Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 856

Ушей принцессы достигла разбитная песня. Звуки, издаваемые сильным, хорошо поставленным и знакомым баритоном, легко перекрыли весь уличный шум. Через десяток секунд к первому баритону присоединился второй, такой же мощный, но несколько менее музыкальный. И мужики грянули на пару:

Элия высунула голову из кареты и убедилась: слух ее не подвел. По тротуару, расталкивая прохожих, когда те не успевали уступать дорогу, слегка пошатываясь, обняв друг друга и размахивая в такт песне руками, брели два расхристанных бугая. В одном из которых, даже со спины, богиня сразу узнала Кэлера. Его спутник, такой же черноволосый и здоровенный, как брат, только чуть уже в плечах, тоже показался знакомым.

– Классно поют, – от всего сердца похвалил Связист, выглядывая из кареты. – И песня душевная!

Сделав кучеру знак притормозить, Элия позвала брата, перекрывая шум толпы и песню:

– Кэлер!!!

Услышав зов, принц притормозил и развернулся, ища того, кто его окликнул. Завидев карету сестры и ее головку, высунувшуюся из окна, он радостно пробасил:

– Элия, прекрасный день!!! Подвезешь нас с другом в замок?

– Залезайте! – пригласила принцесса, припоминая, где она видела второго бугая с пронзительным взглядом синих глаз. Этот парень, отпрыск провинциального горного бога, кажется, частенько ошивался в Лоуленде и бузил вместе с Кэлером и Элтоном в городских трактирах.

Принц не заставил себя упрашивать и двинулся к сестре. Спутник последовал за ним. Хлопнувшись на сиденье, приятель Кэлера громко рыгнул и провозгласил, обращаясь к другу:

– Твоя сестра хоть и ведьма, но баба классная. Я ее убивать не буду.

– И на том спасибо, Конан, – ухмыльнулась принцесса старому знакомому и обратилась к своим спутникам: – Мальчики, это Связист – вольная Сила-Посланник. Связист, это Кэлер – мой брат и его приятель – Конан. У парня любимое хобби – убийство черных, а временами бывает, что серых и белых колдунов.

– То-то я гляжу, что ты колдун и не колдун почему-то, – в пьяной задумчивости протянул Конан, разглядывая Связиста, и икнул.

– Вольная Сила – это здорово, – кивнул Кэлер. – За это надо выпить, парень!

– Всегда – за!!! – радостно откликнулся Связист.

Конан громогласно поддержал его. Между двумя мужчинами и Вольной Силой, твердо отождествляющей себя с существом аналогичного пола, завязался серьезный и донельзя глубокомысленный разговор о достоинствах выпивки разной крепости и женских формах. Элия слушала вполуха и тихонько улыбалась. Ей впервые довелось наблюдать за столь очеловеченной Силой, и богиня, пользуясь случаем, изучала сие уникальное явление.

Через полчаса любители пышногрудых дам (тут вкусы всех мужчин сошлись) и принцесса уже были в замке. Связавшись с помощью заклинания со старшим управляющим, богиня известила лорда Корди о том, что гости займут пару свободных покоев на третьем этаже, рядом с апартаментами принца Кэлера. Управляющий только грустно кивнул, быстро черкнул пару строк в записной книжице, пристегнутой к запястью цепочкой, и вновь с головой погрузился в сумасшедший вихрь забот о предстоящем празднике, правда, не забыл предварительно послать пяток горничных навести порядок в комнатах для гостей.

Поднимаясь по лестнице, шумная и почти протрезвевшая компания наткнулась на маленькую принцессу Мирабэль, которая с ликующими криками каталась по перилам.

«Да, не следовало мне рассказывать малышке о своих детских забавах», – подумала Элия, наблюдая за тем, как развлекается кузина. Темно-каштановые волосы, отливающие рыжиной, растрепались, карие глаза восторженно лучились, а на крохотной заостренной эльфийской мордочке был написан поистине неземной восторг.

Завидев Кэлера и Элию, Бэль на время прервала свою игру и, сиганув с перил, подбежала к родственникам. Принц поймал ее и подкинул вверх. Девочка радостно взвизгнула и заболтала ногами, возбужденно тараторя:

– Кэлер, Кэлер, давай поиграем!!! Пожалуйста-а-а!

