(Не) Единственная (СИ) - Московская Алена - Страница 29

Я стояла у дверей клиники, глядя на её безжизненные окна.

Место, которое ещё недавно было наполнено шумом, голосами, движением, теперь выглядело мёртвым.

Как будто кто-то выключил свет не только здесь, но и во всём, что связывало меня с этим местом.

— Ну, что скажешь? — Катя заговорила первой, осторожно заглядывая мне в лицо.

— Пустота, — пробормотала я, заходя внутрь.

Коридоры встретили нас гулкой тишиной.

Лёгкий запах пыли висел в воздухе, словно подчёркивая, как быстро это место начало забываться.

Я осматривалась вокруг, стараясь удержать себя в руках.

— Даже не верится, что ещё пару дней назад здесь всё кипело, — пробормотала Катя, оглядываясь.

Ага, и мне. А мы ведь могли уже отдыхать на пляже, а не вот это вот все.

Я молчала, слишком поглощённая собственными мыслями.

Мне было жаль не себя, а людей, которые работали здесь, клиентов, которые доверяли мне.

Они стали частью моей жизни, неким даже, можно сказать, смыслом, а теперь я смотрела на это всё и чувствовала… ничего.

— Наташ, ты в порядке? — Катька тронула меня за плечо.

— Я что-нибудь придумаю, — ответила я, скорее машинально. — Выплачу врачам небольшой отпускной. Пусть отдохнут неделю, две. Всё равно сейчас здесь работать нормально не выйдет.

— Откуда деньги? — спросила она с сомнением.

— Есть заначка, — сказала я твёрдо.

Катя кивнула, но в её глазах было написано беспокойство.

Не дрейфь подруга, прорвемся.

Мы продолжили идти по коридору.

Мои шаги были медленными, словно ноги тянуло вниз что-то тяжёлое.

Каждый кабинет напоминал о том, что я потеряла.

Каждая дверная ручка. Спасибо, что хоть двери с петель не снял. Только свою крышу, которая поехала.

А потеряла я...

Не только бизнес, но и веру в себя.

На полу я заметила что-то странное.

Остановилась, разглядывая лепестки роз, которые всё ещё валялись на плитке.

Остатки тех самых букетов, которые отправил Александр.

Жаль цветы. Много было, красивые.

— Что там? — спросила Катя, останавливаясь рядом.

Я наклонилась и подняла один из лепестков.

Он был уже подсохший, но всё ещё сохранял форму.

— Он ещё не совсем высох, — пробормотала я, проворачивая лепесток между пальцев.

Катя внимательно посмотрела на меня.

— Может, позвонишь ему? — осторожно предложила она.

Ой беда моя.

Я выпрямилась, усмехнувшись с горечью.

— Кому? Александру? — спросила я, иронично подняв брови.

Она поджала губы, поправила куртку.

— А что? Он кажется… нормальным мужиком. Да и судя по тому, как он защитил тебя, ему явно не всё равно.

Может быть. Может быть.

— Задолбали уже эти мужики, — бросила я, отмахиваясь. — Если он такой нормальный, пусть найдёт себе нормальную женщину.

Катя удивлённо замерла.

— О чём ты говоришь?

— О том, что я не из их категории, — резко ответила я, бросая лепесток обратно на пол. — Нормальная женщина мужа-изменщика давно бы в бетон закатала. А я? Даже этого не могу сделать.

Катя внимательно смотрела на меня, но ничего не сказала.

Она будто пыталась найти слова, которые могли бы меня утешить, но не находила.

Возможно впервые, но это так. Я птичка не его полета.

Да и не хочу связываться. Не надо мне это.

— Наташа, ты слишком устала.

Катька совсем тоже расстроилась.

Ну, вот так вышло. Что ж поделать?

Если бы можно было брать силы из воздуха, я бы уже взяла кредит на азот.

— Конечно устала! — резко выпалила я. — Я устала от этих мужиков, которые лезут в мою жизнь, как будто она их собственность. Я устала от постоянной борьбы. Я устала от всего этого!

Я поняла, что голос мой стал слишком громким, и вздохнула, опустив голову.

— Прости, — тихо сказала я. — Просто… я правда больше не могу.

Катя молча подошла ближе, обняв меня за плечи.

