"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 1011

С сомнением оглядел себя и чуть притормозил.

– Его величество понимает, что гардероб его гостя может не вполне соответствовать, – невозмутимо сообщил уловивший заминку лакей, – прошу следовать за мной.

– … полковник Фокадан!

Трапеза проходила в малой столовой – помещении чуть поменьше баскетбольного зала. Громадный стол, застеленный роскошнейшей парчовой скатертью, мейсенский фарфор[1003], золото и хрусталь.

К слову, роскошь не слишком-то впечатляла, не из подвала вылез, в двадцать первом веке уровень жизни немножечко другой. Плюс интернет, телевиденье, музеи. Так и хочется брякнуть что-то вроде бедненько, но чистенько.

– Мы тут по домашнему, друг мой, – радостно сообщил Людвиг, – маленькая компания друзей.

В понимании феодала компания и правда маленькая, двенадцать человек вместе с королём и попаданцем. Где-то в сторонке, за стоящими в столовой кадками с тропическими растениями, прятался струнный квартет. Обед… или это какой-нибудь второй завтрак[1004] (?) обслуживала не меньше дюжины лакеев. А так да, маленькая компания.

– Гарольд Ласло, писатель, – начал радостно представлять Лудвиг гостей, блестя глазами.

– Зигфрид фон…

– … композитор.

– Счастливо познакомиться со столь выдающимися личностями, – вежливо поклонился попаданец. Среди всех представленных ему людей, Алекс опознал только одного модного писателя, чьё имя часто встречалось в газетах.

Впрочем, от творческой тусовки он далёк, тем паче что представленный писатель модный, а не хороший. В Нью-Йорке приходилось следить за моментом и соответствовать трендам, но с началом формирования Кельтики эта полезная привычка заброшена.

Речь Людвига журчала ручейком, он не столько ел, сколько говорил, говорил, говорил… Другие члены компании старались не отставать, старательно подыгрывая Его Величеству, восхищённо замирая, когда тот говорил, и подавая тщательно выверенные экспромты[1005], явно придуманные заранее.

Звучали отрепетированные монологи и настоящие кусочки пьес, где творческая интеллигенция мастерски подыгрывала друг-другу, подводя спонсора к нужному решению.

Попаданец, меланхолично жуя вкуснейший антрекот, аж умилился сей пасторальной[1006] идиллии, но быстро понял, что Людвиг настолько щедрый спонсор, что его хватит на всех. А если чересчур жадничать, то можно последовать вслед за Вагнером, в изгнание.

Нет, не сам король – возмущённые подданные потребовали изгнать присосавшегося к казне композитора. Потом вроде бы требования смягчили, но урок зажравшимся и зарвавшимся деятелям культуры вышел неплохой.

– … любви… – попаданец быстро потерял нить разговора. Лоэнгрин[1007], дева-лебедь, куртуазная любовь…

– Что вы думаете о любви, друг мой? – Поинтересовался монарх.

– Я старый солдат, и не знаю слов любви, Ваше Величество, – отбрехался попаданец.

Людвиг звонко рассмеялся, закидывая голову назад.

– Ну разве он не прелесть, господа?

Господа закивали, Алекс нервно сглотнул – Прелестью он быть отказывался. Категорически.

Фокадан стал очередной игрушкой Людвига, таких фаворитов из мира искусства у короля-мецената не один десяток. Каких-то неправильных поползновений в его сторону величество не предпринимал, и попаданец успокоился.

Проблем хватало и без поползновений. Так, монарх вознамерился одеть-обуть славного рыцаря за свой счёт. И одел по своему вкусу. Нельзя сказать, что откровенно по нехорошему, но достаточно вычурно.

Вкус у Людвига имеется, да преотменный. Но если попаданец предпочитает классический покрой, который можно носить годами, то король следит за модными тенденциями. Ярко, красиво, стильно!

Такие вещи устаревают за один-два сезона, да и к месту они разве что во дворце, опере и тому подобных местах. В толпе не затеряешься.

