Одиночка. Компиляция (СИ) - Долинин Александр - Страница 105

— Буду читать Руководство каждый вечер, перед сном! — что-то меня на юмор потянуло.

— Вот и посмотрим, что у тебя в памяти останется… Кстати, сколько ты там на своих моделях «налетал»?

— Немного до трех сотен часов не хватило, у меня ведь полеты длились от пяти до десяти минут, в зависимости от того, что в полете делал. Но иногда получалось полтора часа «полетного времени» в день, когда десяток аккумуляторов с собой в поле брал.

— Хорошо, скоро сможешь сам проверить, чем модель от настоящего самолета отличается…

Дома, когда я вошел на кухню, Рыжик принюхалась и сказала:

— Так, в душ и переодевайся — от тебя бензином пахнет…

— Ну, я думаю, что это лучше, чем водкой!

— Все, давай быстрее, сначала поужинаем, а потом будем дела обсуждать.

— У нас появились дела?

— Вообще-то, скоро новый сезон начнется, постояльцы к нам будут заселяться. Вот об этом мы с тобой и поговорим…

В общем, оказалось, что нам предстоят обычные дела по приведению комнат в порядок. Рыжик взяла на себя уборку-протирку-мытье окон и тому подобные работы, а мне досталось осматривать розетки-выключатели и сантехнику. В общем, ничего сложного, объем работы не чрезмерный — у нас все-таки не «Гранд-отель»!.. Заниматься этим буду по вечерам, все равно делать особо нечего разве что с электрикой лучше ковыряться, пока светло. А заменять резиновые прокладки в кранах — дело нехитрое, если сама «арматура» целая. Бригитта сказала, что раньше она для этого приглашала сантехника и электрика, которые за свои услуги брали приличные деньги. Надо же, я еще и пользу могу приносить, оказывается!.. (И уносить — тоже, хи-хи…)

Для пробы осмотрел соседний номер. Как и следовало ожидать, контакты в розетках были заметно «разжаты», краны чуть-чуть подтекали. Но меньше чем за час все недостатки удалось полностью устранить, и я позвал Рыжика принимать работу. Она придирчиво осмотрела все отремонтированное, потом выдала заключение:

— Спасибо, вижу, что все нормально работает. Вот видишь, что бы я без тебя делала!..

— А можно благодарность получить в другой форме?

— Ладно, напомни мне об этом часа через три, — и она засмеялась.

А что, я такой, напомню ведь…

17 число 02 месяца 24 года, Порто-Франко

С трудом дождался окончания рабочего дня (ну, у молодого напарника он все еще продолжался, но я заранее отпросился у начальника) и поехал на аэродром. Погода с утра внушала надежды на лучшее, к тому же я заранее созвонился с Джимом — сегодня планировался первый вылет после наземной подготовки. Руление отрабатывали довольно много, пора бы и в полет!..

Стараясь не торопиться, еду в сторону аэродрома. Попутно отмечаю увеличившиеся количество машин и пешеходов на улицах — ну да, мокрый сезон заканчивается, народу надоело дома сидеть. Небо потихоньку очищается от слоя серых «дождевых» облаков, и остаются ярко-белые комочки «кучевых», с плоскими основаниями и светлыми «верхушками». В них залетать не рекомендуется, но мы так высоко подниматься и не планируем. (Откуда я это взял? Просто изучал основы метеорологии в курсе подготовки, вот откуда.)

Снова выкатываем «Сессну» из ангара, на этот раз чуть подальше, и Джим командует:

— Начинай предполетный осмотр!

Беру в кабине планшет, и начинаю процедуру, за прошедшее время вбитую уже в самые глубины подсознания. Инструктор придирчиво оценивает мои действия, но молчит, значит, все идет как нужно. Докладываю ему:

— Осмотр закончен, замечаний нет!

— К запуску готов!

Мы оба забираемся в кабину, пристегиваемся, надеваем гарнитуры, и начинается очередная последовательность действий, тоже неоднократно отработанная еще в ангаре, но сейчас-то все по-настоящему. Наконец, Джим кивает мне, и я начинаю процедуру:

— Чиф, разрешите запуск!

— Запуск разрешаю!

Через некоторое время двигатель уже вовсю крутит пропеллер, постепенно прогреваясь. Смотрю на индикаторы температуры и давления жидкостей — норма, продолжаем дальше… Погоняв двигатель на различных режимах, Джим спокойно говорит мне:

— Начинай работу с Вышкой.

