"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 1026

– Гм… потянет. Не то чтобы качество солдат высокое, но раз добровольцы, да и красиво получается – подданные Великобритании предпочитают сражаться за другую страну. Политично. Да, смогу договориться.

– Вот что делать с теми, кто желает воевать непременно с проклятыми англичанами, ума не приложу, – пожаловался Алекс, встав рядом со стариком и наблюдая за тренировками новобранцев по шагистике, – жаль терять мотивированных бойцов, но некоторые только с англичанами воевать хотят.

Баварец задумался, раскуривая трубку так, что вскоре его лицо стало плохо различимо в клубах дыма. Фокадан пошире открыл окно в кабинете, впуская свежий воздух.

– Франция? – Пробормотал тем временем фон Берн, – а пожалуй. Друг мой, мы можем сделать то, что хотят эти добрые люди – отправить их воевать с англичанами. Сформировать в Баварии батальон, и отправить во Францию. Дело не быстрое, но думаю, что там обрадуются пополнению, да и нашему военному ведомству можно будет что-то выторговать у Парижа за такой жест.

– Красиво, – восхитился Алекс незамысловатой интригой старшего товарища, – это можно отыграть как единство цивилизации перед лицом варварства. В цивилизованность англичан верят только они сами, может неплохо получиться. Хм, знаете, попробую Его Величество к этому проекту подключить. Он склонен к театральщине, но талантов ему не занимать. Если кто и сумеет красиво отыграть, то это только он.

Фон Берн только выдохнул клуб табачного дыма после словах о монархе. К Людвигу старый вояка питал двоякие чувства: впитанный с молоком матери пиетет перед коронованными особами, и лёгкое пренебрежение, как к скверному управленцу.

Хотя с другой стороны, сейчас король Баварии занимается культурой и проектами для детей, очень неплохо получается, говорят. Детский парк по-настоящему сказочным выходит, а ещё эти его школы, художественные и музыкальные. Может, и не самый плохой монарх в Баварии?

– Цивилизация против дикости? – Заинтересовался Людвиг, отловленный попаданцем во время очередного позирования очередному портретисту.

– Да. Что такое германская культура, ты и сам знаешь. Бах, Моцарт… много тех, кем можно годиться.

Король важно кивнул, потянулся и снова встал в странноватую позу, подбоченившись и вытянув правую руку, якобы показывая на что-то важное. Алекс уже не раз говорил, что для позирования в столь неудобных позах можно подбирать натурщиков, имеющих телосложение монарха. Ладно лицо, но зачем занятому человеку часами стоять в вычурных позах? Ан нет, Людвиг таким образом причащался искусства.

– Впрочем, не тебе о культуре рассказывать, – забросил наживку Фокадан, на что Его Величество прикрыл глаза с не нескрываемым выражением самодовольства на лице.

– Что такое культура славянская или кельтская, тоже рассказывать не нужно. Сказания и легенды сих народов к временам едва ли не допотопным тянутся. Англичане пред народами этими выскочки, коим нет и тысячи лет. Кусками нарвали чужих героев, прикрывая кровоточащие язвы духовной нищеты.

– Прекрасно сказано, – Горячо перебил его Людвиг, – духовная нищета как есть! Ни поэзии собственной, ни живописи! В кого ни ткни из английских поэтов, так непременно шотландцем или ирландцем окажется. Разве только Шекспир, да и то[1082]…

Перебив, король начал горячо обсуждать бескультурье англичан, заводя сам себя. Англичан он крепко недолюбливал – не из патриотизма, а из-за издевательских публикаций в британских газетах, где регулярно полоскали его по всем правилам жёлтой прессы, раздувая имеющиеся недостатки и придумывая несуществующие.

Попаданец лишь поддакивал, да время от времени направлял беседу. Через полчаса Людвиг решительно стукнул кулаком по столу, после чего долго дул на отбитые пальцы.

