Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 663

— Не думаю. — От ласковой и в то же время неожиданно-лукавой улыбки принцессы по телу Жерома пробежала дрожь возбуждения.

А потом девушка легко коснулась рукой его щеки, подумав: «Как это всегда просто, даже без использования самой малой толики силы. Несколько слов — и он уже мой до конца».

Глава 16

Укрощение строптивых

Наместник Вальдорн, несмотря на многочисленные вчерашние огорчения, изволил проснуться в хорошем расположении духа. Оно стало еще более добрым после доклада лекаря о процедуре лечения гостей. Позавтракав в постели, его светлость позволил камердинеру привести себя в порядок. Почему-то сегодня вельможа уделил особенно пристальное внимание прическе и выбору костюма. Мужчина желал выглядеть как можно более эффектно. Он выбрал камзол цвета темного шоколада с изумрудно-зеленым шитьем, дорогие украшения под стать одеянию, а волосы велел уложить красивыми мягкими волнами.

Наместник вышел из покоев, раздумывая, с чего бы начать день. Судя по быстроте и длительности действия стеглии, «дорогие гости» из Альвиона не должны были сегодня его беспокоить, а заниматься делами провинции решительно не хотелось.

Зайдя в библиотеку, Вальдорн полистал несколько книг, выбирая что-нибудь для чтения из истории или искусства, но передумал и, отложив их, позвонил, приказывая вызвать Вильна. Тот явился буквально через минуту.

— Ваша светлость. — Шпион коротко поклонился, с достаточной вежливостью, но без подобострастия. — Светлое утро вашей светлости!

— Пожалуй, — побарабанив пальцами по кожаной обложке фолианта, снисходительно кивнул наместник и подбросил вопрос: — Ты уже нашел сказителей?

— Да, ваша светлость. Сейчас их прослушивает лорд Жером в Малом Малахитовом зале, — поспешно заверил господина Вильн, издав еле слышный вздох облегчения. На сей раз удовлетворить прихоть господина оказалось легко, а за ночь «его вздорность» не успел изобрести нового каприза.

— Отлично. Ты пока свободен, — небрежно махнул рукой Вальдорн, и шпион поспешно исчез с глаз долой, пока господин не задал ему еще какой-нибудь простенькой работенки, вроде переписи лягушек провинции Альша.

Решительно, день начинался почти прекрасно! Ничто пока не успело омрачить переменчивого настроения наместника. Отпустив шпиона, он забросил старинные книги, хранящие тайны минувших веков, и лично направился в зал, дабы (как объяснил Вальдорн сам себе) убедиться в том, что Жером и Вильн нашли именно тех сказителей, которых он изъявил желание лицезреть. Мужчина привык незамедлительно получать все желаемое и действовать, повинуясь лишь собственным прихотям.

Неспешно войдя в открытую лакеем дверь, Вальдорн буквально замер на пороге, глядя со всевозрастающим негодованием на представшую его взору неподражаемую сцену, разыгравшуюся на небольшом диванчике. Там, слишком близко друг к другу и слишком удобно, устроились лорд Жером и прелестная сказительница. Сейчас, без намазанной на лицо дряни, она выглядела еще более ослепительно. Тонкие пальчики девушки уже справились с камзолом мужчины и теперь, проскользнув между перламутровыми пуговицами рубашки, поглаживали его грудь. Жером, в свою очередь, покрывал нежными поцелуями лилейную шейку Элии. Рука господина искусств скользила по ножкам девушки, приподняв юбку так, что виднелись кружевная подвязка и верх черных шелковых чулочек, оттеняющих атласную кожу бедер.

Отметив про себя, что ножки у сказительницы и впрямь дивно хороши, под стать прелестному личику, наместник возмутился еще больше и грозно рявкнул:

— Жером!

Тот оторвался от принцессы, негодуя на негодяя, посмевшего побеспокоить его в столь щекотливый восхитительный момент. При виде разъяренной физиономии господина Жером вздрогнул, изменился в лице и прохрипел, собираясь с мыслями:

— Ваша светлость?.. Что вам угодно?..

— Я вижу, вы стараетесь идти в ногу со временем и внедряете новый метод прослушивания артистов, — злобно заметил Вальдорн, не отрывая глаз от ног сказительницы, презревшей его ухаживания вчера вечером, чтобы сегодня упасть в объятия какого-то господина искусств.

