Нарушенная магия (ЛП) - Холмберг Д. К. - Страница 2

— Ладно, я справлюсь, — сказал я ей. — Но мне нужно, чтобы вы подождали в торговом зале. Эти, э-э, обработки могут быть довольно драматичными.

Когда она ушла, я подошел к мешку с мукой. Теперь начиналась самая сложная часть. Мне нужно было выманить спрайтов, впитать ровно столько их магии, чтобы ослабить их, и сделать вид, что я провожу какой-то сложный ритуал разрушения.

Я достал из сумки мелок, совершенно бесполезный, но подходящий для антуража, и быстро нарисовал вокруг муки круг. Затем я посыпал его сушёными травами (тоже бесполезными) и начал бормотать что-то бессвязное, отдалённо напоминающее латынь.

Как и ожидалось, мои действия потревожили духов. Из муки появились три крошечные светящиеся синие фигурки, которые сердито затрещали, возмущённые тем, что их потревожили.

— Да-да, я порчу вам веселье. Разбирайтесь с руководством, — пробормотал я.

Я поднял руки, изображая сложный жест, но на самом деле просто хотел убедиться, что Тереза видит, как я работаю, если заглянет. Затем я задействовал свою истинную способность и осторожно прикоснулся к магической сущности каждого духа.

Первый дух ощущался как попкорн и лимонный сок, шипучий, острый, слегка болезненный. Я втянул в себя тонкую струйку его силы, ровно столько, чтобы ослабить его, но не истощить полностью. Дух закачался в воздухе, его свечение померкло.

Я повторил процесс с двумя другими духами, стараясь не брать слишком много. Духи не опасны, они просто надоедливы, и было бы жестоко полностью их истощать.

Каждый раз, когда я поглощал магию, это меняло меня. Сила вливалась в меня, смешиваясь с тем, что делало меня тем, кто я есть. Иногда я ловил себя на том, что делаю что-то нехарактерное для себя: хочу еду, которая мне никогда не нравилась, напеваю песни, которых никогда не слышал, испытываю эмоции, которые возникают из ниоткуда. Чем больше я брал, тем больше рисковал стать кем-то другим, кем-то, кого я не узнаю. Немного, это нормально, но слишком много... вот в чём опасность. Не в том, что я потеряю, а в том, кем я могу стать.

Пока духи слабели, я демонстративно размахивал руками и повышал голос, произнося фальшивые заклинания. В финале я громко хлопнул в ладоши и топнул ногой. Спрайты, уже дезориентированные из-за того, что их энергия была частично истощена, поняли намёк и сбежали, исчезнув в трещине в стене.

Я обернулся и увидел, что Тереза стоит в дверях, широко раскрыв глаза.

— Всё готово, — сказал я, стараясь говорить так, будто это обычное дело. — Э-э, негативная энергия нейтрализована.

— Это было потрясающе, — выдохнула она. — Я никогда не видела ничего подобного.

— Обычная процедура разрушения, — пожал я плечами. — Но тебе стоит избавиться от этой муки. И, возможно, в будущем быть осторожнее с выгодными предложениями от обаятельных продавцов.

— Конечно. Сколько я вам должна?

Это всегда было самым неловким моментом.

— Триста будет в самый раз.

Она замялась, и я приготовился к торгу. Но вместо этого она кивнула.

— Кажется, это справедливо, учитывая обстоятельства. Дайте мне чековую книжку.

— Вообще-то лучше наличными. Профессиональные разрушители предпочитают не афишировать свою деятельность. — Я одарил её своей самой обезоруживающей улыбкой. — Для налоговой, понимаете.

Через несколько минут я уже шёл к себе домой с тремя сотнями долларов в кармане и небольшим пакетом с магической выпечкой, которую Тереза настояла, чтобы я взял. Кексы не представляли опасности, магия уже угасала без поддержки спрайтов, но из них мог получиться интересный завтрак.

Работа прошла гладко. Никаких осложнений, никаких вопросов и, самое главное, никто не заподозрил во мне кого-то, кроме обычного не лицензированного разрушителя. Такого, которого Агентство по утилизации "Клевер" оштрафует или, может быть, сделает ему строгое предупреждение, а не того, кого они будут выслеживать и устранять.

