Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 824

– Братья?

– Друг?

Два возмущенных возгласа – соло Элегора и дуэт Джея с Риком – раздались одновременно.

– Э-э-э… да, – в замешательстве ответил Лейм на оба вопроса разом. – А что?

– Ни-че-го! – проскандировали все, на сей раз слаженно.

Действительно ни-че-го не понимающий Лейм устремил умоляющий взгляд на Элию, прося прояснить ситуацию.

– Видишь ли, милый, – мягко отметила богиня, при этом она изо всех сил старалась не рассмеяться, – в Лоуленде действительно считается, что компании худшей, чем его светлость герцог Элегор Лиенский, представить невозможно. Его репутация – это нечто неописуемое даже для Рика!

Элегор, гордый комплиментом, высоко вскинул голову и широко расставил ноги, словно готовился принять увесистую затрещину, а может, собирался заблаговременно врасти в землю, то есть в пол прихожей, чтобы его не смогли вышибить вон.

– Ой, неужели все так серьезно? – пролепетал ошалевший Лейм и, бросив на друга испуганный взгляд, тихо осел на стул в прихожей. Он краем уха (ибо никогда не считал достойным источником информации сплетни) слышал о невозможной репутации лучшего друга, но не думал, что она настолько ужасна.

– Ладно уж, герцог, что на пороге-то топтаться, заходи, коли пришел, не выгонять же тебя на ночь глядя, город перед нами пока ничем не провинился, – в единоличном порядке объявила решение принцесса и, игнорируя возмущенное ворчание Джея и Рика, первой направилась в комнату.

Элегор из принципа пошел за ней, демонстративно не замечая внушительного бастиона из хмурых братьев леди Ведьмы. А Лейм немного приободрился, вот ведь кузина общается с герцогом вполне по-приятельски, а если подумать, то реноме членов королевской семьи Лоуленда тоже далеко от безупречного. Так, может, все не настолько страшно, насколько расписывают злые языки сплетников?! А если даже и так, молодой лорд все равно не собирался отказываться от дружбы!

Элия заняла кресло слева от дивана – в нем всегда сидел герцог, когда заходил к другу. Хмыкнув, юноша плюхнулся во второе и последнее кресло в гостиной. Все остальные, исключая Джея, были вынуждены расположиться рядком на длинном диване. Бог воров опять оккупировал ближайшую возвышенность – подоконник.

– Итак, Лейм, герцог Лиенский всегда останавливается у тебя? – чуть насмешливо уточнила богиня.

– Да, конечно, – просто ответил лорд и снова упрямо повторил для тех, кто бросал на герцога убийственные взгляды (к счастью, пока только взгляды!): – Он мой друг!

– Что ж, тогда, разумеется, мы не имеем права выставить его за дверь. Пусть остается, если хочет, – рассудила принцесса.

– Хочу! – нагло встрял герцог, впрочем, другого ответа от него никто даже не надеялся услышать.

«Раз Элия объявилась в урбомире, да еще и с компанией братцев, – с ходу решил молодой бог, – дело явно пахнет приключением, а то и заданием Источника. Как же упустить такую возможность поразвлечься?!»

Неистощимое любопытство частенько становилось причиной, обрушивающей на голову герцога массу проблем и неприятностей. Но оно же обеспечивало богу целую кучу самых увлекательных приключений, поэтому Элегор всегда шел на поводу у сего общественно вредного свойства божественного характера, чем в свои молодые годы успел заработать заслуженную славу великого смутьяна. Прекрасно зная характер герцога, Элия даже не стала возражать, ибо сразу поняла: шальной бог покинет квартиру только ногами вперед. А убивать свою любимую «игрушку» принцесса не планировала.

– Не имеем права? Почему это? – от всей души удивился принц Джей, для которого никакие гипотетические чужие права никогда не становились преградой для реализации собственных желаний.

– Потому что хозяин квартиры – наш кузен и, если речь пойдет о том, кому остаться, а кому покинуть помещение, решать будет только он. Источник высказал лишь пожелание касательно нашего пребывания у лорда Лейма, – обстоятельно и серьезно, что показалось брату хуже откровенного ехидства, ответила принцесса, – а потому не стоит ставить родственника в ситуацию сложного нравственного выбора между другом и братом, решение может быть не в твою пользу, дорогой мой.