— Ничего Наташка, где твоя пропадала, — прошептала она.

Я не ответила.

Мои руки бессильно упали вдоль тела.

Я чувствовала себя опустошённой.

С каждым днем больше и больше как женщина, как человек, медленно иссыхала.

Мой, когда-то любимый муж, сделал из меня живую мумию.

Окутал в своей лжи, замотал и положил в саркофаг из предательств.

Когда мы вышли из клиники, я обернулась на мгновение, глядя на двери, которые закрывались за нами.

И хотя мне было жаль потерянное, я знала: мне нужно двигаться дальше.

Пусть это будет стоить мне всех оставшихся сил, но я придумаю, как начать всё заново.

Глава 49

Наталья

Вечер на следующей неделе наступил как-то неожиданно.

Вроде ещё только утро было, а теперь уже тёмное небо за окном.

Я стояла на кухне, держа в руках чашку с кофе.

Напиток чуть обжигал пальцы через фарфор, но это было единственное, что напоминало о том, что я ещё жива, что чувствую хоть что-то.

В гостиной Костя готовился к вечеринке.

Его силуэт мелькал в зеркале, когда он поправлял смокинг, примерял маску, разглядывал себя с разных углов.

Всё это выглядело так абсурдно, что я только фыркнула, глядя на него краем глаза.

— Как тебе? — спросил он, обернувшись ко мне.

— Замечательно, — ответила я с равнодушием, которое стало для меня привычным.

На мне было красное платье.

То самое платье, которое я надевала в тот день, когда узнала, что Костя хочет свободных отношений.

Тогда я надеялась, что это просто кризис, временное помешательство.

Тогда я ещё верила, что можно что-то исправить.

Но сейчас мне уже плевать. С самой высокой башни.

Ни боли от его предательства, ни злости, ни желания что-то исправить.

Только апатию.

Конец уже наступил.

Сегодняшняя вечеринка — просто формальность.

Последняя воля того, кто скоро без штанов останется.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале кухонного шкафа.

Платье всё ещё сидело идеально, подчёркивая фигуру.

Волосы собраны, как всегда аккуратно, макияж сдержанный.

Я выглядела… хорошо.

Даже слишком хорошо для человека, который чувствовал себя как выжатый лимон.

Костя подошёл ближе, с маской в руках, и оценивающе оглядел меня.

— Ты выглядишь потрясающе, Наташа, — сказал он, его голос был почти нежным.

Актер погорелого театра.

— Знаю, — бросила я, делая глоток кофе. — Даже мои сисюшки для тебя теперь ничего, да?

Он смутился, будто не ожидал такого ответа.

— Наташа, не надо…

— Чего не надо? — я наконец повернулась к нему, опираясь на край стола. — Не надо напоминать тебе, как ты всё разрушил? Или не надо говорить, что я устала от твоих комплиментов?

— Я… — он замялся, явно подбирая слова. — Я просто хотел сказать, что ты красивая.

— Я это знаю, — перебила я его. — Но это ничего не меняет, Костя.

Он тяжело вздохнул, отвёл взгляд.

— Мы идём на эту вечеринку, потому что ты этого хочешь, — продолжила я. — Но не думай, что это что-то изменит.

Он посмотрел на меня, и я увидела в его глазах что-то похожее на боль.

Или, может, это было разочарование.

— Наташа, дай мне шанс…

— Шанс? — я усмехнулась, покачав головой. — Костя, ты использовал все свои шансы. Лимит все, не але уже.

Он молчал, разглядывая меня так, будто искал в моём лице что-то, чего там больше не было.

Пошел в жопу, или на эту свою тусу, как говорит мой сын. «Чилить» — это значит типо отдыхать. Мда.

— Ладно, — наконец сказал он, надел маску и поправил её. — Тогда поехали.

Смотрите на него, целый супрегерой и трусики, наверное, кожаные. Извращенец.

Я кивнула, взяла сумочку и направилась к двери.

Платье обтягивало меня, как вторая кожа, напоминая о том, как далеко мы зашли.

В машине он пытался завести разговор, но я молчала, смотря в окно.

Пусть вечеринка пройдёт.

Пусть это будет последняя формальность, которую я должна выполнить.