Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 841

До Фаэри-сти боги добрались за десять минут. Поставив машину на стоянку для транспорта рядом с больницей, лоулендцы направились на поиски реанимационного корпуса, где, по словам Сэмта, сейчас находился растяпа Грэг, чуть ли не сам кинувшийся под колеса шального мотоциклиста. Хотя он мог и кинуться, погрузившись в какую-нибудь грезу о неизъяснимых прелестях магических миров или о диске «Дуурса».

Огороженная высоким декоративным забором, покрашенным в веселый зеленый цвет, территория больницы казалась городом в городе. Среди аккуратных газончиков, клумбочек и массы кустарника вились асфальтированные дорожки, по которым имели право двигаться только люди и служебные машины. Эти дороги соединяли между собой корпуса, целый комплекс разнокалиберных зданий, о местоположении которых можно было судить по изобилию стрелок-указателей. Вокруг царила безукоризненная чистота и мелькали, как муравьи, деловые люди в салатовых халатах, изредка попадались посетители, не торопясь прохаживались больные в изумрудных пижамках, совершая вечерний моцион перед ужином.

Ориентируясь на ярко-оранжевые стрелки, под которыми было написано нужное слово, за каких-то семь минут боги нашли корпус реанимации у боковой стены со служебными воротами. Это было большое здание без ступенек и с пандусами, оснащенными рельсами от стоянки до самого входа, вокруг которого стояло сразу несколько машин-амбулаторок. По ним сейчас на столе с колесиками как раз завозили кого-то, накрытого простыней.

По-хозяйски, никого не смущаясь и ни на что не обращая внимания, с самым деловым видом (мы знаем, что делаем, делаем, что положено, а кто думает иначе, сам дурак!) лоулендцы двинулись следом за столом на колесиках и проникли внутрь. Наскоро оглядев большой холл, они направились к блоку регистрации пациентов, как было громко написано над сооружением, состоящим из нескольких полукруглых стоек, четырех столов, трех компьютеров, кипы журналов и двух молодых женщин (светлой до состояния обесцвеченности блондинки и смуглой мулатки) в строгих зеленых халатиках и таких же косыночках. Несмотря на абсолютное внешнее несходство, дамочки с совершенно одинаковым увлеченным видом обсуждали достоинства некоего доктора Клуна, не обращая ни малейшего внимания на детали окружения. Чуть поморщившись (он не слишком любил давить на психику), Лейм приступил к делу.

– Девушки, Элисабет, Джиневра. – Голос бога, изучившего бейджики, обволакивал мягким одеялом, ласкал, как шелк, но не допускал возражений. Заслышав его, жертвы замерли, как парочка олених, уставившись на возникшего у стойки словно по волшебству зеленоглазого красавца. – Мне нужна информация о пациенте. Его имя Грэг Кискорхоу. Был доставлен два часа назад на амбулаторной машине. Пострадал в аварии – его сбил мотоцикл.

– Сейчас, посмотрим, – откликнулись девушки, поглядев на бога слегка мутными глазами, и занялись просмотром информации в журнале регистрации и в компьютере одновременно.

– Он и виновник наезда помещены в отделение реанимации. Состояние мистри Грэга стабильно тяжелое. Множественные переломы, сотрясение мозга, ушибы внутренних органов… – начала бодро докладывать одна из дежурных, первой обнаружившая нужные сведения. – Его наблюдает доктор Риддик.

– Достаточно, – мягко оборвал ее Лейм. – Где найти его?

– Четвертый этаж, первый коридор направо, пятая палата, – послушно ответила девушка и почему-то начала расстегивать пуговички на халатике сверху…

– Спасибо, больше ничего не надо, – торопливо прервал странное стрип-шоу молодой лорд и добавил: – То, что нас видели и о чем со мной говорили, забудьте.

Пока девушки застегивались и приходили в себя, лоулендцы, следуя данным им указаниям, уже двигались через холл в сторону лестницы на четвертый этаж – в отделение реанимации.

– Могу ли я чем-то вам помочь? – К богам шагнул начинающий лысеть, однако все еще крепкий мужчина в буром костюме, по-видимому, охранник. Внешне благожелательный тон мало вязался с цепким, внимательным взглядом.

