Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 531

– Ты все просчитал, – похвалил Лукаса вор.

– Скажем, мосье, такой исход показался мне наиболее вероятным, – улыбнулся довольный инкуб и снова скрестил руки на груди. Во-первых, такая поза была весьма эффектна, а во-вторых, позволяла незаметно производить некоторые магические манипуляции.

По воздуху действительно летела огромная летучая мышь, щурящая глаза от яркого солнца, но пытающаяся делать это так, чтоб казаться надменной, и гигантский орел. Орел был красив: белая голова и стальной хвост, угольно черное оперение крыльев, крючковатый клюв. А вот вид летучей мыши заставил Эльку тихо захихикать: серые крылья и тельце были вполне стандартной расцветки, зато на голове локаторами стояли полупрозрачные желтые ушки, придавая зловещему облику консорта какой-то дурацкий кукольный вид. Вкупе с прищуренными глазками получалось донельзя комично, почти по-мультяшному.

Коллеги и Архадарга, не знакомые с сим жанром, зато какой только нечисти на своих веках не навидавшиеся, непонимающе покосились на Эльку, та зажала волю в кулак и нашла в себе силы выдавить:

– Уши! Желтые уши!

– А, забавно! – наивно согласился Макс, ничуть не убоявшись гнева богини, скорее всего, потому, что совершенно не подумал о том, что обсмеивает ее бывшего любовника на пару с хулиганкой Элькой.

Тему ушей и их предполагаемой карьеры на ниве мультипликации, впрочем, тоже пришлось закрыть почти сразу, потому что и орел и летучая мышь летели очень быстро. Вот они уже зависли рядом с местом дислокации Лукаса и компании. А вот уже оборотились в знакомую наблюдателям по трансляции из замка пару.

Блондинистый вампирчик с капризной мордашкой, весь в кружавчиках и бархате, и серьезный лысый гоблин-шаман с массой фенечек. Оба старались казаться воплощением высокомерного спокойствия, но явно нервничали. Во всяком случае, у вампирчика подергивалось веко, а зеленый цвет гоблина с момента первого наблюдения через птицу-глашатая претерпел странные изменения в сторону неравномерности распределения по телу. Проще говоря, шаман шел крупными пятнами, точно конь в яблоках, выпачканный в тине.

– Кто вы такие, чтоб заступать мне дорогу к вратам, бросаясь нелепыми обвинениями, и по какому праву требуете, чтобы я держал перед вами ответ? – с демонстративной надменностью, по возможности громко выпалил Бэркруд.

Клыкастик явно чувствовал себя более уверенно от того, что возвышается над сидящими обвинителями. Даже ножку в бархатной штанине театрально выдвинул вперед на полшага, только что руку вперед не выбросил да на бедро не положил. Но зато плечиком так повел, чтоб из-под кружев на груди показалась большая черная штуковина с тускло-зеленым камнем посередине и отливающими багрянцем письменами по краю. Наверное, это и был знак консорта.

Лукас, слушая вампира, встать и не подумал. Напротив, эдак небрежно опустил ладонь на подлокотник кресла и принялся неритмично постукивать по нему пальцами, действуя консорту и шаману на нервы.

К точке противостояния, как недавно люди к воротам в крепость Кондор, начали подтягиваться представители темных племен. Кажется, именно этих колоритных, каждый на свой лад, личностей Элька наблюдала несколькими часами ранее за пиршественным столом в замке. Сложно было не запомнить мелкого, но очень носатого гоблина, оборотня-волка с каким-то пегим цветом волос и здоровенными даже в облике человека клыками, кряжистого орка с витым кольцом – мечтой дикаря-гигантомана – в носу, тролля без одного уха, явно отгрызенного в горячей схватке. А уж огр в меховом пальто или в том, что пальто напоминало, а на деле являлось какой-нибудь шкурой, снятой живьем со злейшего крупногабаритного или очень волосатого врага, и вовсе прочно застрял в памяти Эльки как образец, нет, не доблести или дикости, а местной моды…

Но что именно собрались делать вожди теперь: наблюдать, слушать или бросаться на защиту своего клыкастого лидера с мечами, топорами, ножами, кулаками и прочими тяжелыми предметами наголо, в пику рассуждениям мудрого пленника Гала – оставалось пока лишь гадать. Похоже, все зависело от того, как повернет дело Лукас. Так что, пожалуй, компания посланцев даже ничуточки не волновалась, скорей предвкушала развитие занимательного сюжета.

