Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 481

Вызов с медитации, воскрешение Цветилища, находка священной реликвии, странное не то колдовство, не то молитва жрицы, диковинная магия колдуньи, еще более странные действия загадочного чужестранца – целая лавина событий, – и вот уже Эннилэр, лишенный божественного покровительства, спасен от неминуемой катастрофы. А что увядание Цветилищ и истаивание духов-опекунов привело бы именно к краху мира, лишившегося благодати, высший цветилец был совершенно убежден и теперь растерялся, не зная, как благодарить спасителей. Растерялся, к вящему счастью спасителей. Ибо хуже эльфийского праведного гнева, чреватого ледяным презрением и острыми жалами метких стрел, может быть только эльфийская благодарность. Она столь велеречива и неспешна, что благодетель, не обладающий эльфийской продолжительностью жизни и бесконечным терпением, рискует либо состариться и помереть в процессе благодарения, либо нахамить признательному эльфу и перейти в разряд врагов, чреватый… (смотри выше).

Иолир лишь улыбнулась, согласная со словами высшего цветильца, и протянула длани к цветущим вастренам. В ее руках безо всяких видимых действий, вроде срывания или плетения, оказалось два восхитительных венка, которые эльфийский дух водрузила на головы девушек с торжественным заявлением:

– Примите неувядающий дар Эннилэра, о девы!

Максу, как созданию мужского пола, под определение «девы» никоим образом не подпадающего, венок предложен не был, зато досталась очередная сияющая улыбка.

– Как быстро… – снова, будто его заклинило на этой фразе, повторил высший цветилец, собираясь с силами для первого залпа благодарственного огня.

– Это точно, мы все делаем быстро, иначе в жалобах от Совета богов нас бы уже закопали так, что не выбраться! – довольно хихикнула Элька, поправляя венок, чуть сползающий на ухо, и мысленно радуясь тому, что природа не наградила вастрены колючками.

Мирей и хаотическая колдунья перемигнулись, метнули взгляды на аккуратно разбирающего свою бандуру Шпильмана, профессионально взяли его в клещи и положили загребущие лапки на прибор. Эльфийка просияла прощальной улыбкой:

– Да хранит вас Ирилия, мы отправляемся, дабы закончить работу! Будьте благословенны!

Элька, засунув под мышку шар Лахтера, весело прибавила:

– Иолир, ты прелесть, я почти жалею, что я не лесбиянка! Атриэль – ты душка, жаль, что я не эльфийка, обязательно бы с тобой пококетничала, надеюсь, от женитьбы на этой мымре ты отвертишься! Если будет наседать, скажи, что у тебя в лучших друзьях девица, которая по ресторанам с вампирами и оборотнями шляется. А такие знакомства – сплошной урон для репутации! Высший цветилец, больше не грустите сильнее необходимого для осенней печали, вашим шикарным бровям с кисточками не идет обвислый вид! Всем счастливо!

Девушки синхронно нажали на перстни и испарились с полянки у шикарной клумбы, опоясывающей храм, вместе с Максом и его оборудованием в придачу.

Там, за гранью потускневшего зеркала, трое эльфов недоуменно созерцали опустевшую поляну. Потом высший цветилец, исполненный невыразимых сожалений о непрозвучавшей пышной речи, сглотнул и провозгласил с новой надеждой на продолжительные беседы:

– Надлежит известить иных цветильцев о чуде, сошедшем на Эннилэр! Я отправляюсь к алтарю храма для медитации.

И пусть в его тоне была неизменная осенняя меланхолия, но, помня о том, что брови не должны обвисать, эльф едва заметно улыбнулся.

– Мне нужно будет поговорить с сестрами, – припомнила о своем долге Иолир. – Я присоединюсь к твоим молениям!

Атриэля никто ни о чем не просил и ничего не предлагал, но юный блюститель и так превосходно знал, кому полагается исполнять ритуальную мелодию на лире для погружения в медитацию, созывающую всех духов и цветильцев трехсот тридцати трех Цветилищ мира в единый Круг Дум. Но мысль об эльфийской невесте впервые не висела на душе юноши тяжким бременем.

А в зале совещаний у зеркала появились трое: две особы женского пола в веночках, косматый парень и инвентарь в качестве багажа. Чуть растерявшийся при мгновенном насильственном перемещении без предупреждения технарь едва не уронил прибор. Гал и Рэнд синхронно метнулись со стула и кресла, чтобы подхватить ношу и аккуратно опустить ее на ковер. Шумового сопровождения, нового омовения в непредназначенных для оной цели жидкостях и поломок ценного груза удалось избежать.

