Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 191

— Сегодня вкус у камешков какой-то непривычный: кислинка чувствуется с легкой горечью.

Поднеся блюдечко к носу, тролль принюхался вторично и задумчиво щелкнул языком:

— И пахнет немного иначе.

— Да ты гурман, мой друг! — усмехнулся Лис, бросив взгляд на «любимые печеньки Хага», как некогда поименовала камни Яна в беседе с бабушкой. — Камни как камни, хотя нет, они сверху сегодня чем-то мелким присыпаны. Пудрой, что ли? Не сахарной, а, может, соленой?..

Дракончик продолжал трепаться, а друг уже не слушал его. Отлетел к раздаче поднос, со стуком раскатились «печеньки», серая кожа потемнела, цветом стала похожа на мокрый асфальт, губы по-звериному приподнялись, обнажая в оскале клыки. Но рыка не было, Хаг кинулся на Лиса бесшумно.

Взметнулись разом все восемь щупалец повара-силаторха, пытаясь зафиксировать силача-студента. Мастер Вархимарх взлетел над многоэтажным кольцом из судков, кастрюль и тарелок. Зазвенела, забряцала падающая посуда, ее содержимое вылилось и высыпалось, съестные запахи в воздухе смешались в невообразимый коктейль.

— Ох ты ж! — выпалил Машьелис, отпрыгивая от разбушевавшегося напарника. — Как его от печенек-то расколбасило! Эй, Хаг, очнись! Ау! Есть кто дома?

Внятного ответа не последовало. В бешено пульсирующих зрачках тролля плясали безумие и ярость. Больше не было флегматичного и ироничного друга, прикидывающегося недалеким простаком. Словно разум покинул Хагорсона, оставив лишь жажду крови и смерти. Щупальца силаторха спеленали студента плотным коконом. Напрягая тугие канаты мышц, Хаг рвался в бой.

Стеф ломал один лист Игиды за другим, пытаясь наслать на напарника сон, оцепенение или купол изоляции. Лис и Яна пробовали повторять действия напарника. Не помогало ничего! Листики рассыпались облачками цветной пыли и бессильно развеивались. Эльфийская магия тоже оказалась бессильной. Удалось лишь, используя знак ЛОЦ, поставить большой непрозрачный купол, отгораживающий всю компанию от столовой.

— Вызывайте мастеров, я его долго не удержу! — рявкнул повар-силаторх.

Он пытался обезвредить студента, съездив по маковке тяжеленным чугунком с тушеным мясом, но Хаг даже не поморщился. Голова оказалась крепче посуды. Аккуратно отставив тару в сторону, Вархимарх снова спеленал буяна всеми восьмью конечностями.

Янка сунула руку в сумку и на ощупь сломала пластинку с СУАЗ. Тем самым знаком, который еще с прошлого года каждый из команды таскал в сумочке в нескольких экземплярах на случай экстренного вызова декана.

— Мастер, Хаг обезумел, знаки Игиды на него не действуют, помогите! — выпалила перепуганная даже не столько за себя, сколько за друзей девушка.

Гад явился моментально, втянул носом воздух, окинул взглядом бушующего тролля и компанию сдерживания и резко скомандовал:

— Донская, быстро приговор! Он должен прочихаться! Лаэрон, знак очищения! Лис, дублируй!

Руки парней синхронно метнулись к кошелям, знаки, о которых говорил декан, входили на третьем курсе в обязательный набор блюстителя и потому нашлись у каждого.

— Чтоб тебя чих пробирал, пока ярость не схлынет! — послушно пожелала приговорщица, выставив руки в простейшей позиции стрелы и не особенно рассчитывая на результативность.

Однако же Гад все рассчитал верно! Тролль, получивший в лоб приговором, замер на мгновение, а потом зашелся в кашле и громоподобном чихе. Хаг сотрясался всем могучим телом несколько минут.

Несмотря на драматичность ситуации, Яне почему-то вспомнился тихий дедушка-сосед. Тот всегда говорил едва слышным подрагивающим тенорком и никогда не возражал могучей жене с голосом корабельной сирены. Зато когда дедулю пробирал чих, коротенький, минут на десять, его слышал весь подъезд, а коль чих нападал во дворе, то и весь дом. И ни заткнуть, ни остановить старичка никто не мог.

Так и тролль сейчас чихал от души! Всласть и долго. Понемногу его кожа снова бледнела, принимая нейтрально-серый оттенок. Из глаз ушло безумие боевой ярости, осталось лишь недоумение. Парень никак не мог сообразить, что с ним случилось.

