Одиночка. Компиляция (СИ) - Долинин Александр - Страница 175

Спустя некоторое время приподымаю самолет повыше, шарю взглядом по горизонту — а, вот и городок, теперь нужно взять правее, чтобы выйти к нему с востока, хочу избежать лишних вопросов…

— Форт-Джексон — контроль, я «Сессна» — «Редлайн», прошу посадку для дозаправки, расчетное время посадки через пятнадцать минут!

— «Сессна» — «Редлайн», я Форт-Джексон — контроль, посадку разрешаю, заходите курсом двести градусов, ветер сто восемьдесят, скорость пять узлов, порывы до семи.

Не торопясь поворачивать, непрерывно шарю взглядом по горизонту на севере и востоке, но ничего не вижу, небо чистое.

— Костя, что в эфире?

— Тихо, они больше не разговаривали. По крайней мере, я их не слышал.

Я не уточняю, кого он имеет в виду, все и так понятно. Преследователи отказались от своего замысла, не хотят «светиться» вблизи аэродромов. Все, поворачивать нужно…

— Вышка, я «Редлайн», на посадочном!

— «Редлайн», я Вышка, курс двести, ветер сто восемьдесят, пять узлов, давление тысяча пять миллибар.

И через двадцать минут под крылом уже мелькали кусты вдоль ВПП, мягкий толчок, все, катимся… Ох, как же мне стресс-то снять?..

— Костя, тихо?

— Даже помех нет, местные где-то на речке переговариваются, наших «клиентов» не слышно.

— Замечательно! Ну что, может, пообедаем? А то от переживаний что-то так есть захотелось, как будто голодал неделю.

— Это я с удовольствием, только нужно вовремя остановиться, иначе самолет нас не подымет.

Дружно смеемся и наконец-то выбираемся из кабины. Как бы осматривая самолет, незаметно перерезаю скотч и, отжав лезвием складника крышку мерзкой коробочки, отрезаю провод, идущий от батареи питания. Затем Костя проверяет, как закрыта его аппаратура, и мы не спеша идем в сторону диспетчерской вышки. Естественно, в папке у меня лежит десяток «авиационно-рекламных» календарей…

Конечно, особенно роскошествовать мы не стали, учитывая предстоящий перелет до аэродрома в ППД. Но и ограничиваться стаканом воды тоже было незачем. По обоюдному согласию после обеда отдыхали еще час и только потом стали не спеша готовиться к вылету. Хотя что там готовиться-то? Костя включил свои «черные ящики», я занялся предполетным осмотром, и еще через полчаса мы уже были на пути в Алабама-Сити.

Полет проходил спокойно, удалось подобрать оптимальный курс с учетом сноса боковым ветром, и «Сессной» теперь управлял автопилот, а я периодически поглядывал на индикатор радиокомпаса, как говорится, доверяй, но проверяй! Костя в ответ на мои нечастые вопросы отрицательно мотал головой, но все-таки что-то записывал. Ну и ладно, для меня сейчас главное — чтобы никакие «попутчики» не привязались. Осталось-то всего несколько часов полетного времени, к вечеру уже точно должны быть на месте.

Под самолетом медленно ползет вниз желто-зеленая плоскость саванны с прорезающими ее в разных направлениях грунтовыми дорогами. Да, вот и река показалась впереди, теперь повнимательнее, может быть, у них тут воздушное движение оживленное…

Помурыжив нас на круге минут десять, диспетчер разрешает посадку, и еще через пять минут мы уже на стоянке. Аэродром небольшой, что-то вроде «сельхозавиации». Наверное, тот, кто дежурил на местной «Вышке», просто ждал более опытного напарника. Впрочем, это их проблемы, пусть заправляют побыстрее, да мы полетим уже до конечной точки маршрута.

Проделав все необходимые процедуры со своими организмами, начали заправку самолета. Ну, впрочем, работал-то я, на это время отогнав Константина в сторону и вручив ему огнетушитель из местных запасов. Пусть думает, что занимается делом, хе-хе.