Почти две недели монарх держал при себе Алекса, выдёргивая на все мероприятия. Опера, встреча с деятелями культуры, более ничем Людвиг не интересовался. Война, экономика, сельское хозяйство – докучливое недоразумение, коим не следует заниматься просвещённому человеку.

Фокадан взвыл от жизни, состоящей из одних примерок и культурных мероприятий, попытавшись поговорить с Людвигом.

– Покинуть меня хочешь? – Юный король нахмурился опечаленно, – нехорошо… нехорошо, – развернувшись, Людвиг пошёл прочь, ничего не ответив.

На этом всё и закончилось, а царедворцы в мягкой форме донесли попаданцу, что ныне он развлекает его величество и тем должен быть премного доволен.

«– … неужели вы так хотите вернуться в Пруссию? – С деланным изумлением вопросил грузный, со сложным придворным чином, который попаданец перевёл себе как генерал-майорский, – можем и такое устроить. Его величество добр, но это не значит, что можно злоупотреблять его добротой. На это у него есть мы – его верные слуги».

Пару лазеек всё-таки нашлись. Так, Людвиг очень трепетно относился к рыцарским делам, так что Фокадан усиленно занялся фехтованием и верховой ездой. Благо, фехтмейстеры[1008] при дворе имеются.

Ещё более трепетно относился монарх к творчеству, так что пришлось изобразить горение, дабы получить возможность не выходить из своих апартаментов. Как назло, ничего толкового в голову не лезло.

Озлившись, попаданец за неделю написал несколько коротких рассказов по мотивам Пеппи Длинныйчулок[1009]. Действие перенёс в Баварию, а жителям городка попаданец приписал все самые смешные и нелепые причуды, которые только мог придумать.

– Остренько получается, – пробормотал, правя рассказы, – как бы не влететь. Вычеркнем это, добавим бургомистру харизмы… Да, убого получается: сатира ушла, осталась примитивная комедия, рассчитанная на людей с мышлением инфузорий. А, чёрт с ними!

По этим рассказам менее чем за два дня накатал откровенно халтурную комедийную пьеску и…

– Это восхитительно! – Сказал король, – никогда так не смеялся! Лёгкое, живое и такое светлое произведение… А пьеса?! Чудо! Как она будет смотреться на сцене!

– Да, – согласно кивнул именитый драматург Байер, – вам, коллега, удалось написать первую в мире пьесу, на которую будут приходить целыми семьями.

– А ты ещё хотел покинуть меня! – Патетично воскликнул Людвиг, – Разве тогда ты смог бы написать такое чудо?! Нет, я теперь никуда тебя не отпущу!

Глава 12

Жизнь в мюнхенской резиденции Виттельсбахов у попаданца складывается как-то наперекосяк. Сам король и часть его окружения приняли Фокадана очень тепло, но по большей части эта теплота напоказ.

Большая часть придворных старательно игнорирует Алекса. Для кого-то он опасный конкурент в борьбе за королевское внимание. Другие тревожатся, что Фокадан начнёт тянуть из казны деньги – на свои нужды, на ИРА… не суть. Имелись ещё и третьи… пятые…

Не то чтобы попаданца расстраивало невнимания неинтересных ему людей, но эмпатию никто не отменял. Да и сказывается такое отношение, пусть и по мелочам – воду остывшей купаться подадут, войдут без стука в комнату. Определённых границ, за переход которых можно схлопотать в морду или получить вызов на дуэль, не переходят, но бесящих мелочей хватает.

Попытки отделаться от баварского монарха никак не удавались, Его Величеству скучно. А тут вот – настоящий полковник, выходец из трущоб, политический деятель, социалист, драматург, писатель. И главное – страшно загадочное происхождение Фокадана! Судя по некоторым деталям, Людвиг именно этот момент воспринял с наибольшим интересом.

Склонный к мистике и романтизму, феодал старательно придумывал всё новые и новые версии, накручивая вовсе уж шизофренические. Одна его попытка определить – кем из Рыцарей Грааля[1010] является попаданец, ввела Алекса в ступор. А местные ничего, привыкли, даже расчеты какие-то проводить начали, документы поднимать, легенды старинные.