– Вот им снова подарки сделали! – «обиженно» выдал вор, оглядывая подруг в благодарственных подношениях.

– Изумительный дар, – согласился Лукас, демонстративно не замечая столь же демонстративной досады в голосе друга. – Осмелюсь предположить, вастрены Цветилища будут вечно свежи и благоуханны.

– Ха, здорово! Повесим в клозете? – предложил похабник-вор и снова заработал легкий подзатыльник от Гала, недовольного оскорбительным высказыванием по отношению к дару, сделанному от чистого сердца.

– Не-э, – довольно захихикала Элька – я свой на стол в комнате положу, пусть пахнет! А Мирей, наверное, в лабораторию отнесет, для освежения воздуха, у нее там иногда такой дух от мазей и настоек, что дополнительный заряд свежести не повредит!

– Разумно. Травы для лекарств часто пахнут своеобразно, – согласилась эльфийка с лукавой улыбкой, не отрицая необходимость ароматизации. Что поделаешь, лекарства должны помогать, а не очаровывать больного запахом или соблазнять вкусом. В вопросах практического целительства романтичная Мирей была весьма рациональной особой.

– Кстати, а где Мыша? – заозиралась Элька, ища взглядом питомицу, не кинувшуюся с приветственным писком к хозяйке.

– Они с Рэтом снова где-то играют, – беспечно отозвался Фин. Прошвырнувшись до Эннилэра и едва не оказавшись между хозяином и стенкой храма при метании от священного ларца, питомец вора решил больше не испытывать судьбу. Ныне он забавлялся в обществе летучей мыши где-то подальше от непоседливого друга.

Успокоенная объяснением Элька отправилась к шкафу переодеваться. Путающиеся в ногах цивильные юбки она считала чем-то вроде маскхалата для похода за языком и при первой же возможности спешила от них избавиться. Гал только вздохнул, ему-то красивые длинные платья очень нравились, но упрекать хулиганку не стал, давно понял, – бесполезно. Кроме того, что уж греха таить, легкомысленные полупрозрачные и провокационно короткие вещи девушки суровому воину тоже очень нравились, но вслух он не признался бы в этом и под пыткой! Порядочная девица не должна носить такие одежды, и точка! Мало ли что подумают не знающие ее люди? А ему их ведь потом, возможно, убивать придется, защищая честь легкомысленной красавицы! Мысль оставить Эльку выкручиваться самой из щекотливой ситуации даже не пришла в благородную голову Эсгала. И это действительно было очень благородно по отношению к типам, вздумавшим оскорбить хаотическую колдунью, чья магия подчас выплескивалась помимо разумных рассуждений владелицы, руководствуясь инстинктами и подсознательными желаниями! И сила эта никаким милосердием, в отличие от Эльки, не обладала!

Тем временем Макс аккуратно пристроил весь багаж в уголке, чтобы попозже вернуть его в рабочий кабинет, и подошел к умостившемуся на столике перед зеркалом наблюдений «Дорожному атласу». В нем Шпильман собирался показать друзьям, где именно его приборы обнаружили самый подходящий узел энергии для запитки храмовых клумб. Все тут же придвинули кресла поближе. Рэнд, Гал, Лукас и Мирей присели, а чуть припозднившаяся из-за смены туалета Элька пристроилась за креслом мага. Сняв венок с вастренами с головы, она по-приятельски положила подбородок на плечо мосье. Книга услужливо раскрылась на запрошенной странице с подробной картой поймы Оллеолу. Гал только глянул на указанную исследователем местность и сразу объявил:

– Один не пойдешь, маг. Такое болото очень опасно, без подготовки в одиночку лезть нельзя.

– Мосье, я воспользуюсь заклинанием левитации, а если все-таки вздумаю тонуть, то не премину нажать на перстень для возвращения, не дожидаясь неприятных последствий, – клятвенно пообещал Лукас, тронутый выражением грубоватой заботы сурового воина. – Сомневаюсь, что кто-нибудь из наших коллег, кроме вас, имеет опыт в подобного рода эскападах, а ваше разрушающее магию присутствие для ювелирной работы в сфере тонких энергий чрезвычайно нежелательно.