Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 440

– Тогда надо воспользоваться естественными щелями в паутине чар, – предложил Макс, ероша волосы. – Если Рогиро может истончить свой призрачный облик и придать ему иную форму…

– Предлагаешь ему просочиться сквозь трещины в одной из печатей? – догадалась находчивая Элька, подпрыгнув в кресле.

– Может получиться, – принахмурившись ровно настолько, чтобы морщины не собирались на гладком лбу, прикинул красавчик Лукас, еще раз проанализировав мощное переплетение старинного заклятия.

Рогиро смерил скептическим взглядом узкие трещинки, змеящиеся по белым шестиугольникам, и, неприязненно скривившись, с манерным вздохом заметил:

– Никогда не мог отказать даме!

Отвесив публике прощальный полупоклон, привидение расплылось, утрачивая всякое сходство с человеком, и обратилось в подобие туманного полупрозрачного облачка, которое, все более истончаясь, свернулось тонким длинным жгутом, будто некто невидимый сучил нить с прялки. Один из кончиков призрачной веревочки скользнул в щель и начал быстро втягиваться внутрь. Через секунду в пещере остался только Лукас.

– Получилось? – неуверенно спросила Мирей.

– Смею надеяться, мадемуазель, – отозвался Лукас, не ощущая более присутствия Рогиро ни на уровне материальном, ни в сфере тонких чувств. Там, за плотной магической сетью, реальность словно переставала существовать, становясь недоступной как для органов чувств, так и для метафизического зрения. И конечно, мосье безумно жалел, что не может послать в трещинку печати вслед за Рогиро хотя бы простенькое следящее заклятие, на худой конец мушку-подслушку.

– Что теперь? – задал вопрос Нал.

– Только ждать, мосье, – вздохнул маг, склонив голову.

– Давайте в картишки перекинемся? Самое то, чтоб время скоротать, руки да голову занять! – бодро предложил Рэнд, но на его интригующее предложение откликнулся согласием только Нал. Минтана снова неодобрительно поджала губы и отвернулась, чтобы не видеть, как разоряют ее защитника.

Ожидание длиною в вечность из семнадцати минут воцарилось в доме. Элька нетерпеливо ерзала в кресле, вглядываясь в плиту и печати. Наверное, единственным, что удерживало девушку на месте, был взгляд Гала, более твердый, чем иные гвозди. Макс нервно грыз ногти и дергал себя за волосы, очень жалея о невозможности наблюдения за происходящим в Узилище с помощью какого-нибудь магитехнического жучка столь же неистово, как Лукас печалился о магических средствах подглядывания. Партия Рэнда и Нала все длилась, кажется, на сей раз азартный воитель не собирался разоряться на первых же секундах игры. Лукас неторопливо прохаживался по пещере, и только он один знал, чего ему стоил этот неторопливый прогулочный шаг, вместо беготни по полу, стенам и потолку. А вот Мирей сидела спокойно без всякого притворства. И ее безмятежность была столь очевидна, что удивленная Элька поинтересовалась у подруги, отвлекшись от «увлекательного» процесса нервического ожидания:

– Мири, а ты почему не волнуешься?

– Я верю Ирилии, – просто, словно это было само собой разумеющимся, самым элементарным из возможных объяснений, ответила жрица, осенив себя знаком древа.

– Уважаю, уважаю… – пожала плечами Элька, прикусив нижнюю губку. – Я, наверное, никогда так не смогу.

– Поэтому жрица – она, а ты – хаотическая колдунья! – наставительно пояснил Рэнд, беря из колоды очередную карту и сбрасывая ее на круг Налу, защитник отбился и тоже взял карту.

– И хвала Творцу! Представьте, что было бы, поменяйся мы местами? – звонко откликнулась Элька, перенявшая у друзей вариант божбы, широко распространенный в мирах.

– Не хочу! – припечатал Гал в унисон с прочувствованным возгласом Лукаса: «Упаси Клайд и Эйран!»

Что могла бы натворить Элька, получив божественное покровительство, и какой именно бог захотел бы его ей оказать, друзья опасались даже предположить, вполне хватало регулярного переполоха с хаотической магией. Усугублять его ежесекундным кошмаром иного толка не стремился даже авантюрист Рэнд.

