"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 966

Алекс рывком сел на складной полотняной кровати, тяжело глотая воздух и вытирая капельки пота, текущие по лицу. Сон… всего лишь сон. Он опять шагал с бруствера на штыки конфедератов. Опять вспышки выстрелов, опять окровавленные лезвия штыков и сабель, раззявленные в криках рты врагов и сводящий с ума боевой кличь мятежников.

В стычках попаданец бывал и до этого, да не раз. Будучи на фронте, сложно их избежать, даже если ты офицер инженерной части. Перестрелки, в том числе и накоротке, пару раз дело доходило до сабель. Но эта стена штыков…

Встав, обтёрся влажным полотенцем и сменил мокрую от пота рубаху, после чего зажёг лампу. По опыту попаданец уже знал, что в ближайшие два часа можно не ложиться, все равно сон если и придёт… то лучше бы не приходил. Будет повторенье или продолжение того кошмара.

– Масса? – В палатку заглянул сонный Добби.

– Добби свободен, – привычной шуткой, понятной только ему, отшутился попаданец. Но негр знал своё дело туго, и через несколько минут перед Фокаданом стоял кофейник и дефицитная на фронте яичница прямо в сковородке, как он любил.

Слуга не в первый раз доставал подобные деликатесы и Алекс всерьёз подозревал, что он то ли подворовывает, то ли крутит свои хитрые макли. Всё указывало на то, что внешне недотёпистый лопоухий негр куда умнее, чем кажется, и уж точно – пронырливей.

Вряд ли чернокожий привязался к новому хозяину, но требовал Алекс очень немногое, будучи при этом неплохой крышей. Так что слуга заботился по мере сил о своём нанимателе, а Фокадан делал вид, что не замечает некоторых несуразностей оного.

– Масса всё равно больше спать не ляжет, – констатировал Добби невозмутимо, – печенья принести?

– Откуда… а, неси.

До утра Алекс сидел над документацией, пытаясь разобраться в данных, предоставленных разведкой. По плану Шермана, Кельтике предстояло идти вместе с пехотой, взламывая укрепления.

По мнению Ле Труа и прочих офицеров дивизии, толку от этого мало. До изобретения огнёмётов, нормальной взрывчатки и прочего ещё не дошло. А чем инженерная часть может помочь в атаке? Мастерским владением лопатой? Ладно ещё, во второй волне атакующих – закрепиться в захваченных фортах.

Но Шерман напирал на то, что …дивизия достойно показала себя в бою и его поддерживала большая часть генералитета Союза. И плевать им на аргументы, что в обоих сражениях Кельтика выстояла именно как инженерная часть, действуя от обороны на подготовленных (в том числе и самой природой) позициях. Всегда лучше, когда умирать идёт кто-то другой…

Тем более, план командующего строился не столько на изысках военной мысли, сколько на все вдруг разом навалимся и заградотрядах из наиболее отмороженных ветеранов, лояльных лично Шерману. Ну и трибуналах… и без того не отличавшийся милосердием, ныне Текумсе и вовсе озверел. Впрочем, ещё вопрос, как бы попаданец вёл себя на месте командующего.

– Воздушный шар, – ворвался с утра Алекс к Ле Труа.

– И тебе доброго утра, – с нескрываемой насмешкой отозвался командир, вставая с кровати, где спал в нижнем белье, – что такое, временный полковник?!

– Извини, – пробурчал смущённо Фокадан, – но тут срочно надо, с утра.

– Так… – Ле Труа быстро оделся, натянув мундир и без смущения используя горшок по маленькому, отвернувшись от Фокадана, – докладывай.

– Смотрел карты укреплений ночь, заметил массу явных неточностей, там некоторые места наобум нарисованы, методом гаданья – ручаться могу. Кто уж там составлял… в общем, самим в небо подниматься надо, так оно наглядней. На чертёж не всё нанести можно, лучше своими глазами. А с утра потому, что потом воздушный шар могут занять.

– Есть такое, – поморщился француз, у генералитета Союза имелась неприятная особенность забивать за собой что-то. Подойдёшь к шару, а он занят и плевать, что занявший его генерал подойдёт часика через три. Может быть.

А нарываться на скандал чревато – звание генерала у Ле Труа пока временное, многие смогут его построить, фигурально выражаясь. А не фигурально, так просто устроить неприятности по службе, начиная от снабжения, заканчивая правильной подачей данных Шерману.

