Фиктивная невеста драконьего гонщика (СИ) - Кушкина Милена - Страница 12

Он развернулся и ушел в спальню, закрыв за собой дверь. Я собрала ворох пакетов и направилась к другой. И в этот момент заметила, как Рикар резко сделал шаг вперед.

— Подождите, — сказал он слишком поспешно. — Туда… не стоит.

— Почему? — удивилась я и уже взялась за ручку.

— Потому что… — он замолчал, будто подбирая слова, и как-то воровато оглянулся на закрытую дверь Алека. — Ему не понравится.

Я только поморщилась и открыла дверь.

из ее недр на меня буквально хлынула пестрая лавина.

— Поздно, — глухо договорил Рикар за моей спиной.

Сначала на меня упал плюшевый дракон размером с подушку, потом второй, третий, с крыльями, лапами и глупо торчащими глазами-пуговицами.

Следом посыпались мягкие сердца и перевязанные лентами коробки с конфетами. Что-то задело меня по коленям, что-то шлепнулось на ковер.

Я отступила на шаг. Но, как заметил Рикар, было уже поздно.

Лавина из даров фанаток заполнила гостиную. Когда пол уже был усыпан игрушками, я все же предприняла попытку войти в комнату.

Но случайно увидела красное кружево, которое зацепилось за морду одного из дракончиков.

Поддела пальцем из любопытства. Глаза мои расширились от удивления, когда я вытащила кружевной пеньюар кроваво-красного цвета. Бросив его в сторону, словно он мог меня укусить, шагнула в спальню, намереваясь укрыться там от странных подарков.

Там на меня из каждого угла взирали драконы. Но самое страшное было на огромной кровати — там я увидела целый ворох подарков от особо горячих поклонниц.

Дамское белье! Очаровательные панталончики, полупрозрачные трусики и чулки с соблазнительным рисунком.

Повисла тишина.

Я медленно оглядела открывшуюся картину: заваленная подарками спальня, кровать, на которой почти не было видно покрывала, сладости, розовые и алые ленты и это белье.

— Это… — я кашлянула. — Дары фанаток?

Рикар закрыл глаза на секунду, как человек, который уже проиграл этот раунд.

— Поклонницы, — коротко сказал он. — После победы курьеры приносят, кто-то пробирается сам и вручает подарки через горничных. Я не всегда успеваю… сортировать и… утилизировать. А господин Вальдран терпеть этого всего не может.

— Неужели? — сказала я и невольно усмехнулась. — Думала, что он находит во всем этом особое удовольствие.

В этот момент дверь спальни Алека приоткрылась.

— Что случилось? — спросил он и замер на пороге.

Я обернулась, прислонилась плечом к косяку и спокойно ответила:

— Ничего страшного. Просто я, кажется, зашла не в спальню, а потревожила алтарь женской любви.

Алек обвел драконье безумие взглядом и недовольно поморщился.

— Рикар. Я же просил, — сухо сказал он ассистенту. — Убери это. Не знаю, передай все это в благотворительный фонд, каким-нибудь одаренным детям.

— Все? — ехидно спросила я, помахав пеньюаром.

Алек только стиснул зубы в ответ.

Глава 4

На прием мы отправились на уже знакомом мне мобиле. Никаких пафосных экипажей и золоченых карет.

Дом губернатора возник за поворотом внезапно. Даже не дом — дворец. Белый камень, золоченые карнизы, башенки с флагами Порти, сияющими так, будто их полировали каждый час. По фасаду струился свет: магические сферы плавали вдоль стен, подсвечивая лепнину снизу и сверху, из-за чего здание казалось нереальным, почти нарисованным.

— Скромность сюда не завезли, — пробормотала я.

Алек усмехнулся уголком губ, но взгляд у него оставался внимательным.

— Это еще сдержанно, — сказал он. — Ты еще не видела внутренние залы. Но мы здесь не ради интерьеров.

Мы остановились у парадного входа. Алек подал мне руку и помог выбраться из мобиля.

— Дай угадаю, — я повернулась к нему. — Мы здесь ради королевского бала?

— Именно, — подтвердил он. — Приглашение на него нельзя купить. Но можно заслужить. Или… — он чуть помедлил, — поддержать нужное дело.

