Связанные сердца (ЛП) - Роуз Джей - Страница 30

— Тогда проси меня как следует.

Это должно быть унизительно, когда он мной командует. Не думаю, что позволила бы какому-либо другому мужчине контролировать меня с такой откровенной жаждой моего подчинения. Но с ним? Все сводится к доверию.

Я хочу угодить ему и удовлетворить требовательное существо под его человеческой кожей. Его похвала шепотом — это тонизирующее средство против жестокого яда пастора Майклса. Я не могу насытиться этим.

— Ударь меня сильнее, Хантер. — Я разочарованно хлопаю рукой по матрасу. — Перестань быть нежным со мной.

— Ты в порядке? — он проверяет связь.

— Да, продолжай.

Мой пульс учащается, когда его рука скользит по изгибу моего бедра и опускается между ног. Его босая ступня оказывается между моими, раздвигая мои бедра. Когда он обхватывает мой холмик, я понимаю, насколько я влажна для него.

— Ты такая хорошая девочка, правда? — мурлычет он мне на ухо. — Ты такая влажная для меня, милая, а я едва прикоснулся к тебе.

У меня вырывается еще один стон, когда он скользит умелым пальцем по моим складочкам. Огибая вход в меня, искры боли пробегают по мочке уха от легкого укуса зубов Хантера.

Я громко ахаю, когда он засовывает толстый палец глубоко в мою щель. Его восхитительная твердость прижимается к моим покалывающим ягодицам, разделенные трением его спортивных штанов.

— Черт возьми, любимая, — ворчит Хантер. — Я так сильно хочу погрузить в тебя свой член. Скажи мне остановиться.

Я задыхаюсь от желания, когда он вводит в меня еще один палец. Давление усиливается. Оба пальца двигаются в устойчивом, дразнящем ритме. Его большой палец обводит мой бугорок с каждым вращением, разжигая пламя желания.

— Я хочу... я...

— Чего ты хочешь? — воркует он.

— Все. Я хочу все.

Его язык скользит по моему уху.

— Я так сильно хочу трахнуть тебя, Харлоу. Но я не буду этого делать. Не раньше, чем ты выберешь меня.

— Выберу? — Я стону.

Когда его пальцы дразнят нежное местечко, от которого по моей коже пробегают искры, предательская часть меня хочет подчиниться. Я так устала от борьбы. Но я не могу. Я не буду этого делать. Не так.

Прежде чем я срываюсь, рука Хантера исчезает между моих бедер. Я вскрикиваю, мои глаза горят от непролитых слез. Я так потрясена. Все эти извращенные чувства должны покинуть мое тело, прежде чем я окончательно сойду с ума.

Он подносит свои блестящие пальцы к моему рту и засовывает их внутрь.

— Соси. Попробуй себя.

Мое горло сжимается, когда его пальцы скользят по моему языку, распространяя солоноватый привкус моей собственной смазки. Я облизываю его пальцы, прежде чем Хантер вытаскивает их обратно.

Его рука исчезает, призрачно скользя вниз по моему позвоночнику. Я все еще склонилась над кроватью, пойманная в ловушку и бессильная перед его божественной волей. Прямо сейчас он мог бы сделать со мной все, что угодно, и мне было бы наплевать.

— Ты хочешь, чтобы я доказал свою правоту? Я могу заставить тебя почувствовать себя еще лучше, милая. Просто подожди.

Мои ноги дрожат, когда его увлажненные пальцы гладят мою киску, осмеливаясь скользить выше. Он не собирается этого делать.… не так ли? Я пытаюсь приподняться, и его рука толкает меня в поясницу, чтобы снова опустить вниз.

— Доверься мне, — просто говорит он.

Позволяя напряжению разрядиться, я задерживаю дыхание, когда он толкает палец между ягодиц. Это вторжение действует на нервы. Мои инстинкты все еще кричат мне бежать, когда его влажный кончик пальца обводит тугое кольцо мышц у моего заднего входа.

— Удовольствие может принимать разные формы, — шепчет Хантер. — Я хочу знать, что заставляет мою малышку чувствовать себя хорошо.

— О боже, Хант!

Его палец проникает глубоко внутрь меня, используя слой слюны, чтобы облегчить движение. Поначалу это обжигающее вторжение. Нежелательное. Но когда первая вспышка беспокойства рассеивается, меня захлестывает наслаждение.

— Ты сможешь выдержать и то, и другое? — недоумевает он.