– А как ты заговоришь, сестра, если герцог сорвет выполнение нашей миссии? – с показным равнодушием осведомился Рик.

– А этот случай, буде произойдет, станет рассматриваться уже лоулендским Судом, – не менее равнодушно пояснила Элия.

– Я снимаю свои претензии, пускай остается, – тут же заверил общество оживившийся Джей.

Лейм укоризненно насупился: как можно вот так голословно обвинять его друга во всех преступлениях, если он даже ничего не совершил, пока…

– Нехай малыш остается, – хлопнув ладонью по колену, согласился Кэлер, поглядывая на молодого инициативного бога, как на ярого кобелька со своей псарни.

– Я не намерен вам мешать, – оскорбленно вздернул нос герцог.

– Ха, герцог, намерен не намерен, у вас это само получается, как и у меня. Держи, кстати, – рассмеялся Джей и перекинул Элегору бумажник, паспорт, перстень-печатку и серебряный портсигар.

Ничем, кроме округлившихся глаз, не выдав своего удивления, молодой бог поймал незаметно реквизированные у него вещи и машинально рассовал по карманам.

– Кстати, герцог, ты куришь? – подбросил коварный вопросик бог воров.

– Нет, балуюсь, – пожал плечами Элегор, не замечая подвоха.

– Увижу или унюхаю, что куришь, из квартиры вылетишь, – мгновенно предупредила Элия, не переносившая табачных ароматов.

Лейм виновато моргнул и порадовался тому, что умолчал о своих экспериментах в этой области.

– И как называется это твое предупреждение, дорогая, в свете прав его светлости остановиться на ночлег у друга? – коварно уточнил Рик.

– Ликвидацией помех в работе, – объяснила молодая женщина и обратилась к Лейму так, словно ее и не перебивали: – Милый, нам нужно решить вопрос с ночевкой. Как ты планировал нас расположить раньше?

– Тебя в моей спальне. – Юноша вновь чуть засмущался, слова «спальня» и «Элия», произнесенные вместе, вызывали слишком сильные эмоции и череду чрезмерно живописных картин и ассоциаций. – А мы на диване – он раскладывается. И на большом надувном матрасе. Я подсчитал, постелей хватит.

– Что ж, значит, надо освободить одно место в гостиной. Я думаю, мы с тобой, дорогой, вполне уместимся в спальне, тогда четверо расположатся в комнате, как ты и рассчитывал, – невозмутимо рассудила богиня.

Донельзя смущенный Лейм открыл было рот, чтобы рефлекторно возразить, но, поймав выразительные взгляды кузенов, тут же захлопнул его, отчетливо осознав: если он откажется от этого счастья, то другие тут же предложат свои услуги. И что он будет делать, коли Элия согласится? Поэтому юноша только кивнул.

– А теперь вы все как хотите, но я иду спать! Прыжки из урбомира в маги-мир и обратно даром не проходят. Все рассказы и обсуждения утром! – решительно заявила богиня и направилась в спальню. Уже на пороге Элия приостановилась и на полном серьезе пригрозила: – Того, кто меня разбудит раньше десяти утра, – убью!

Лейм хвостиком последовал за ней, сильно сомневаясь в том, что ему удастся прорваться в спальню через кордон ревнивых и мстительных братьев позже, когда кузина ляжет. Причем заклинившая дверь казалась ему менее вероятной версией событий, чем сломанная нога или внезапный «обморок».

– Поняли, – злобно процедил Джей, провожая парочку хмурым взглядом и странным на вкус герцога ехидным вопросом: – Кефирчика на ночь попить не возьмете для расслабления?

– Прекрасной ночи, сестра! – доброжелательно напутствовал богиню Кэлер.

– И тебе того же, дорогой, – безмятежно игнорируя явную досаду ревнивцев, а также кефирную тему, ответила принцесса.

– Элия, ты в самом деле считаешь это возможным? – робко уточнил юноша, устраивая себе скромное ложе на пушистом ковре слева от кровати. Постели для братьев и друга он загодя отнес в гостиную и показал Кэлеру, как надувается автоматическим насосом матрас.