Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 467

– Стройная теория, mon ange, – задумчиво согласился маг, анализируя в процессе Элькиных рассуждений все ситуации, в каковых проявлялся дар хаотической колдуньи, и сопоставляя с выдвинутыми постулатами.

– То есть у тебя получается колдовать, если тебе что-то до зарезу нужно или вовсе почти не нужно, но весело, – подытожил Рэнд, отправляя в рот последний кусок чудо-пирога, разделенный с Рэтом.

Крыс уже отвалился от тарелки и теперь свернулся на коленях владельца, лениво потроша яблоко и ни в какие дебри рассуждений двуногих соседей не вникая.

– Я не мог бы сформулировать лучше, mon amie, – подтвердил Лукас, пригубив вина.

Макс же совершенно уткнулся в тарелку, что-то бормоча под нос. До коллег долетали обрывки слов «мотивация», «интринсивная», «эмоция», «динамическая основа», «косвенное влияние», «активность», «устойчивость», «потребности»… Наконец мнемоб Шпильман оторвался от углубленного созерцания пюре и подтвердил выводы Рэнда энергичным кивком. Этот жест не только дал понять коллегам, что гениальный технарь разделяет точку зрения Фина, но и указал на необходимость или подстричь Макса, или начать заплетать его волосы в косички.

Мирей по зову сердца и долгу сотрапезницы взяла салфетку и бережно обтерла измазанные в картофеле прядки волос друга. Что примечательно, тот вообще не заметил никаких манипуляций с собственными волосами, сосредоточившись на аналитических размышлениях о даре Эльки.

– Ха! Значит, следующую депешу разбираешь с нами и проверяешь основы теории на практике, – разулыбался довольный вор, очень ценивший возможность перекинуться с подругой шуткой за работой. Он доверял остальным коллегам и любил работать в команде, но чувство юмора Фина более всего ценила именно Элька, превращавшая любую работу в развлечение. – Быстренько ты очухалась! Поделись рецептиком!

– Волшебные ладошки Мирей плюс переизбыток положительных эмоций! – назвала самое лучшее средство от любых недугов Элька.

– О! Благое влияние твоего клыкастого приятеля или не обошлось без некоего светловолосого поклонника, о тайной страсти коего ты узнала лишь сегодня? – подмигнул Фин, успевший за считаные доли минуты общения с Элькой рассмотреть маячившего на периферии Фельгарда.

– Я же просил, Мирей. – Гал изменился в лице, встал, с грохотом отодвинув стул, и быстро, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, вышел из комнаты. Его не остановил растерянный и беспомощный возглас эльфийки: «Я ничего не говорила!»

– Чего это он? – искренне удивился вор, передернув плечами. – Решил, что мы о его жутко тайной страсти к Эльке речь ведем?

– Полагаю, что мосье Эсгал действительно решил, что его чувства к мадемуазель стали достоянием гласности, – коротко улыбнулся маг, почесывая бровь. Для инкуба, пусть даже лишь наполовину инкуба, играючи отслеживающего притяжение тел и душ, состояние воина уже давно не было тайной. Возможно, Лукас все понял даже раньше, чем сам влюбленный оборотень.

– Какие чувства? – удивленно хлопнула глазами Элька, приоткрыв ротик.

– Ты что, правда не знала? – изумленно выпалил Фин, покачиваясь на стуле. – А я думал, специально не замечаешь. По Галу же сразу видно, еще с Арродрима всем понятно стало!

– Ага, с Арродрима, значит… дошло, как до жирафа, – оторопело протянула хаотическая колдунья и тут же спохватилась: – Ой, блин, так он теперь точно решил, что кто-то мне проболтался, а я его послала лесом, и пошел переживать в одиночку!

Больше не рассуждая о том, что и насколько правда – обо всем этом можно будет подумать и поговорить после, – Элька подхватилась с места и побежала за воином. Побежала так, словно сдавала спринтерский норматив и от этого зачета зависела жизнь! Чуть притормозила лишь у самой комнаты Гала, и то для того, чтобы не вмазаться со всей дури в запертую дверь. Дверь действительно была заперта, а не прикрыта, как обычно делали члены команды днем, да и ночью почти никогда никто не запирался на замки. Посторонних воров в защищенном мире не водилось, убийц тоже, да и маниакальной скрытностью никто не страдал.