— Я, хм… уже прослушал, — в некотором смущении признался мужчина, быстро, однако без нелепой торопливости застегивая камзол.

— О, так девушка выступает на бис? — желчно спросил наместник, скривив рот.

Вот теперь принцесса поняла, что пришло ее время. Мысленно попросив благословения у Сил Случая, втравивших ее в авантюру, Элия начала действовать. Богиня знала, как укрощать мужчин типа наместника Вальдорна, и не раз развлекалась подобным образом, но тогда при ней был божественный дар. Сейчас же приходилось полагаться лишь на опыт в таких проделках, маленькие частички незаблокированных способностей и женскую интуицию. Девушка отлично понимала, что начинает очень опасную игру, что ей предстоит поединок поопаснее иных дуэлей, но богиня чувствовала и азарт. Наместник уже начал свою партию, и принцесса не могла не ответить достойно: для богини любви было немыслимо позволить мужчине унизить ее и уклониться от поединка. Через наместника лежала прямая дорога лоулендцев к цели, ради которой они пришли наверх. Элия знала, что будет играть с огнем, но тем интереснее, считала богиня, будет игра, в которой ставки столь высоки.

— Ваша светлость весьма бдительно следит за досугом своих подчиненных. Это входит в обязанности наместника или вы следуете порыву души? — иронично начала богиня, нарочито плавно одергивая юбку. Восхитительные ножки спрятались под скромной тканью платья. — Если господин искусств прекрасно справляется со своими служебными обязанностями, разве его развлечения в свободное время подлежат столь пристальному контролю?

— Я не давал ему дозволения на устройство борделя в моем дворце! — отрезал наместник, впившись в Элию жадным взглядом, бывшим красноречивее любых слов.

— О? Опасаетесь конкуренции? — невинно осведомилась принцесса, поправляя длинные волосы и пару выбившихся из прически шпилек. Манжет при этом немного опустился, и показалась нежная кожа запястья, сквозь которую просвечивали голубые жилки.

Лорд Жером, продолжая механически приводить в порядок свой камзол, смотрел на богиню со смесью испуга и восхищения: никто и никогда не смел говорить с наместником в таком тоне. Вздорный вельможа убивал и за меньшую дерзость, но, вот демоны, как же приятно было слушать, как насмехаются над властолюбивым негодяем!

— А вам, дорогая моя, я советовал бы помолчать! — вскипел Вальдорн. — Для женщин вашей профессии это одно из основных достоинств.

— Странно, мне всегда казалось, что главное для сказителя — хорошо подвешенный язык, — с задумчивым видом парировала принцесса, отчетливо видя огонь интереса, полыхающий в глазах мужчины.

— Значит, ты вовсе не профессиональная шлюха, а лишь любительница? — съязвил Вальдорн, раздувая ноздри. Против воли разговор с Элией уже стал для наместника поединком, восхитительный приз за победу в котором маячил прямо перед глазами.

— А что, в вашей провинции так принято именовать любую женщину, благосклонно принимающую знаки внимания от пришедшегося ей по вкусу мужчины? Или все дело в том, что внимание оказано не вам? — не осталась в долгу Элия, насмешливо выгнув бровь.

— В нашей провинции не принято дерзить наместнику! — прошипел Вальдорн, сжимая руки в кулаки, но вовсе не потому, что ему хотелось отвесить нахалке затрещину, гораздо больше его светлость жаждал сцапать насмешницу в объятия.

— И, пользуясь этим, наместник волен оскорбить любого? — гордо вскинула голову Элия.

— Наместник волен любого… казнить, — зловеще проронил мужчина в качестве предостережения и, перейдя на снисходительный тон (а господин искусств еще раз подивился тому, что Вальдорн до сих пор не убил Элию), продолжил: — Если у тебя хоть на четверть столько таланта, сколько наглости и дерзости, то ты, пожалуй, действительно выдающаяся сказительница. И вероятно, очень живучая, если до сих пор никто не отрезал твой нахальный язычок! Тебе стоит следить за тем, что говоришь, коль не стремишься к неприятностям из-за хамства.