Одиночка. Компиляция (СИ) - Долинин Александр - Страница 149

— Джин, это вечернее платье, да?

— Оно у меня для торжественных случаев, нравится?

— Очень!..

— Тогда поехали, что сидишь, вези даму… Только вот придется ехать на твоем джипе, у меня руки до сих пор дрожат, — призналась она.

Я хотел поцеловать ее «для бодрости», но она отстранила меня:

— Не сейчас, косметику размажешь, зря старалась, что ли? Все-таки следы остались, хоть почти и не заметно… Хорошо, что кольцо не соскочило с пальца, — совершенно непоследовательно заметила она.

— Так ведь сама выбирала, если бы я наобум дарил — мог и не угадать размер, — попытался я польстить ей.

— Поехали уже, дамский угодник, — говорит Джин, но при этом улыбается.

— Нет, тебе нужно будет купить какой-нибудь хороший костюм, — говорит она по дороге. — Не могу же я идти подписывать такие важные документы с женихом, одетым как пастух.

— Ты права, дорогая, — отвечаю ей нейтральным тоном. — Но я как раз хотел с тобой посоветоваться насчет достойного портного…

Мы оба шутим, конечно. Просто нам обоим сейчас нужно как можно быстрее избавиться от последствий стресса. Лучше всего, конечно, было бы сидеть дома, слегка выпить чего-нибудь и до одури наплаваться в бассейне, но раз сказали «надо ехать в люди», значит, едем.

Ресторан на этот раз — тот самый, в котором произошли памятные для меня события. История повторяется, однако… Надеюсь, что в этот раз никто не будет выскакивать из-за угла и стрелять в нас. Вообще-то, только середина дня, вряд ли сейчас кто-нибудь решится на подобное.

У входа нас встретил метрдотель, не знаю, вспомнил ли он меня, но Джинджер с ним точно была знакома, он так расцвел от радости, когда ее увидел, что мог бы по красочности улыбки превзойти цветочный киоск. Лично проводив нас в один из кабинетов, он удалился.

— Ты бывал здесь раньше? — спросила меня Джин.

— Да, вместе с… — я замолчал.

— Прости, не знала. Здесь нас увидят многие мои знакомые, которые смогут при необходимости подтвердить наше алиби, если я правильно поняла твоего друга.

— Я тоже его так понял. Если твой навязчивый ухажер бесследно исчезнет, ты очень расстроишься?

— Лишь бы это не связали с нами.

— Почему-то я думаю, там ребята такое устроят, что никто не разберется вообще ни в чем. А где они тебя схватили?

— Ну, я уже выходила, в одном учреждении была по своим делам, шла к воротам, как раз тебе звонила, рядом машина стояла, фургон типа «Скорой помощи», что ли. Один подскочил спереди, вроде как хотел сумочку вырвать, я за ремешок ухватилась, вот и дернули в разные стороны. Второй сзади чем-то уколол, и я вырубилась. А телефон они, кстати, в сумочку закинули, чтобы следов не оставлять, наверное.

— А я как чувствовал, решил вернуться на аэродром, уже на посадку заходил, и ты позвонила. — Не нужно ей знать всех обстоятельств моего возвращения, наверное…

— Я думала, что ты еще не улетел…

— Кстати, что ты мне хотела сообщить такое «важное»?

— Вечером скажу, хорошо?

— Ладно, подожду… Хотя это и очень трудно.

— Алекс, скажи, а что такое «ДРА-КО-НИ-ХА»? — она старательно произнесла это слово по слогам, надо же, запомнила!

— Это «Дракон женского рода», ну или «Жена Дракона», можно и так сказать. Так что для тебя это не обидное слово, скорее, признание статуса, что ли.

Мы посмеялись, и как раз принесли заказанные нами блюда.

— Я смотрю, ты «вишневку» почти не пьешь, в основном воду?

— Есть причина, — с загадочной улыбкой ответила Огонек.

— Гадать не буду, вечером расскажешь, сама обещала.

Она согласно кивнула, продолжая улыбаться, затем спросила:

— Когда мы пойдем тебе костюм покупать?

— Да хоть завтра, чувствую, он мне скоро понадобится…

Мы долго сидели, держась за руки и глядя друг другу в глаза. Мимо то и дело проходили какие-то люди, но нам не было до них никакого дела, сейчас мы не видели никого больше.

Когда обед наконец закончился, мы под руку вышли из зала. Обедавщие за столами парочки и компании, мимо которых проходил наш путь, обязательно провожали Джин взглядами. Как я их понимаю!..

