Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 485

Население западной части – люди, восточной – темные расы (оборотни, тролли, огры, орки, гоблины, вампиры, морочники в сильно колеблющихся пропорциях). Оборотни считаются преобладающими…

Вероисповедание: людей – онтаризм, поклонение Сияющему Щитоносцу Онтару и Светлой Жнице Ливее. В Союз Государств Эркайса входят Эркон, Кайгон, Салондра. Государственное устройство Эркона: монархия. Король Арсин Первый…

Вероисповедание темных рас – поклонение Темной Праматери Архадарге. Государственное устройство Архадаргона – теократия, глава – Великая Праматерь, в настоящее время – консорт Бэркруд…»

После этой условно интересной и, безусловно, нужной и важной информации, как обычно почти пропущенной Элькой мимо ушек, снова пошли данные об умеренном климате страны, преобладании хвойных лесов и прочие новости из мира животных и растений. Из всего перечня Эльке запомнился единственный факт: в горных реках водилась форель и в настоящее время (зимний сезон) было совсем не жарко.

– Вот теперь кое-что касательно дела в Оргеве, нашего третьего задания, проясняется, благодарим, мосье Эсгал, – оценил старания чтеца Лукас, потирая бровь.

В руке у Рэнда, словно по волшебству, но, конечно, безо всяких заклинаний, снова появился маленький листочек третьего прошения, незаметно позаимствованный с совещательного стола. Жулик с выражением процитировал выдержки из прошения, только что прочитанного Галом, еще разок для закрепления материала: «Веди нас, Сияющий, да растопчутся враги твои и бегут… отродья темные… Поспеши ради спасения нашего! Разбей оковы злобы… развей стаи нечисти, что супротив нас восстали сквозь врата…» – и с демонстративным вздохом сожаления заключил: – Да, воровать у них там точно нечего! Мне кажется, господа ожидают своего бога Сияющего Щитоносца Онтара для борьбы с нечистью. Интересно, он-то хоть блондин или нам опять Гала красить придется?

– Не могу не согласиться, мосье, с большей частью ваших умозаключений, покраска не в счет. По-видимому, к нам попало письмо с территории людского Союза Эркайса, встревоженного положением дел на границе, иначе истолковать слова о вратах я не могу. Впрочем, все может оказаться совсем по-другому, – задумчиво покивал Лукас, присаживаясь в свое кресло. С каким только извращением ситуаций компании не приходилось по долгу службы иметь дело!

Маг вздохнул и не без тоски обозрел грязновато-зеленые разводы, оставшиеся на обуви после кратковременной экскурсии по болотам. Примененное заклятие чистки распространилось лишь на одежду франта. В конце концов, чуткая душа «поэта» не снесла «позора», он втихомолку слазил в кармашек, вытащил щепотку какого-то порошка или пыли, посыпал сверху свои великолепные туфли и шепнул: «Пропрес». Пыль исчезла вместе с грязью, мосье просиял довольной улыбкой, украдкой почесал последний бледнеющий на глазах пупырышек комариного укуса и коротко, в духе Эсгала, заключил:

– Увидим!

– Да… Это могут быть как просящие о помощи бедолаги, изощряющиеся для того, чтобы быть услышанными божеством, так и фанатики, мечтающие порезать на куски тех, кто не похож на них, – высказала личное мнение Элька.

– Мадемуазель в своем репертуаре, опять встает на защиту темных народов, – едва заметно усмехнулся Лукас, хоть и бывший наполовину инкубом, но себя почему-то к когорте «темных рас» не причислявший.

– Гал их убивает, Мири органически не переносит в силу расовой и жреческой принадлежности, Максу все равно, кого препарировать и изучать под микроскопом, Рэнду все равно, кому чистить карманы. Так должен же хоть кто-нибудь из нашей компании им симпатизировать! – подвела логическую базу под свои загадочные пристрастия неисправимая оригиналка.

– Симпатизируй дома, – трезво предложил Гал, но предложил таким тоном, что понятно было однозначно: это приказ, и оспариванию он не подлежит.

– Да я и не напрашиваюсь, – пожала плечами девушка, вопреки всеобщим ожиданиям и скрытому напряжению воина.

– Почему? – искренне удивился Макс, привычный к тому, что подруга едва ли не со скандалом отстаивает свое право на участие в любых приключениях. Вернее, чем опасней на первый и последующие взгляды было то самое предстоящее приключение, тем с большей горячностью хаотическая колдунья требовала включить себя в команду десанта и очень обижалась на отказ коллег, не стремящихся рисковать ее здоровьем и жизнью.