— Сделать «добровольное пожертвование», — фыркнула я. — Например, помочь одаренным детям Порти?

— Да.

Я посмотрела на сияющие окна, на освещенный магией заснеженный сад. Мы шли по ковровой дорожке расстеленной прямо по белоснежному снегу, но холода совершенно не чувствовали. Губернатор расстарался, чтобы гости не мерзли.

— Надеюсь, эти одаренные дети хотя бы существуют. Хотя подозреваю, что все они зовутся «сын губернатора» и «дочь губернатора», — сказала я.

Алек нахмурился. Не резко — скорее, как человек, которому наступили на старую, но все еще чувствительную мозоль.

— Осторожнее с колкостями, — сказал он. — Здесь у стен тоже есть уши. И… у губернатора действительно есть дочь.

Как будто в подтверждение его слов двери дворца распахнулись, приглашая нас внутрь.

Пестрая толпа гудела, словно трудолюбивый пчелиный улей. Только здесь создавался не мед. Во дворце губернатора рождались сплетни, планировались сделки и заключались союзы.

Алек чувствовал себя, словно рыба в воде. Меня же тяготила эта суета и немного смущал слишком яркий свет. Я вцепилась в руку своего спутника чуть сильнее, чем стоило.

— Отлично играешь, продолжай, — шепнул мне на ухо Алек и невзначай провел большим пальцем по моему обнаженному плечу. — Пусть все видят, что ты влюблена в меня, как кошка!

Он подал визитку с именем одному из лакеев.

— Алек Вальдран и леди Лия Кайвен! — тут же объявили о нашем прибытии.

Толпа ахнула и обернулась. Даже среди знати Алек был довольно популярен.

Навстречу нам выплыла молодая девушка. Высокая, тонкая, в платье цвета топленого золота. Магия вокруг нее искрилась так, будто она в нее завернулась, как в шаль.

— Алек! — ее голос был радостным, даже слишком. — Я знала, что ты приедешь!

Она подошла ближе, не взглянув на меня ни разу, и положила руку ему на предплечье — жест слишком интимный для светского приема. Я заметила, как Алек напрягся.

— Леди Марен, — вежливо, но холодно сказал он. — Рад вас видеть.

Девица попыталась взять Алека под руку с другой стороны и перетянуть к себе.

— Мы так давно не встречались, — продолжала она, словно не замечая его тона. — После гонок в Ристерне ты просто исчез…

Только тут она заметила, что Алек не двигается, будто его ноги приросли к полу. Ее идеальные бровки удивленно скользнули вверх.

— А я была уверена, что… — она сделала паузу и наконец скользнула по мне оценивающим взглядом, — что ты приедешь один.

Я мысленно усмехнулась. Конечно. Такие женщины всегда уверены, что мир вращается вокруг них.

— Я был занят, — ответил Алек. — И позволь представить: Лия. Она со мной.

Это «со мной» прозвучало отчетливо, почти демонстративно. Марен улыбнулась шире, но глаза у нее стали холодными.

— Как мило, — сказала она. — Надеюсь, вы получите удовольствие от вечера. Отец будет рад видеть вас. Алек, он часто вспоминает… наши разговоры о будущем.

Я заметила, как у Алека дрогнула челюсть.

— Мы говорили о многом, — сказал он. — Но обещаний я не давал.

Марен рассмеялась, легко и звонко.

— Ты всегда был таким осторожным. Мужчины вроде тебя любят делать вид, что ничего не обещали, — она снова коснулась его руки. — Но мы еще обсудим это. После бала.

Она ушла, оставив за собой шлейф дорогих духов и ощущение недосказанности.

— Похоже, ты мог получить приглашение на бал и без моего участия, — тихо сказала я, глядя вслед слишком быстро уходящей дочери губернатора.

Алек посмотрел на меня серьезно.

— Мне очень нужно это приглашение, но жениться ради него я не готов.

Я выразительно посмотрела на кольцо, что сияло у меня на пальце.

— Это не считается!

Я кивнула, отчетливо понимая, что этот прием

будет куда опаснее любых драконьих гонок.

После знакомства с Марен я почувствовала себя серой уточкой рядом райской птицей.

Утонченная, изысканная дочь аристократа, которой не приходится ежедневно отвоевывать свое место под небом. А уж прислуживать в кафе — тем более.