Когда Фагард в последний раз чихнул и высморкался в большой платок, Гад сказал:

— Мастер Вархимарх, спасибо!

— Да что там, сразу видно было, неспроста студент в раж битвы вошел. Как мог, удержал, — отмахнулся щупальцем силаторх, выпуская тролля из страхующих жестких объятий. Осьминог взлетел и вернулся на свое рабочее место, с явственным огорчением оглядывая следы учиненного погрома.

Декан использовал знак Игиды для наведения порядка. Все разлитое и разбросанное исчезло. Остались лишь нетронутые буйством тролля блюда.

— Что со мной было, мастер? — придерживая руками гудящую голову, для которой не прошли бесследно знакомство с чугунком и приступ ярости, вопросил Хаг.

— А это вы, студент Хагорсон, изволили вдохнуть порошка америи. В любом виде — безвредный релаксант для большинства рас. Совершенно безопасный при поедании даже для троллей. Зато при попадании на слизистую у представителей вашей расы вызывает приступ неконтролируемой агрессии. Запаха не имеет, по внешнему виду схож с солью.

— Это камни! Хаг их нюхал! — мгновенно сообразил Машьелис. — На них еще какой-то белый налет сверху был.

— Ничего мною к блюду не добавлялось, — вставил обеспокоенный силаторх, притянув к себе чудом уцелевший поднос с камешками. Пара мисочек там еще была. Повар присмотрелся к ним. Даже Янке было видно: «печеньки» действительно оказались присыпаны чем-то чуть поблескивающим, как крупинки соли.

— Хм… — Гад осмотрел улику. — И кто ж у нас такой прыткий кулинар, ухитрившийся внести в рецепт новый ингредиент?

— Парень… У меня под рукой, когда я камешки брать собрался, как раз паренек-пророк прошмыгнул за котлетами, — наморщил лоб Хаг, пытаясь припомнить подробности показавшегося незначительным эпизода.

— Точно! Этот, из-за которого гадание на первом курсе наперекосяк пошло, — взвился дракончик и начал щелкать пальцами, листая мысленную картотеку студентов. — Этот… О! Мисаг Куяри!

— Он тогда пошутить хотел над мастером, может, и сейчас какую шутку задумал, да эффекта не рассчитал? — припомнила забавного веснушчатого парня с наивными голубыми глазищами Яна.

— Вот как, — тяжело вздохнул декан. — Что ж, пойду побеседую с шутником.

— А мы? — тут же возмутился исключению из процесса Машьелис, заступая дорогу дэору.

— А вы, как я понимаю, собирались ужинать, потом пообщаемся, — безапелляционно объявил декан Гадерикалинерос и снял купол, отгораживающий круг раздачи и всех участников беспорядка. К этому времени вокруг уже толпилось изрядно любопытствующих и волнующихся студентов. Паника разгореться не успела: во-первых, слишком мало времени прошло с момента озверения тролля, во-вторых, никто не понял, что вообще творится, а прежде, чем начал разбираться, эльф поставил непрозрачный щит, ну и, в-третьих, дэор, единый во многих лицах, уже успел довести до сведения мастеров известие о полном контроле над ситуацией.

— Все в порядке! У студента Хагорсона открылась аллергия на приправу. Друзья, не разобравшись, решили изолировать напарника. Сейчас он полностью здоров! — громко оповестил декан всех присутствующих и ушел в портал, не дожидаясь дополнительных вопросов.

Силаторх вновь расположился в окружении всевозможных яств, как король на троне среди толпы подданных, и помахивал половниками, лопаточками, щипцами и прочими приспособлениями, позволяющими как можно быстрее обеспечить максимальное количество студентов выбранными кушаньями.

Машьелис, злобно ворча себе под нос, всем телом развернулся к мастеру-повару. Его! Его! Ему!.. В общем, не взяли и не разрешили принять участие в самом интересном — охоте за информацией! Пожалуй, последнюю юный дракон ценил даже немножко больше, чем деньги и драгоценные камушки.

Яна спокойно положила себе пюре, салат, пару бифштексов и отошла от раздачи к стойке с напитками и сладостями. Утихомиривать возмущенного напарника — тщетная затея. Пусть покипит, покушает, успокоится и сам поймет, что мастер поступил мудро. К тому же декан сказал: «Потом пообщаемся», — значит, собирался рассказать студентам о своей беседе с пятикурсником-пророком.