Вращая рукой, Хантер толкает другой палец обратно в мою киску. Когда оба отверстия заполнены, я крепче сжимаю простыни. Это слишком. Все мое тело сотрясается от волн удовольствия.

— Готова кончить?

— Да, — мяукаю я.

— Тогда кончай за мной, детка. Выкрикни мое имя.

Это продолжается — сильнее, чем в тот раз, когда он дразнил мой оргазм своими губами, или когда Энцо пробовал меня на кухне. Даже более интенсивно, чем Лейтон, играющий со мной на диване.

Кончик его прикрытого члена упирается в меня, чувствуя, что он вот-вот вырвется из своей тканевой тюрьмы. Я могу представить, каково это будет, когда он впервые проникнешь глубоко в меня.

Он приближается прямо к краю и оставляет меня в свободном падении, пока мой оргазм берет верх. Я корчусь и стону, весь мой мир рушится от охвативших меня спазмов. Хантер зарывается лицом в мои волосы, наслаждаясь властью, которой владеет.

— Идеально, — хвалит он.

Осторожно перевернув меня, я лежу поперек кровати на спине. Его улыбка становится кривой, когда он поправляет плотный материал, обтягивающий его эрекцию.

Когда я пытаюсь дотянуться до него, намереваясь применить урок, преподанный мне Лейтоном, он отводит мою руку в сторону.

— Мне ничего от тебя не нужно, — говорит он с горящим взглядом. — Это было для того, чтобы доказать свою точку зрения.

Я собираю остатки своего голоса.

— Ты хочешь, чтобы я выбрала тебя.

Его глаза отказываются отрываться от моих.

— Да.

— Только тебя.

— Да, — повторяет он.

Невидимая рука сдавливает мне трахею.

— Ты же знаешь, я не могу этого сделать, Хант.

Его улыбка исчезает.

— Я не буду делить тебя. Я гребаный эгоистичный ублюдок, и я хочу тебя только для себя, или не хочу вообще.

— Совсем?

— Ты слышала меня, — подтверждает он.

Прикрывая руками обнаженную грудь, я приподнимаюсь, мне нужно немного пространства, чтобы подумать. Выражение лица Хантера сменяется знакомой холодностью, когда я на дюйм отступаю на матрасе.

— Они тоже мне… нужны, — шепчу я. — Ты не можешь просить меня перестать думать о других. Я не могу просто отключить свои чувства.

Его ноги волочатся назад, увеличивая расстояние, между нами.

— А как насчет моих чувств, Харлоу?

Моя рука взлетает к волосам и снова опускается, охваченная нерешительностью. Похоже, он готов запереть меня в новенькой клетке. На этот раз это одна из его конструкций, блестящая и обманчивая, до которой другие частички моего сердца не могут дотянуться.

— Я не могу их отпустить, — отвечаю я сквозь подступающие слезы. — Я просто не могу.

— Даже если я влюблен в тебя?

Я чувствую себя так, словно меня ударили кирпичом по лицу. Брови Хантера сведены вместе в обвиняющем хмуром взгляде, и пространство, разделяющее нас, кажется бесконечным океаном.

Мне вдруг захотелось, чтобы Лейтон проснулся и пришел меня спасти. Жестокость обволакивает Хантера второй кожей, и хотя я знаю, что он никогда не причинил бы мне боли, его слова ранят так же глубоко.

— Ты… влюблен в меня? — Я повторяю.

— Я провел последние пять лет, живя жизнью призрака. Я не знал, что снова способен испытывать такие чувства.

Я понятия не имею, что сказать.

Он тоже это понимает.

Хантер отворачивается и пытается уйти. Вскакивая с кровати, я обвиваю руками его обнаженный, покрытый татуировками торс сзади и удерживаю его на месте. Ему придется тащить меня волоком.

— Пожалуйста, не уходи, — хнычу я, прижимаясь к его коже. — Я так сбита с толку, но я знаю, что не смогу сделать это без тебя.

— Ты же не это имеешь в виду.

— Хантер. — Я ныряю перед ним. — Это правда. Ты спасал мне жизнь, снова и снова. Никто никогда не заботился обо мне так, как ты.

Неуверенность мелькает в расплавленных глубинах его радужек. Я притягиваю его губы к своим и целую, не в силах подобрать слов, чтобы выразить то, что мне нужно сказать. Мое бессловесное отчаяние — это все, что я могу ему предложить.