– Решено! Я покажу всему миру, что мы воюем не только из-за экономических, территориальных и политических интересов. Мы – цивилизация, ставшая на пути англосаксонского варварства, этих кровавых ростовщиков!

Тренировки батальона идут полным ходом, идут тяжело. Несмотря на высокую степень мотивации новичков и жёсткий отбор, проблем хватает.

Для начала проблемы с языком: поскольку действовать предполагается в соединении с баварскими частями, то минимальное знание языка нужно всем – от инструкторов до новобранцев. Увы, даже офицеры порой мешают английские команды с немецкими, вставляя заодно ирландские словечки.

Получается сущая ерунда – солдаты при звуках команды впадают в ступор, мысленно переводя её. Потом начинают переговариваться с товарищами, прося перевода или разъясняя оный. В итоге, между отдачей приказа и его исполнением, проходит в пять-шесть раз больше времени, чем положено по самым мягким нормативам.

Пришлось плюнуть на изучение языка, и команды пошли на английском. Пусть это и затруднит в дальнейшем содействие с баварскими частями, но иного выхода не нашли. Решили разбавить состав батальона кельтами, знающими немецкий язык, но оказалось некем.

В Кельтику вербуются те, кто намеревается потом связать свою судьбу с КША – в контракте прописали пункт, что после войны Бавария оплатит желающим билет через Атлантику вместе с семьями.

Подавляющее большинство новобранцев Кельтики оказалось ирландцами, шотландцами и валлийцами из тех, кто совсем недавно покинул Великобританию и мыкался по Европе, пытаясь заработать на билет. Волонтёрство[1083] в войсках Баварии и переезд на благословенные земли Юга, манит в основном тех, кто хочет получить земельный участок в КША или Мексике. Земельные наделы и привилегии от мексиканского императора для кельтов-католиков с боевым опытом обсуждаются в этой среде постоянно.

Кельты, знающие хоть немного немецкий язык и не имеющие желания стать фермерами, в большинстве своём имеют виды на получение баварского гражданства. Добровольное вступление в войска Баварии показалось им лучшим способом приобрести оное в облегчённом режиме. Созданный под эгидой[1084] Баварского Генштаба полк Кельты Баварии стал оптимальным вариантом для желающих укорениться. Далеко не все испытывают желание плыть через океан в неизвестность.

Помимо непосредственного командования батальоном Кельтика, приходится уделять внимание и Баварским кельтам. А тут ещё и Его Величество с проектом Культура против Дикости. То слушать рассуждения, то вносить правки, то спорить о патриотических спектаклях…

Алекс даже любовницу-субретку[1085] забросил, что вовсе уж нонсенс для молодого мужчины его лет. Тренировки по фехтованию, фланкированию и боксу сократились до минимума, да и то занимался через не могу. Если бы не необходимость показывать подчинённым пример, забросил бы и этот минимум.

Даже редкое свободное время приходится проводить не по своему усмотрению, а в офицерском собрании батальона, дабы офицеры и приравненные к ним специалисты могли обратиться с какими-то вопросам. В качестве отдыха – посещение приёмов, опять-таки исключительно по служебным надобностям или ради поддержания связей с нужными людьми.

– Полковник Фокадан, сэр! – Постучался в дверь вестовой, – к вам пришли!

Сдерживая рвущиеся наружу ругательства, попаданец встал с узкой кушетки в углу кабинета и обул сапоги.

– Входите!

– Не ждал! – В кабинет влетел Его Величество, с любопытством оглядываясь по сторонам и бесцеремонно трогая вещи. За ним потянулась часть свиты, и через полминуты достаточно просторный кабинет стал напоминать лифт в офисном здании в утренние часы.

– Реши посмотреть, как тут у тебя, – жизнерадостно сказал Людвиг.

Фокадан начал наливаться дурной кровью, злясь подобной бесцеремонности.

– Ну-ну, – похлопал его монарх по руке, – не сердись. Знаю, что формировать батальон очень тяжело, а у тебя ведь не только он, но и все кельтские волонтёры. Я помочь пришёл.