Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 807

– О, – братья заухмылялись и самодовольно перемигнулись, – в основном наш отец делает упор на животноводство, особенно разведение племенных жеребцов. Впрочем, кобылки у него тоже выходят знатные.

– Ага, особенно одна, – азартно подхватил Джей, – изящная, как статуэтка, длинные ноги, грива – чистый шелк темного меда, глаза, словно звездный свет, зубки – белей жемчужин, нрав – огонь!

Девочки понимающе переглянулись. Мальчики и впрямь оказались прирожденными фермерами, несмотря на свой странный выбор в одежде. А как увлеченно они расписывали достоинства какой-то кобылы! Ну да одежда – дело десятое, в свободной стране каждый волен одеваться как пожелает. А коневодство, видать, занятие доходное… Девушки еще сильнее заулыбались гостям. При виде этого оскала нервного Джея слегка передернуло, уж слишком он был похож на улыбочки дворянок, «тонко намекающих» на свое желание стать супругами принца. Девки везде одинаковы, да и страсть к розовым бантикам тоже! Бог мигом забыл о недопитом кофе, хрустящих печенюшках, конфетах и пухленьких грудках, зато вспомнил о времени.

– Девочки, как, по-вашему, наш кузен Лейм еще не появился на горизонте?

Девочки тяжело вздохнули, спустились с небес на землю и поерзали на пуфиках:

– Вообще-то, наверное, да… – и тут же слегка оживились, явно рассчитывая на продолжение вечеринки в квартире Лейма: – А пойдемте, мальчики, мы вас проводим, чтобы вы больше ничего не напутали, заодно и конспекты у Лейма возьмем!

Видя, что так просто от девочек не отделаешься, а убивать их вроде бы пока ни к чему, да и кузен может огорчиться, «мальчики» были вынуждены согласиться. О, если бы мисси Пич оторвалась в это время от созерцания шестьсот пятьдесят седьмой серии «Рокового обмана», тетку, без сомнения, хватил бы удар: в квартиру Лейма звонила следующая партия кузенов.

Процесс распаковывания огромного и явно бездонного, как Океан Миров, баула Кэлера был прерван заливистым наглым трезвоном дверного звонка. Элия вопросительно взглянула на кузена.

– Вообще-то я никого не жду, но, может, кто-то из ребят решил заскочить за конспектом, или еще чего, – виновато пожал плечами юноша, привыкший к местной несколько бесцеремонной манере общения, и поспешил к двери.

Элия последовала за ним, не уверенная в том, что обходительный кузен способен быстро отшить навязчивых визитеров. Заглянув в глазок, Лейм увидел две до боли знакомые наглые рожи с приветливыми ухмылками. Открывать сразу расхотелось, но, прекрасно зная, что этим типам запертая дверь не преграда, юный лорд все-таки щелкнул замком. Дверь распахнулась, и перед принцессой предстали братья – Джей и Рик. Разумеется, как всегда, в компании девочек. Приглядевшись к особам женского пола повнимательнее, Лейм опознал своих однокурсниц и соседок.

– Привет, Лейм! – словно сговорившись, дружно завопила четверка.

– Привет! – автоматически отозвался изрядно озадаченный лорд.

Следом за первым воплем на четыре голоса последовал не менее слаженный дуэт:

– Привет, Элия, сестренка!

– Приветик, мальчики, – холодно бросила принцесса. Ее строгий взгляд, устремленный на нежданных родичей, и сердито сдвинутые брови могли заткнуть фонтан любого энтузиазма. – Вы тоже решили навестить кузена Лейма, как и писали в письме. Несмотря на то, что дядюшка не хотел отпускать вас с фермы?

– Мы все-таки убедили дядюшку, что нам совершенно необходимо увидеть кузена, иначе мы умрем от тоски или наделаем каких-нибудь жутких глупостей, он сжалился и отпустил, – поспешно оправдываясь, затараторил Рик, только вот тон его речи совершенно не вязался с довольной ухмылкой и задорным зеленым блеском глаз.

– Вот как? – недоверчиво хмыкнула Элия и слегка посторонилась, чтобы принцы могли пройти в квартиру, после чего перевела взгляд на девиц.

Почувствовав, что теперь все внимание уделено им, девушки подбоченились.

– Лиз, Бэт, хаэй! – вежливо поздоровался Лейм. – Чего вам?

– Ой, Лейм, твои кузены такие забавные, – затараторили соседки, ревниво косясь на Элию. (Если бы они увидели, как при слове «забавные» заледенели глаза принцев, а руки метнулись к поясам, где обычно висели кинжалы, то, возможно, заткнулись бы навсегда, а заикаться стали бы точно). – Они перепутали квартиры, ну, семнадцать и семь! Вот мы их и проводили. Заодно хотели попросить конспект по «информатике». Дашь до завтра?

