"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 1035

Вот тут мелкие улучшения Фокадана пришлись кстати. Вбивать в землю небольшие колышки или привязывать верёвочки к нижним ветвям деревьев не требует особых сил, зато времени отнимает немало. Да и как ни крути, почти творческая работа. Солдаты, сходящие с ума от безделья, работают охотно, с огоньком.

Несмотря на повышение морали в гарнизоне, уровень её всё равно остаётся низким. Вечная история – раненые и истощённые бойцы проигрывающей армии редко могут похвастаться высоким боевым духом и моральными качествами.

– Взять на себя роль политрука? – Задумался как-то попаданец, – не тянет, хлопот много. Но если в самом деле придут пруссаки? Тогда ой… Писек та ещё ловушка, а воевать лучше, когда солдаты гарнизона бодры и морально устойчивы. Может, придумать что-то не сложное?

– Занять солдат? Хм… – Зиверс, не выпускающий изо рта потухшую трубку, бегло пролистал написанные Фокаданом записки.

– Немного неожиданно, – слегка невнятно сказал генерал, вытащив трубку изо рта и разглаживая усы, – у нас этим обычно в мирное время занимаются. Согласен, ситуация нетривиальная, гарнизон-больница требует несколько иного подхода. Так… песенные и хоровые конкурсы, шахматы, стрельбы в цель, это всё понятно. А самодеятельность? Поясните, полковник.

– Что угодно, – охотно ответил Алекс, – кто жонглировать может, кто сценку из спектакля решит поставить, кто бабку скандальную на базаре изобразит. Такие таланты в каждой роте есть, вот пусть и повеселят народ.

– Пускай, – задумчиво согласился генерал, рассматривая попаданца с интересом энтомолога, – это и правда может быть забавно.

Информация из газет и писем не радует. Военные действия захватывают всё новые и новые государства. К мировой бойне присоединились-таки Турция с Персией, связав Российскую Империю на Юге и на Кавказе. Что уж там пообещали англичане, бог весть.

Привычный характер Кавказских войн, когда русские одним батальоном гоняли целые армии, опираясь на союзных из числа местных жителей, дал сбой. Выселяемые горцы решились на последний и решительный, и в этот раз демонстрировали какое-никакое, но единство. Разрозненные черкесские племена и кланы, которых ранее били по одному[1126], под дружные аплодисменты родичей-врагов, объединились.

Объединение получилось рыхлым, но на тропу войны вышло никак не меньше четверти оставшихся на Кавказе мужчин-черкесов. Не десятая часть, как раньше.

У Российской Империи нашлись и союзники среди черкесов, благо, ассимилировавшимся кланам предлагались очень вкусные условия. Переселение на болотистые равнины Кубани радовало не всех, но земель предлагали много больше. Отдельным пунктом шло оказачивание крестившихся черкесов.

Нашлись и союзники среди христианских народов региона. Разгоралась полномасштабная война, в которой участвуют народы, а не отдельные их представители. Такая война потребовала на Кавказе не батальонов и полков, а полноценных дивизий.

Тем паче, проснувшаяся Турция лихорадочно снабжала своих сторонников оружием и боеприпасами – всё проще, чем воевать самим. Солнцеликий Султан начал вербовать на Балканах башибузуков, обещая прощение любых грехов.

Фирман[1127], оглашённый в мечетях после пятничной молитвы, взбудоражил правоверных. Выходя из мечети, можно было услышать:

– Прощение…

– …война с неверными…

– … сам Абдул-Азиз[1128]…

– … сыну. – слезливо вздыхал высоченный албанец из мелких торговцев, – Селим мой пошалил немного с той греческой девчонкой. Ну кто знал, что её дядя вхож к самому великому визирю? Бедный мальчик в башибузуки с горя пошёл.

– И не говори, сосед, – сочувственно кивал пожилой блондинистый торбеш[1129], поглаживая бородку, – у самого племянник троюродный, что от тётки Мириам, не в ладах с законом. Тоже через проклятых христиан пострадал, Иблиса[1130] им в печень!

– Только вот война – не набеги, – вклинился в разговор софийских[1131] мусульман чиновник из помаков[1132], – башибузуки бойцы лихие, вот только против русских пушек лихость мало поможет. Против пушек только пушки!

Подобных разговоров на площади перед мечетью в тот день состоялось великое множество. Спорящие разделились: некоторые были настроены серьёзно и прямо-таки кипели от желания расправиться с неверными, а другие предлагали ограничиться башибузуками. Наиболее воинственные обычно имели родню в башибузуках и желали поднять правоверных в помощь бедным мальчикам.

Воевать самой Османской Империи отчаянно не хочется. Черноморский русский флот гоняет османский в хвост и гриву: проводятся и десантные операции, с высаживанием на побережье Турции русских батальонов, захватом внушительных трофеев и поджогами вражеских городов. Если бы не отчаянная нехватка солдат, последовали бы, пожалуй, и десанты в Константинополь. Не дай Аллах, за Османскую Империю возьмётся вся русская армия!

В Персии по-прежнему гоняют батальонами всю армию. Насер ад-Дин Шах Каджар оказался очень умным человеком и почти тут же начал только демонстрировать военные действия. С одной стороны, исправно расплачивался за английское золото, а с другой – не давал недавним союзникам[1133] серьёзных поводов для беспокойства. Боевые действия почти тут же остановились, но держать войска в регионе, Российской Империи приходится.

Продолжается вялотекущее восстание в Польше и резко активизировалась Финляндия. Недовольных Петербургом после лишения автономии там хватало, но тогда после первых же выступлений, Александр Второй среагировал резко, заставив патриотов затаиться.

Пошла вторая серия Финской Саги. Чухонцы[1134], подстёгнутые Англией и ворочающейся Швецией, восстали, занимаясь диверсиями – в основном убийствами мирных русских граждан и поджогами. По большому счёту, вреда от них немного, но рядом Петербург, да и Швеция неспокойна.

Ныне почти пятьдесят тысяч российских войск зачищают Финляндию по самому жёсткому сценарию. Стрельба по любому поводу, виселицы. Самое поразительное, что на сии жестокости удалось подписать гвардию.

Русская гвардия после Восстания Декабристов старательно холостилась[1135] от инакомыслящих, да и восставшая чухна успела убить или как-то напакостить своим. Дачи в Финляндии есть у многих гвардейцев и придворных, а восстали чухонцы резко, по сигналу.

Мстят гвардейцы изобретательно, с огоньком и излишней жестокостью. Есть за что мстить, дачников редко убивали быстро, всё больше изобретательно. Следы преступлений финны убрать не успели, так что военные относятся к мятежникам, как к бешеным животным.

Жалости и сочувствия чухонцы не вызывают даже у сверх либеральных граждан. Дачников вырезали без особого разбора, так что у большинства петербургских демократов там погибли если не родственники, так сослуживцы или знакомые. Гибели своих либеральная публика диким чухонцам не простит.

В Испании свергли-таки Изабеллу Вторую, а заодно и её сына, усадив на трон Амадея Первого. Другой король, другая династия, и вот уже профранцузская Испания идёт иным политическим курсом.

К союзу против Франции Амадей присоединяться не стал, но и подтверждать не спешил. Собственно, выбора у него и не было, одна из основных причин свержения Изабеллы заключалась как раз в бесконечных войнах, ведущихся в союзе с Францией. Продолжи новый король старую политику, на троне не усидел бы и дня.