Кстати, горючего понадобилось не очень много, поэтому уже через час мой перекрашенный в непонятный цвет «Редлайн» снова проматывал под собой местные пейзажи. Так, теперь возникает вопрос — куда летим-то? В Демидовск или сразу в ППД? Ну если уж наглеть, до конца — полечу сразу в ППД. Не примут — будут сами себе злобные бакланы, за грузом транспорт погонят к соседнему городу. Только вот какая закавыка: мне подробностей не сообщили, может быть, у них там какое-то «волшебное слово» для своих есть? А то встретят меня радостным салютом из пары ЗУшек, и усё… отлетался… Так, где примерно у них начинается зона ответственности диспетчера? Около 90 км? По карте это вот здесь, недалеко от развилки дорог, идущих из местной Москвы в сторону Демидовска и ППД соответственно. Все ясно, буду заходить со стороны Москвы, а после разговоров с местным диспетчером и выясню, рады мне тут или не очень.

— Контроль, здесь «Сессна» — «Варяг», прошу разрешения на посадку!

— «Сессна» — «Варяг», посадку запрещаю, здесь военный аэродром, следуйте в Демидовск на гражданскую полосу.

— Контроль, здесь «Сессна» — «Варяг», у меня специальный груз, прошу посадку.

— «Сессна» — «Варяг», я Контроль, посадку запрещаю, следуйте в Демидовск.

Ах, ты вот как…

— Контроль, здесь «Сессна» — «Варяг», у меня посылка для начальства с музыкальной фамилией. Разрешите посадку, иначе буду кружить рядом, пока не надоест или бензин не кончится.

— «Сессна» — «Варяг», я Контроль, уточните, для кого посылка.

— Контроль, я «Сессна» — «Варяг», мне что — его фамилию на весь эфир орать по открытой связи?

— «Сессна» — «Варяг», я Контроль, вставайте на круг в зоне ожидания, вы на прицеле.

Во блин… Надеюсь, у наводчиков с бодуна руки не дрожат, а то нажмут что-нибудь случайно… Или это они здесь так шутят?

Минут через пять (Ого! Прямо рекорд скорости!..) в наушниках раздается голос диспетчера:

— «Сессна» — «Варяг», я Вышка, посадку разрешаю, посадочный сто девяносто, ветер двести семьдесят, скорость три метра в секунду, порывы до пяти, давление тысяча миллибар.

— Вышка, я «Варяг», метео принял, заход курсом сто девяносто, расчетное время посадки десять минут.

— «Сессна» — «Варяг», я Вышка, для вас будет транспорт к месту стоянки.

— Вышка, я «Варяг», принял.

Что это они так озаботились? Наверное, дозвонились начальству с «музыкальной фамилией», хе-хе. И транспорт будет для груза, скорее всего, сопровождающие какие-нибудь, они же «встречающие»…

Прошло пятнадцать минут, и мы уже почти на стоянке. Сразу видно, что здесь располагаются военные — стоит несколько Ан-12, рядом бразильские «Тукано», чуть в стороне расположились «крокодилы» и «головастики». Мне машут с дальнего конца стоянки, там вообще пусто. Все понятно, чтобы никому не мешал и на глаза меньше попадался. Еще маскировочную сеть накиньте, ага!..

Как только пропеллер перестал вращаться, к месту стоянки не спеша подъехал «Урал» с КУНГом, на лобовом стекле кабины был закреплен пропуск с диагональной красной полосой — «Вездеход». Мы с Костей не торопясь выбрались из кабины «Сессны», и тут раздался крик:

— Командир!!!

Я обернулся и увидел знакомое лицо. Надо же…

Мы крепко пожали друг другу руки и обнялись.

— Рябов, ты вообще откуда здесь? Ого, уже старший сержант, поздравляю!

— Да нашим всем тогда звания дали, разведчиков наградили за ликвидацию банды, ну и нас тоже отметили. Сейчас, правда, раскидали всех… А вы как, что, где?.. Увидел, глазам не поверил сначала…

— Вот, летаю потихоньку. Где — неважно, короче говоря. А тебя что, за грузом прислали?

— Приказано погрузить все, что вы доставили, но установленное на самолете оборудование не трогать, только дверцы кабины запереть и опечатать, сдать под охрану аэродромовским. Тут с этим строго, все под роспись… И сразу после этого — привезти вас обоих к начальству, на доклад.

— А я не по форме.

— Да хоть в трусах!..

Тут мы оба смеемся, и я замечаю весьма удивленный взгляд Константина.

— Костя, давай отключай аппаратуру и ноутбук с собой забирай. Сейчас будешь знакомиться с большим начальством.

Минут через десять мы уже тряслись в фургоне УРАЛа, выехав с аэродрома. Рябов сел в кабину, а мы с Костей тряслись в фургоне, стараясь хоть как-то придерживать коробки, чтобы они не елозили по полу.