– Конечно, девочки, – пробормотал Лейм, сунул выхваченную из стопки у телефона толстую зеленую тетрадь в руки Лиз, пробормотал: «Пока!» – и поспешно захлопнул дверь перед носами соседок, после чего повернулся к родственникам, ожидая объяснений.

Лиз и Бэт постояли пару секунд перед запертой дверью, синхронно пожали плечиками, тряхнули кудряшками и пошли к себе.

– А она ничего, симпатичная, – пробормотала Лиз, имея в виду, разумеется, кузину Лейма.

– Ага, – вздохнула Бэт, – но нос у нее все-таки слегка великоват, волосы плохо прокрашены, да и глаза навыкате.

– Точно! – с энтузиазмом подхватила Лиз.

Вернувшись на кухоньку, девушки налили себе кофе в пузатые чашки с забавными кошачьими мордочками, досыпали в вазочку конфет и принялись перемывать косточки Элии, обсуждая все ее мнимые недостатки, и с каждым витком обсуждения их становилось значительно больше.

– Ну? – бросил Лейм, исподлобья взирая на кузенов. На секунду им даже показалось, что глаза у юноши стали кроваво-красными и зловеще блеснули.

– Чего? – чуть нервно и оттого задиристо переспросил Рик, почесав острый нос.

– Вас тоже послал Источник, так мы понимаем, мальчики? – подключилась к разговору Элия, скрестив руки на высокой груди.

– Конечно! – горячо подтвердили принцы.

– Брешут! – убежденно припечатал Кэлер, появившись на пороге кухни с гигантским бутербродом в обеих руках.

– Кто врет? Я вру? Мы врем? – возмущенно завопили принцы, но, наткнувшись на очередной строгий взгляд сестры, поспешно согласились: – Да, мы врем… вернее, не врем, а привираем. Нам удалось убедить Источник в том, что лишние руки в этом деле не помешают.

– Ведь так, леди военачальник? – заискивающе переспросил Рик.

– А? – Джей устремил на сестру молящий взгляд и трагично заломил руки, кажется, гибкие запястья даже вышли из суставов.

Элия фыркнула. Братья, как всегда, ломали комедию, но ломали демонски умело. Спору нет, искать следы Регъюла в урбомире в их компании будет веселее. А принцесса редко отказывала себе в удовольствии хорошо поразвлечься, пусть ее развлечения и получались не такими шумными и разрушительными, как у родственников. Да и опытный маг мог оказаться полезным.

– Что ж, если вы, «забавные мои», – богиня иронично процитировала Лиз и Бэт, – убедите кузена, что сумеете уместиться вдвоем на коврике у двери в прихожей, то оставайтесь.

Кэлер представил братьев, сиротливо свернувшихся парой клубочков на коврике, и громко заржал. Даже Лейм, разочарованный стремительно прибывающим поголовьем родичей – претендентов на внимание кузины, – коротко улыбнулся.

– Мы поместимся! – убежденно соврали Джей и Рик, которые не могли уместить на маленьком коврике даже две пары ног, и перевели умоляющие взгляды, говорящие: «Если ты нас отвергнешь, в тот же вечер мы умрем!» – на Лейма. Братья вновь принялись корчить умильные рожи и заламывать руки.

Лейм добродушно рассмеялся и вновь стал милым пушистым кузеном, именно таким, к какому все привыкли в Лоуленде:

– Ладно, оставайтесь, что-нибудь придумаем в конце концов запасной матрац надуем, только не мешайте мне заниматься, не бузите в доме и не лезьте в кабинет, а то комп так полетит, чинить замаешься.

– Торжественно клянемся! Благодетель! – умилились принцы и, покосившись самыми разнесчастными глазами на аппетитно жующего Кэлера (когда ел бог пиров, даже очень сытый свидетель сего процесса неизбежно желал присоединиться), жалобно протянули:

– Что-то кушать хочется?!!

На сей раз рассмеялись уже все, и лоулендцы потянулись на кухню вслед за главным кормильцем. Элия и Лейм – чтобы досмотреть эпохальный процесс распаковки баула, а Рик и Джей – в надежде, что им перепадет от щедрот брата хоть пара корочек хлеба. Но оказалось, что принц уже почти закончил размещение продуктов питания, и сейчас на столе лежали лишь груда пакетиков с мелкой закуской и то самое нечто, завернутое в газету и уже начавшее интенсивно протекать.