Шар подняли в воздух через час. Оказалось, это достаточно длительная процедура. Всё это время старшим офицерам дивизии пришлось дежурить рядышком, дабы не перехватили. Не то чтобы воздушный шар мог действительно понадобиться кому-то из генералитета, но подойти к готовому, дабы выпить кофе на высоте… имелись в армии такие любители.

Корзину ощутимо болтало на высоте, отчего попаданец аж позеленел.

– В море нормально, даже в шторм, – пожаловался он генералу, – а тут такое.

Возмутительно довольный француз только хмыкнул и протянул флягу с бренди. Отхлебнув, Алекс прислушался к организму… отхлебнул ещё… полегчало.

– Вон там, – протянул он руку, показывая на укрепления, – ну явное же несоответствие с чертежами, – и вон!

Сверявшийся с чертежом Ле Труа от возмущения едва не подпрыгивал и постоянно дёргал рисовальщика, мешая тому работать.

Нанеся неточности, француз взял оба варианта чертежа и уехал к Хукеру, взвинчивая себя самой нецензурной бранью. Вернулся через два часа, мрачный и довольный одновременное.

– Сынки, – коротко бросил генерал полюбопытствовавшим офицерам, – понабирали этих… из хороших семей.

После этого Ле Труа не выдержал и разразился очередной непечатной тирадой, из которых следовало, что понятие хорошая семья в нормальной стране включает в себя прежде всего образование и репутацию, а уж потом – деньги и связи.

Наступление задержали, что одновременно плохо и хорошо. Войска Союза смогли за это время подготовиться получше, но и Конфедерация не дремала, поставив под ружьё порядка десяти тысяч негров, имеющих какой-то стрелковый опыт – чаще всего из личных слуг плантаторов, сопровождавших их на охоте.

Сынки из хороших семей неожиданно оказались целой шпионской сетью Конфедерации, причём на диво разветвлённой. Обстановка в штабах напоминала курятник после визита лисы. Контрразведка перетряхивала всех и вся, были результаты… Пусть местные особисты и щенки по мнению попаданца, но и шпионы из доморощенных.

– Повесят?! – Алекс нервно рассмеялся на наивный вопрос одного из лейтенантов по поводу шпионов, – они же из Хороших семей, таких не вешают и не расстреливают.

Его слова оказались пророческими, шпионов спешно увезли в Вашингтон. Для успокоения войск трибунал приговорил к смерти нескольких мелких сошек, развесив их на ветвях раскидистого пекана[812] в центре лагеря. Попаданцу пришлось ещё и присутствовать при казни, что не добавило ему доброты. Да и сны…

Не исправили настроение даже Медали похвальной службы, вручённые ему и Ле Труа.

А вот благодарность офицеров из других подразделений, которые не пошли в хорошо продуманную ловушку, оказалась значимой. С этого дня офицеров дивизии Кельтика в офицерской среде начали воспринимать как своих, несмотря на ирландское происхождение большинства из них.

Тридцать третья глава

Наступление на Атланту ожидаемо увязло в мощной обороне и Кельтика оказалась востребованной, как никогда. На сегодняшний только они продвинулись вперёд, а что закопавшись в землю… Так это, извините, специфика подразделения.

Оставив кобылу в конюшне, расположенной в классическом блиндаже с брёвнами в три наката, Алекс дошёл до штаба дивизии по широченным и очень глубоким траншеям, выкопанных зигзагом. Траншеи эти раза в два выше человеческого роста и вполне подходили под определение для стрельбы с лошади стоя. Да и ширина… две телеги могли свободно разъехаться. Но такие уж нормативы у оборонительных сооружений в этом времени, и своя правда в этом имелась. Проще подвести подкрепления и какие-то грузы, к примеру.

– Пушек на нашем участке у конфедератов добавилось, – доложил он Ле Труа, снимая промокший от холодного октябрьского дождя плащ и вешая его пред очагом. Генерал флегматично покивал, погружённый в свои мысли. В последнее время французу стали приходить письма, чего раньше не наблюдалось. В душу попаданец не лез, но по косвенным признаком можно понять, что родня и однокашники по Сен-Сиру наводят мосты с видным военачальником Союза.