– Мы – посланцы Совета богов, консорт Бэркруд, и явились на Оргеву по жалобе на ваши действия, поступившей в Совет. Суть ее – в нарушении заключенного между богом Онтаром Сияющим и Темной Праматерью богиней Архадаргой древнего договора. Согласно оному, была воздвигнута стена, разделившая мир, – деловито, с примесью суровой снисходительности, будто отчитывал лазившего в чужой сад за яблоками мальчишку, начал объяснять маг, в отличие от амбициозного собеседника, нарочно не показывая спрятанного в складках кружевной манжеты перстня, удостоверяющего личность.

– Не было никакого договора! Великая богиня лишь оградила земли Архадаргона от светлой скверны. Но теперь мы сильны и можем взять то, что по праву наше! – выпалил консорт, прерывая размеренную речь мосье. Похоже, вампир пустил в ход один из лозунгов, под которыми собрал армию, жаждущую поживы и крови, коими подогревал ее аппетиты и подогревал бойцовский дух.

– Нет-нет, мосье Бэркруд, договор не только был, он есть, и нарушение его может привести к катастрофическим последствиям, – укоризненно покачал головой маг.

– Ложь! А даже если и нет, что могут сделать нам жалкие людишки?! – расхохотался консорт резко и громко, поворачиваясь к вождям, будто предлагая и им разделить веселье.

Те гоготать не стали. Кое-кто, правда, ухмыльнулся, но так, что понять, смеется он над консортом или вместе с ним, было невозможно. Что ж, даже в среде монстров к власти приходят не только самые сильные (когда каждый силен на свой лад – это не показатель), но и умные. А одним из свойств интеллекта является осторожность, не всегда, но довольно часто. Умные и неосмотрительные властвуют недолго.

Основная масса войска, на поддержку которой также рассчитывал консорт, безмолвствовала, вернее, затихла, выжидая, чем обернется дело. Благодаря заклятию Лукаса нелюдям было слышно каждое слово беседы, которую вампир пытался обратить в перепалку, чтобы применить к врагам силу, а маг-противник все никак не давал весомого повода.

Беспокойство Бэркруда усилилось. Замечательное заклятие, которым шаман усовершенствовал знак консорта, почему-то не спешило срабатывать, перетягивая симпатии публики на сторону предводителя. Может, это был кратковременный сбой, случающийся и с самыми надежными чарами, может, сказывалось присутствие разрушающего заклятия Эсгала, а может, все дело было в одном-единственном исполненном презрения взгляде, который бросила богиня Архадарга на своего бывшего возлюбленного. Не он ли лишил знак власти?

– Речь сейчас идет не о людях, хотя и они способны на многое, поверьте моему опыту. Я говорю о великом гневе богов, готовом обрушиться на клятвопреступника, – отвечая на презрительный пассаж о слабости человеков-противников, цокнул языком Лукас.

– До сих пор не обрушился! – вполне разумно парировал вампир.

– Наш визит для переговоров можно считать последним предупреждением, – в прежнем ровно-доброжелательном тоне истинного дипломата, который и смертный приговор, и ноту об объявлении войны зачитает одинаково мирным голосом, разъяснил мосье Д’Агар.

– И что вы сделаете? – надменно фыркнул консорт. Кажется, он был готов повторить трюк с хохотом, но поймал предупреждающий взгляд своего шамана и только оскалился.

Счел своевременным оскалиться и наемный форвлак, пасть, полная жутких клыков, распахнулась и сомкнулась с весьма впечатляющим клацаньем. Так что и в показушном маневре вампир проиграл.

– О, есть несколько вариантов, – невозмутимо продолжил Лукас, потрепав Фельгарда по холке, за что получил весьма красноречивый взгляд оборотня «эй, маг, не зарывайся, я тебе не ручная болонка». – Самыми вероятными мне представляются три. Два из них для вас лично, консорт, и всех темных народов Огревы одинаково невыгодны. Первый – самый благоприятный. Вы распускаете войско и отдаете ключи от врат, которые мы, разумеется, в самое ближайшее время возвращаем Темной Праматери Архадарге.