полезла в ангар.

Оказывается, чуть подтянуться и забраться наверх — это такая сложная задача.

Кряхтя, потея, но усердно двигаясь к поставленной цели, я как вездеход всё-таки забралась в проём и…

— Твою ж мать… — выругалась, понимая, что трындец, как влипла.

Я застряла.

Моя попа оказалась слишком большой для этого лаза и я не смогла дальше двигаться.

Теперь понятно, сюда разве что при дико щуплой комплекции пролезть можно. А я дама с формами.

Начала пытаться вернуться, но как назло, ничего не выходило. Помогала себе руками и ногами, но всё тщётно. Я застряла как самая настоящая затычка в бочке с вином. Или порохом.

Пока я пыхтела, ёрзала, нарабатывая синяки, несколько яблок треснули в карманах, и их сок неприятно холодил кожу.

Я пыталась втянуть живот, выдохнуть максимально, чтобы протиснуться назад и выбраться, но мне кажется, своей вознёй застревала ещё больше.

Выдохлась я быстро. Не знаю, сколько прошло времени — пять минут, десять, час, сто лет, но у меня уже свело ноги, спину, устали руки и плечи, так как мне приходилось удерживать свой вес на руках, уперев их в стену. Иногда висла на животе, но ненадолго, ибо больно. Рёбра уже не просто болели, они стонали.

Жаль я не взяла с собой шпроты, а то бы сейчас масло от шпрот мне бы помогло. Наверное.

Чёрт. Придётся вызывать дракона. Сама я уже точно не выберусь.

Самым печальным был тот факт, что мне придётся как-то объяснить и оправдать свой поступок. Представляю, что подумает обо мне Ан'Рэнхард.

— Несс… Если вы меня слышите… Или чувствуете… В общем, лучше вам меня услышать… Я тут немножко застряла… И мне очень нужна ваша помощь… Пожалуйста, Рэн… Помогите…

Ан'Рэнхард Нерваль из клана Огненных драконов

Сидя в баре в небольшом городке за тридцать километров от дома, я задумчиво смотрел на янтарную жидкость в своём стакане и слушал, как поёт новенькая певица нечто заунывное, тоскливое и вызывающее раздражение. Это была песня о безответной любви.

Проклятые небеса!

Дожился, что теперь сбегаю из собственного дома, лгу помощникам, что уезжаю по делам и сижу в придорожном баре.

Я собственными руками мог бы кастрировать бычка, спилить козлам слишком длинные рога, пристрелить сломавшую ногу лошадь…

И я воспринимаю все эти вещи, как обыденная необходимость. Никакого сочувствия или жалости. И уж тем более, никакого страха.

Но только сегодня я ощутил в полной мере воистину животный страх.

Я уж и позабыл это ощущение. Последний раз меня так накрывало после трагедии с братом. И то, мне кажется, сегодня было намного хуже.

Женевьева.

Приоткрыв на мгновение связь, чтобы почувствовать и понять её сегодняшнее настроение, я и подумать не мог, что испытаю невообразимую боль…

Воспоминания ещё свежи и я не представляю, как она держалась.

В тот момент, когда связь распахнулась, меня накрыла алая пелена сумасшедшей боли. Резануло мне живот, ниже, углубляясь всё дальше и дальше, словно боль обещала, что впереди ещё больше мучений.

Ноги у меня подкосились, и я едва устоял, успев ухватиться за стол, чтобы не упасть.

А дикая боль, тем временем, разрасталась по всему телу невообразимыми спазмами. Словно кто-то взял острое лезвие и кромсал меня изнутри. Хотелось в этот миг одного — прекратить эти мучения. И я дал слабину — закрылся от своей пары, отрезав себя от её ужаснувшей меня боли.

И в тот же миг я был с ней рядом.

Первая мысль, которая меня посетила — она навредила себе сама. Запах её крови меня чуть не свёл с ума. Страх в тот момент взял меня за горло и хорошо приложил реальностью в зону паха.

Мысль, что мог потерять её, до сих пор вызывает дрожь в руках и ужас, который перекрывает дыхание, а сердце едва не рвётся из груди.

Мой зверь до сих пор рвётся назад — к ней. Желает обвиться вокруг неё защитным кольцом и охранять, защищать и помочь пережить несколько кровавых дней…

Пришлось убраться из дома, иначе зверь вырвался бы из-под контроля.

Хорошо, что я понял, что мне говорила Женевьева…

Не сразу до меня дошли её слова, но потом я понял, что за боль беспокоила мою пару и почему у неё шла кровь.

Но… проклятье… я никогда и подумать не мог, что женщины испытывают подобные мучения и страдания. Подумать страшно, что же они испытывают, когда воспроизводят на свет новую жизнь?..

Что ж, надеюсь, Женевьеве стало гораздо лучше.

Проклятье! До невозможности хочется открыть нашу с ней связь и проверить её, но если я это сделаю, мой зверь сорвётся. Аромат Женевьевы и её… свели обе мои ипостаси с ума.

И почему моя пара такая… необычная?