— Теперь куда поедем, красавица моя?

— Раз собирались, то поедем на аэродром, повидаюсь с друзьями.

— А ничего, что ты в таком платье? Там ведь пыльно.

— Все равно его пора уже в чистку сдавать! — беспечно махнула она рукой. — Поехали, чего ждешь-то?..

Под музыку (в этот раз попались композиции в исполнении Ванессы Мей) мы доехали до аэродрома. Там я высадил Джин у вышки, а потом, хотя и очень желал посмотреть, как она в своем платье будет забираться по лестнице наверх, двинулся к ангару.

— Ну что тут такое случилось, ребята?

— Шеф, у тебя тут что-то странное. Один из масляных патрубков был слегка ослаблен, и масло потихоньку выдавливало из системы, оно на раскаленные части попадало, вот откуда запах паленого появился. Если бы летел дальше — сам понимаешь, без нормальной смазки двигатель работать не будет.

— А почему прибор давление нормально показывал?

— Масла еще совсем немного вытекло к тому времени, повезло тебе, что вовремя заметил.

— Так, народ, вы сегодня в «Триммер» собираетесь, когда закончите?

— Да вот сейчас в двигателе все завинтим на место, маслобак зальем — и мы готовы!

— Минут через тридцать?

— Примерно. Ты смотри, нас дождись!

— Договорились, только очень прошу — никаких подробностей об этом никому не рассказывайте, придумайте что-нибудь…

— А почему?

— Потом скажу, хочу вычислить, кто это мог сделать, только вот зачем? Я же никому дорогу не перебегал вроде…

— Это мог сделать механик с «Бичкрафта», он рано утром тут у ангара крутился, рядом ведь стояли. Я еще подумал — что ему тут надо? Но потом он к своей машине пошел, я сразу и забыл про это, — задумчиво выдал сногсшибательную информацию один из парней.

А вот это уже намного интереснее…

— Про это вообще пока молчи, хорошо? А то свалит гад куда-нибудь, и не найдешь его никогда. Все, договорились, жду вас в баре!

Красавица ждала меня у вышки, нетерпеливо притоптывая ножкой. Роскошное платье на фоне летного поля вызывало самый настоящий шок таким неожиданным сочетанием, но очень хотелось сфотографировать ее, жаль, что фотоаппарат дома остался. Кстати, идея, можно будет ее попробовать уговорить на снимки для местного «авиационного» календаря, вдруг ей эта идея понравится? Да вот сейчас и спрошу… Ничего подобного я пока здесь еще не видел.

— Ну, и где ты ездишь? Я там уже успела со всеми наговориться, а тебя нет и нет…

— Я думал, что тебе понадобится больше времени, честное слово. Слушай, ты в местном баре была когда-нибудь?

— В «Триммере», что ли? Бывала когда-то, очень давно. А что?

— Давай там совсем немного посидим, хочу парней поблагодарить за работу, выпивку им поставить, чуть-чуть совсем. Заодно на тебя полюбуются. Ты ведь у меня самая красивая… Поцеловать тебя хочу, а нельзя…

— Поехали бы сейчас домой, там бы и целовал, сколько хочешь. А если решил еще и в в баре посидеть — тогда терпи, — она улыбнулась.

В баре Джин произвела эффект разорвавшейся атомной бомбы. Такого тут не видели никогда, даже старожилы не помнят подобного зрелища. Мы прошествовали к столику в углу, сопровождаемые оглушительным свистом и аплодисментами. Я огляделся вокруг — нет, все смотрели «по-доброму», может быть, завидовали. Но враждебности не заметил, совершенно. Джин тут знали давно, да я тоже здесь не посторонний. Остается только порадоваться, что здесь не танцуют, иначе бы моей даме не было бы отбоя от приглашений.

Минут через пятнадцать появились запыхавшиеся техники, я встал и объявил:

— Внимание! Прошу бармена налить всем желающим за мой счет! Всем вам знакомая Джинджер Гордон согласилась выйти за меня замуж!

Аплодисменты длились чуть ли не минуту, но затем народ ломанулся к стойке, любовь к халяве никто не отменял. К нам подходили, поздравляли, Джин всем улыбалась…

Когда мы сочли, что нам хватит общего внимания, то потихоньку вышли из бара. Хотя, если честно, совсем «потихоньку» не получилось — моя дама выделялась среди прочей публики, как садовая роза среди полевых цветов. Даже барменша смотрела на Джин скорее с грустью, что ли, а не с обычным ожесточенным выражением.