..А мне неспокойно, хотя и знаю, что «рулить» все равно будет он сам…

— Вышка, я «Блюберд», прошу информацию для вылета!

— «Блюберд», я Вышка. Полоса номер два, ветер пятьдесят градусов, три метра в секунду, температура двадцать один, видимость десять, давление тысяча пять миллибар…

— Вышка, я «Блюберд», разрешите предварительный!

— «Блюберд», я Вышка, разрешаю предварительный.

— Вышка, я «Блюберд», принял.

Инструктор дает знак техникам, те выдергивают из-под колес стояночные колодки, и командует мне:

— Выруливай!

Стараясь как можно плавнее рулить, вывожу «Сессну» на исходную позицию.

— Вышка, я «Блюберд», на предварительном, разрешите исполнительный!

— «Блюберд», я Вышка, занимайте исполнительный, полоса два!

Выруливаю в начало указанной полосы, вопросительно смотрю на инструктора, тот кивает, и я сразу запрашиваю диспетчера:

— Вышка, я «Блюберд», на исполнительном, к взлету готов!

— «Блюберд», я Вышка, взлет разрешаю, ветер пятьдесят градусов, три метра в секунду.

Джим показывает мне «Убери руки!», и прибавляет газу, «Сессна» начинает разгоняться.

— Скорость отрыва!

— Взлетаем!

Дрожь от колес прекратилась, после короткого разбега самолет легко отрывается от полосы (еще бы, без груза летим), вот мы и в воздухе… По знаку пилота убираю закрылки и докладываю:

— Вышка, я «Блюберд», взлет произвел!

— «Блюберд», я Вышка, поворачивайте на курс ноль-десять, набирайте три тысячи футов, можете работать от трех до пяти тысяч футов.

— Вышка, я «Блюберд», принял, занимаю три тысячи.

Под крылом мелькают аэродромные строения, автостоянка за вышкой, среди стоящих на ней серо-грязно-камуфлированных машин выделяется какие-то яркое пятно. Тут же слышу рык инструктора:

— Курсант, ворон не лови!..

Перевожу двигатель в нормальный режим, и начинаем не торопясь набирать положенную высоту. Рулит-то Джим, но я стараюсь запоминать, как и что он делает. В общем, все понятно.

Отойдя от аэродрома километров на двадцать, инструктор говорит мне:

— Запоминай ориентиры, пригодится при заходе на посадку.

— Принял. Два близко расположеных холма наблюдаю.

— Вот на них и будем выходить при посадке с этого курса. Остальные ориентиры ты мне потом на карте покажешь, в следующие полеты сверху с ними познакомишься. А сейчас давай начнем обучение. Тебя как, не укачало?

— Нет, чиф, все нормально.

— Берись за управление, и держи горизонт.

Взявшись за «рога» штурвала и поставив ноги на педали, ощущаю, как «Сессна» начинает уходить в сторону и задирать нос. Эй, так не пойдет! Стараясь действовать как можно нежнее, пытаюсь небольшими фиксированными перемещениями штурвала вернуть ее на курс и на «горизонт», получается, получается!!!..

— Можешь даже чуть поэнергичнее, пассажиров у нас нет, — одобрительно усмехается Хокинс.

— Мне нужно реакцию почувствовать, — я пытаюсь удержать самолет на прямой, получается, но с небольшими рысканиями по крену и тангажу.

— Спокойнее, сейчас триммером отрегулируем, легче будет, — Джим начинает вращать колесико триммера, и жить становится веселее — нагрузка уменьшается, и мне удается вести «птичку» практически ровно.

— Нормально, теперь запоминай, как виражи нужно выполнять, — инструктор не спеша дает крен в левую сторону и чуть тянет штурвал на себя. — За скоростью и указателем скольжения смотри!

Пытаюсь одновременно считывать показания о скорости и наблюдать, что именно делает Джим, получается не очень хорошо. Это и есть «отработка распределения внимания»…

— Ты не на цифры смотри, а запоминай положение стрелки у сектора.

— Понял…

— Теперь давай сам!

Пытаюсь повторить движения инструктора, даю крен влево и подтягиваю штурвал на себя. Видимо, перестарался, потому что крен получился чуть больше, чем нужно, и вираж выходит более «крутым». Совершенно машинально «даю ногу» — подрабатываю рулем направления, чтобы не потерять высоту, и чуть прибавляю газу, чтобы не падала скорость.