– О, нам уже помогли, спасибо. – Лучезарная улыбка Элии осветила человека, тот невольно покраснел. – Вы так любезны, не часто встретишь у постороннего готовность прийти на помощь. Но все-таки вам лучше вернуться на пост, – явственное сожаление о неизбежном проскользнуло в голосе женщины вперемешку с беспокойством за бдительного охранника, – чтобы не ругало начальство. А мы сами можем найти доктора Риддика. Вон табличка ординаторской.

Убедившись, что посетители не собираются нарушать режим и проникать в запретные зоны, очарованный милой красавицей охранник кашлянул и отступил, надеясь полюбоваться женщиной еще разок, когда та будет выходить из здания. А боги, не доходя до предполагаемой цели своего движения, усилили до возможного максимума «флер незаметности» и устремились к лестнице наверх. По пути лоулендцы все-таки заглянули в ординаторскую и аккуратно позаимствовали с вешалки пару свободных зеленых халатов для завершения маскировки.

– У тебя отлично отработано воздействие, – поднимаясь по ступенькам, одобрительно заметила Элия, чтобы хоть как-то подбодрить юношу, которого все еще немного мутило от применения эмпатического давления. – Безукоризненно рассчитаны норма и интенсивность. А насчет пуговиц не переживай, сработали не твои, а подсознательные внутренние установки самой девушки.

– Спасибо, – хмуро отозвался не слишком утешенный лорд. – Но я все равно не люблю этим заниматься. Все-таки воздействие – тоже вид насилия, заставить живое существо сделать то, что нужно тебе, используя силу своей власти. Иногда мне кажется, что простая угроза даже как-то чище и невиннее по сравнению с тем, что творю я, заставляя людей «добровольно» что-то делать.

– Ох, милый мой мальчик, в какие философские дебри ты полез, – покачала головой принцесса, впрочем, не удивленная заморочками кузена. – Конечно, это насилие, но все-таки наименее безвредное из всего ассортимента: это не заклятие принуждения, не пытка, скорее просто иллюзия. И пока ты не используешь его для собственной выгоды, это не пятнает даже самую светлую душу бога. В нашей ситуации ты выбрал оптимальный способ получения информации. Взятка привлекла бы нежелательное внимание, а чтение мыслей обитателей урбомира, в большинстве своем не имеющих никакого представления о дисциплине разума, отняло бы слишком много времени, да и выудить нужные данные из мешанины, царящей в их головах, без ментального нажима практически нереально.

– Я все понимаю, но ничего не могу с собой поделать, – печально вздохнул Лейм, слишком нравственный для бога, то ли в силу романтической сути, то ли просто по молодости лет.

– Значит, в следующий раз оставь эту работу кузине и не терзайся, милый, моя совесть такое легко переживет. То, что ужасно для светлого бога, для серого вполне приемлемо… – великодушно предложила «добрая» принцесса.

– Ты часто пользуешься воздействием? – почти ужаснулся Лейм, не желавший осквернять высокий идеал.

– Нет, это неинтересно, – цинично возразила принцесса, вновь невольно поднимая свой рейтинг в глазах юного романтика. – Гораздо забавнее влиять на людей так, чтобы они дурманили себя сами, делая все, что нужно мне, добровольно и радостно. Никакого ментального давления, сплошные логика, психология и физиология. Особенно хорошо у меня получается с мужчинами. – Элия поочередно коснулась лба, сердца и зоны пониже пояса, весело подмигнув младшему родичу.

– О да, – порозовев, смущенно согласился юноша, даже теперь ощущая, какое интенсивное воздействие оказывает Элия на него самого.

«Тем более что воздействие эффективно лишь для существ с весьма низким коэффициентом силы и почти полным отсутствием магического таланта», – практично добавила про себя принцесса.

За разговором лоулендцы добрались до палаты реанимации номер пять. Посетителей здесь не было, а персонал огромной больницы, движущийся по строго определенным траекториям с четко определенными целями, воспринимал двух замаскированных богов как пару своих коллег. Словом, благополучно достигнув указанного места дислокации травмированного приятеля Лейма, боги убрали завесу флера и без стука вошли внутрь маленькой, на две персоны, реанимационной палаты. А чего стучать? Вряд ли Грэг мог делать что-то непотребное, да и вообще что-то делать.