– Конечно, сестренка, – тут же согласился добродушный гигант. – Вот только провожу друзей до их комнат.

– Ладно, только поскорей, – снисходительно разрешила малышка, капризно сморщив остренький носик, и оглядела друзей.

– Иди, брат, а я пока поговорю с сестренкой, – великодушно предложила Элия, желавшая кое о чем расспросить Бэль.

Кэлер благодарно кивнул и повел приятелей на третий этаж. Бэль проводила их задумчивым взглядом.

– Что, ваше высочество, – шутливо обратилась богиня к сестренке, – тебе не понравились друзья Кэлера?

– Один дядька ничего, хороший, от него пахнет, как в Гроте у Источника и как от дяди Лимбера, а второй – опять железо и кровь, только меньше, чем у Нрэна и его друга, – честно призналась Бэль, покусывая палец.

– А Нрэн приехал не один? – с показным равнодушием спросила Элия, стягивая с рук перчатки и глядя куда-то в сторону.

– Ага, с ним такой дядька вредный, похожий на него. Он смотрит на меня и не видит. – Малышка обиженно надула губки. – И Нрэн все с ним и с ним, железки разглядывает, а со мной не играет.

– Понятно, – похлопывая перчатками по ладони, кивнула принцесса и мысленно облизнулась: «Значит, Нрэн привез с собой приятеля по походам. Какая прелесть. Надо обязательно познакомиться».

С тех пор как умерла мать Бэль, минуло пять лет. Принц Моувэлль долго оплакивал ее, слоняясь по замку бледной тенью или высаживая по эльфийской традиции серебристые розы на клумбе памяти, а потом и вовсе ушел в миры залечивать в очередной раз разбитое сердце. Там и сгинул. Источник провозгласил, что Моувэлль сменил инкарнацию, и в роскошной королевской усыпальнице появилась еще одна пустая урна (мало ли богов бесследно исчезало в мирах). Все дети принца автоматически стали носить титул отца. Кроме того, Нрэн, в нагрузку ко всем своим проблемам и сложностям жизни, получил маленький пищащий комочек – девчонку-полукровку.

Но делать нечего. Чувство долга – великая сила, и принц-воитель взял на себя заботы о воспитании принцессы Мирабэль. В этом процессе он понимал еще меньше, чем в воспитании мальчиков. Зато обрел счастливую возможность периодически являться к возлюбленной кузине по веской причине: за ценными советами и помощью, когда Бэль в очередной раз взбредало в голову что-нибудь несусветное. А взбредало ей часто. Невинные цветочки на любимых светлых обоях Нрэна, заботливо выведенные светящимся карандашом, дрожащим в нетвердой ручонке полуторалетней козявки, действительно были только цветочками, а потом началось… Большую часть времени принц старался проводить подальше от Бэль – в походах, но это получалось далеко не всегда.

А маленькая принцесса росла. Ее заливистый смех разносился по замку, и, слыша его, оттаивали суровые братья. Даже король Лимбер признал, что Элия была права, когда говорила о маленькой Бэль. Девочка своей чистой и непосредственной привязанностью к каждому родичу сделала их дружнее, а ее проказы и «мудрые высказывания» заставляли всех хохотать до колик. Только принц Энтиор, бог боли и извращений, предпочитал держаться от малявки подальше. Эльф-полукровка, девочка жалела каждую букашку и листик, чем ужасно раздражала вампира. Но грозная тень Нрэна, маячившая за спиной крохи, не давала забыться и обидеть девчушку.

– Эли, – Бэль потянула сестру за рукав, просительно заглянула ей в глаза, – а можно, когда я поиграю с Кэлером, приду к тебе. Так хочется у тебя на кровати попрыгать, а?

– Конечно, детка, приходи, – с ходу разрешила принцесса. – Только отпросись у Нрэна.

– Хорошо! – маленькая мордашка расплылась в довольной улыбке. – Он меня к тебе всегда отпускает.

«Еще бы, – иронично подумала богиня. – Такой повод показаться мне на глаза!» Теперь Элия была твердо уверена в том, что Нрэн сегодня явится к ней с официальным визитом.