Треп о пустяках и не только кое-как помог команде скоротать время ожидания до тех самых пор, пока над плитой, вернее над одной из скреплявших ее печатей, не закурился легкий дымок, постепенно сформировавшийся в прекрасно знакомую друзьям фигуру сеора Рогиро.

– Живой! – подивилась Минтана, слабо надеявшаяся на возвращение призрака, несмотря на тактические расчеты команды. Плита с печатями и само Узилище представлялось колдунье чем-то вроде адских врат, откуда нет обратной дороги.

– Не-а, не живой, – помотала головой Элька и пояснила с занудством истинной буквоедки и предательскими смешинками в серо-голубых глазах: – Рогиро уже лет пятьсот как мертвый!

Возразить на это было нечего. Но тем не менее сеор предстал перед публикой целый и невредимый, во всяком случае, такой же целый и невредимый, каким был до своего похода. Уплотнившись, встряхнувшись, словно пес после купания (только что эктоплазму не разбрызгивал), мужественный призрак не стал томить честную компанию и с самодовольным достоинством огласил результат своего визита:

– Сеоры и сеорита, Властелин Беспорядка готов принять вас!

– Подробности, – почти потребовал от призрака Эсгал, поднимаясь со стула.

– Первый раз слышу, чтобы Гал требовал от кого-то подробности, а не краткого отчета по существу, – поразился Рэнд, иронично скривив подвижный рот.

– Ничего ты не понимаешь ни в колбасных обрезках, ни в конной авиации, – отчитала приятеля Элька, наставительно воздев палец вверх. – В данном случае подробный отчет о произведенной разведке стратегически важен. Наш воитель не сможет спланировать «атаку», не получив информации о дислокации, численности предполагаемого противника и рельефе местности. А иного источника информации, кроме Рогиро, под рукой нет.

Гал покосился на болтушку, но спорить не стал, пусть и в легкомысленном тоне, но девушка верно ухватила суть проблемы. Паяц Фин сделал большие (на пол-лица) понимающие глаза и закивал так энергично, что оставалось только удивляться, как его голова не соскочила с позвоночника:

– Ах вот оно как! Тогда конечно!

Лукас подхватил Рогиро, и пара разведчиков покинула Алторан, присоединяясь к команде. Сеор, не расставаясь с плотью, прошелся по залу совещаний, с грацией истинного лорда опустился в свободное кресло и приступил к рассказу:

– Вы были правы, сеор Макс, сеорита, – милостиво кивнул Рогиро Шпильману и Эльке, – проникнуть в глубины Узилища через трещину оказалось несложно, хорошо и то, что сами вы не стали пытаться войти без предварительной разведки. Сразу после плиты на протяжении нескольких десятков метров идет сплошной, некогда расплавленный и застывший прочнее, чем пробка в бутылке, камень. Он не содержит в себе заклинаний, препятствующих проникновению в глубины горы, как стены пещеры, ибо живому существу в толще горы передвигаться невозможно. Миновав это препятствие, я вступил в помещение, где смог обрести плоть. Воздух холодный, но свежий, им вполне можно дышать…

Дальше, – Рогиро не мог отказать себе в удовольствии сделать многозначительную паузу, заполненную напряженной тишиной слушателей, ловивших каждое слово, – начались ЕГО владения. Настоящий замок в толще горы, только без окон. Очень эффектен, пышен, даже изыскан, хоть и не без мрачности. Все вокруг торжественно, беззвучно и безлюдно. Мне показалось, я довольно долго витал по пустым комнатам и запутанной сети многочисленных коридоров, переходов, лестниц, разглядывая обстановку, барельефы, скульптуры, мебель, пока не увидел серо-зеленый свет. Отправился к его источнику и вошел в восьмиугольную залу, где стены вспыхивали изумрудными переливами, потолок тонул в черноте, а пол светился мягким серым светом. Там я увидел хозяина.

– Ну и какой он? – заинтересовался Рэнд.

– Высокий блондин с фиолетовыми глазами, правда, густые брови и ресницы удивительно черные. Лицо вылеплено несколько грубовато, но ему нельзя отказать в красоте. Одежды алые, не то ткань, не то очень мягкая, прекрасно выделанная кожа, – начал описывать разведчик.