– А там зима, не люблю холода, – как всегда, неожиданно ответила Элька с невинной улыбочкой.

– Оргева, тебе повезло со временем года! – провозгласил Рэнд, уклоняясь от подзатыльника подружки. Ловкостью Гала она не обладала и, конечно, промазала.

– Полагаю, мы можем отправляться, а детали выясним на месте, – закончил пикировку друзей Лукас.

– Мы – это кто? – подкинул вопрос Фин с подозрительным прищуром голубых глаз.

– Я и маг, – ответил вместо мосье воин.

Он привычно брал командование на себя, когда речь заходила о возможной угрозе. Слишком тревожным показалось Эсгалу письмо с призывом о помощи, чтобы допустить к работе девушек и добряка Макса, даже субтильному вору нечего было делать на потенциальном поле боя, это он правильно рассудил. Кто-кто, а Рэнд никогда не лез на рожон в драке, разыгрывая из себя бойцового петушка, он предпочитал действовать хитростью.

– Кстати, о времени года. Полагаю, нам следует переодеться, мосье Эсгал, – согласился Лукас, пряча усмешку в уголках губ, и прошел к шкафу с одеждой.

– Замерзнуть боишься? – привычно подколол приятеля вор.

– Ни в коей мере, полагаю, коллега Эсгал, в силу особенностей расы, также не слишком чувствителен к холоду, однако вызывать лишние вопросы своим поведением у людей нам ни к чему, – мимоходом разъяснил маг вроде бы Рэнду, но заодно ненавязчиво дал понять воину, что переодевание обязательно. Гал не Элька, капризничать по поводу одежды не стал, зачислив ее в разряд воинской амуниции.

Собрались быстро. Высокие сапоги и что-то вроде длинных курток с капюшонами на меху, подбитые мехом перчатки скрыли франтоватый камзол Лукаса и простые темные брюки Гала и его рубаху. Верный меч – детектор нечисти – воин закрепил в перевязи поверх темно-коричневой куртки. А вот теплое одеяние мага все равно отливало зеленью, вдобавок по капюшону и рукавам оказалось расшито какими-то блестящими камушками. Но требовать от Лукаса скромности было столь же бесполезно, как уговаривать его коллегу оставить меч дома на хранение Эльке или саму хаотическую колдунью раз и навсегда отречься от коротких юбок и топиков.

Инкуб подправил иллюзию благородно-каштанового цвета волос, скрывающую в придачу рожки, и отобрал у Рэнда маленький рулончик письмеца с жалобой из Оргевы. Сейчас команда почти всегда перемещалась на место событий, имея при себе запрос, отправленный в Совет богов. Вид знакомой бумажки, как и перстни с эмблемой, действовал в большинстве случаев успокаивающе на жалобщиков (о, всепобеждающая сила бюрократии и преклонения пред высшей волей!), и они охотнее шли на контакт, или уж вернее, не бросались на жданных/нежданных (нужное подчеркнуть) благодетелей с кулаками или оружием.

Глава 10

Знакомство втемную

Итак, задав зоной перемещения место отправки патетичного письма, Лукас и Гал исчезли из комнаты. Зеркало почти мгновенно настроилось на трансляцию действий обладателей перстней и явило изображение некоего помещения, чьи контуры почти терялись в серых, то ли предрассветных, то ли туманных, сумерках. Единственное, что было видно почти четко: пара «божьих помощников» оказалась на каменном полу у светло-серой стены, сложенной из здоровенных кирпичей. Или кладку делали тролли, или каменщики страдали гигантоманией. Далеко наверху были прорезаны узкие продольные окна, более походящие на бойницы, через них-то и струился свет заодно с зимним свежим воздухом. Судя по изморози на стенах, жаровня с почти погасшими углями неподалеку совершенно не справлялась со своей почетной отопительной функцией.

Впрочем, компании почти сразу стало не до обзорной экскурсии по полутемному помещению. Примерно вровень с ростом Гала, именно поэтому он увидел первым, среди камней кладки был вмурован крупный, с два кулака, прозрачный камень. Вернее, он был прозрачным, покуда чужаки не явились на Оргеве, а теперь начал наливаться цветом. Поначалу едва уловимо розовый, будто первая капля слабого раствора марганцовки в тазике, он стал ярким, как мультяшный поросенок Фунтик, и продолжал набирать цвет.