Я должен был почувствовать облегчение. Но вместо этого меня терзала знакомая пустота, место, куда я впитал магию спрайтов. Её было немного, всего глоток по сравнению с тем, что я мог принять, но она всё равно оставила свой след. Завтра я, наверное, проснусь с тягой к сладкому и, может быть, захочу подшутить над кем-нибудь. Мелкие проявления поведения спрайтов будут проникать в мою личность, пока не исчезнут.

Когда я подошёл к своему дому, телефон снова зазвонил. Папа. Снова. Я достал телефон, занеся палец над кнопкой "игнорировать", затем вздохнул и посмотрел на сообщение.

Нам нужно поговорить. Они становятся всё активнее.

Как всегда, загадочно. Я быстро напечатал ответ:

Занят. Позвоню позже.

Я не позвоню, и он это знал. Но это поддерживало иллюзию того, что между нами всё ещё есть какие-то отношения, помимо его параноидальных предупреждений и моего упрямого нежелания их слушать.

Зайдя в квартиру, я бросил деньги на стол рядом с уведомлением об арендной плате. Триста долларов. Всё ещё не хватает сорока двух, но разница невелика, и я могу покрыть её из своего неприкосновенного запаса. Ещё месяц с крышей над головой. Ещё одна маленькая победа в бесконечной игре на выживание.

Я сел на свой потрёпанный диван, внезапно почувствовав пустоту. Энергия спрайта бурлила во мне, ища, где бы осесть. Мне захотелось переставить мебель, сдвинуть вещи с места, чтобы люди в них врезались. Классическое озорство спрайтов.

— Не сегодня, — пробормотал я, подавляя это желание.

Я подумал о том, каково было бы не прятаться. Использовать свои способности открыто, помогать людям без этого сложного фарса. Но это была фантазия. На самом деле я бы либо стал подопытной крысой Агентства, либо умер бы где-нибудь в канаве.

Так что я продолжу играть в игру разрушителя. Буду притворяться, что я не тот, кто я есть. Буду тайно поглощать магию и жить с пустотой, которая после этого остаётся.

Я ещё раз взглянул на телефон, на уведомление от отца, которое я проигнорировал. Может быть, когда-нибудь я буду готов иметь дело с ним и со всеми сложностями, которые он создаёт. Но не сегодня. Сегодня я просто хотел быть нормальным, пусть даже это было лишь притворство.

Я снова включил телевизор, чтобы шум заполнил квартиру и заглушил мысли спрайтов, мелькающие в моей голове. Завтра будет ещё один день, когда мне придётся прятаться, ещё одна работа, если мне повезёт, ещё один шанс притвориться тем, кем я не являюсь.

Это была не самая лучшая жизнь. Но она была моей. По крайней мере, то, что от неё осталось.

Глава 2

Маффин из пекарни Мендосы парил в сантиметре над кухонной столешницей. Магия спрайтов угасала, но все еще была достаточно сильной, чтобы сделать завтрак интересным. Я ткнул в него пальцем, и он медленно закружился, как крошечный синий НЛО.

— По крайней мере, мне заплатили, — пробормотал я, откусывая кусочек. На вкус он был как корица и электричество, не противно, просто странно. Энергия спрайтов, которую я поглотил прошлой ночью, почти рассеялась, оставив лишь легкое желание переставить мебель. Я с трудом сдержался.

Зазвонил мой телефон. Неизвестный номер. После вчерашней работы я был настроен оптимистично и ответил на звонок.

— Кэл Дрекслер.

— Мистер Дрекслер, это Элеонора Кинкейд из "Люминис" в центре города. Реджинальд Уолш дал мне ваш номер. Он сказал, что в прошлом месяце вы помогли ему с ситуацией в его аукционном доме.

Я выпрямился. Реджинальд Уолш торговал магическими артефактами, замаскированными под антиквариат. Если он порекомендовал мне владелицу галереи, значит, речь идет о настоящей магической работе. За нее платят больше, чем за избавление от спрайтов.