Элька решительно постучала, послушала в ответ тишину и постучала еще раз с тем же результатом. Решительно набрав в грудь воздуха, возопила:

– Гал, открой, или я зайду со стороны окна и разобью его камнем, чтобы залезть, порежусь до крови, и тебе опять придется меня спасать!

Страшная угроза возымела действие. Через несколько мгновений тишины задвижка щелкнула. Элька толкнула створку, вошла и почти стукнулась об угрюмый, полный какого-то серого безразличия, каковым пытаются прикрыться от мира, чтобы не испытывать боли, взгляд Эсгала. Крепко наколовшись с первой своей великой любовью, чья измена обернулась для воина падением в пучину безумия, а темным мирам принесла горы трупов и реки крови, Гал просто боялся нового предательства. Он боялся настолько, что не хотел ничего чувствовать, не хотел новых сердечных переживаний, новой боли. Отстраненно-сурового общения с юной хулиганкой, которой удалось без стука ворваться в его сердце и завладеть им, воину казалось достаточно, и чего-то большего он просто-напросто страшился.

– Во-первых! – с порога начала Элька, даже не думая отступать, демонстративно по счету загибаемые пальцы оказались у самого носа Гала, на уровне горбинки. – Мирей никому ничего не говорила, ей по сану не положено чужие тайны разглашать, во-вторых, Фин имел в виду моего нового знакомого. Но на воре и шапка горит, ты все истолковал по-своему и сбежал переживать. Поэтому, в-третьих, какого черта лысого ты вообще переживаешь? Ты мне симпатичен, если я тебе нравлюсь, так, в-четвертых, приходи ночью в мои комнаты, и дело с концом.

– Я так не могу… Это слишком… – Гал потряс головой, оглушенный откровенной речью вернее, чем ударом меча. От любого другого оружия он, пожалуй, смог бы увернуться.

– Ох, ладно, пойдем, как в «Аленьком цветочке», длинным путем, можешь пригласить меня в выходной погулять. Это для тебя не слишком? – улыбнулась Элька, притопнув ножкой и хлопнув рукой по бедру.

– Не слишком, – пусть неуверенной, кривоватой, но все-таки ответил улыбкой на улыбку воин.

Он было подумал, не шутит ли Элька, однако в ее глазах, кроме обычных искристых смешинок, была еще странная забота, решимость и, пожалуй, удивление. Эта странная девчушка всего несколькими словами, как обещанным камнем, рассадила не стекло, а баррикаду веских доводов, возведенную им на пути к их новым отношениям. У нее, такой естественной и легкой, это вышло запросто, почти играючи…

– Вот и замечательно, тогда пошли работать! Выходные и прогулку еще надо заслужить, груда жалоб ждет! – провозгласила Элька. Снова, как перед обедом, будто и не случилось ничего из ряда вон выходящего, подхватила воителя под руку и потянула за собой.

Глава 4

Тройной переплет

В зале совещаний, в упор не замечая стремительной ретирады Гала из-за стола и раскрытия его великой тайны, мирно рассаживались по своим местам коллеги. По молчаливому уговору друзья решили доверить Эльке беседу с воителем и его успокоение, а со своей стороны вовсе не собирались напоминать ему о глупейшем проколе. Все коллективно жалели бедолагу, наступившего дважды на одни грабли. Любить легкомысленную, увлекающуюся девицу то еще наказание, небось не меньшее, чем жену-изменницу. Кроме того, чтобы трепать нервы Эсгалу всякими подковырками и прозрачными намеками, нужно было бы быть отчаянным самоубийцей. А таковых наклонностей в компании никто не демонстрировал, даже суицидальные порывы «ловкого» Макса проявлялись лишь в области манипуляций с предметами в мире вещном.

– Вы, конечно, по нас ужасно соскучились? – с порога задорно осведомилась Элька.

– Еще минута, и начали б рыдать, – чистосердечно заверил подругу Фин и весело подмигнул ей, а следом и Галу.

Судя по слегка растерянной, но в целом мирной физиономии последнего, девушке удалось загладить невольный промах вора, чему беспечный жулик был очень рад. Признавать такое совершенно не хотелось, но Рэнду было стыдно за собственный болтливый язык. Теперь же, уверившись в том, что мир восстановлен, вор легко запинал странное чувство поглубже в подсознание и постарался забыть о нем.