Идеальный мир для Химеролога 7 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 39

Он попытался. Его мышцы напряглись, энергия регенерации потекла к повреждённым участкам. Он ухмыльнулся через боль, ожидая мгновенного исцеления.

Но в следующий момент его крик перешёл в хриплый, захлёбывающийся свист. Из его сломанного колена во все стороны брызнули костяные шипы. Они прорвали кожу, раздирая мясо в лоскуты. Регенерация сошла с ума. Вместо того чтобы лечить, она начала бесконтрольно растить костную ткань, превращая его ногу в уродливый колючий кактус.

— А что случилось? — спросил я с притворным сочувствием. — У высшего вида регенерация сломалась, да? Неправильно работает?

Я сжал его руку в своём плече ещё сильнее, пуская по ней импульс распада.

— Жалкая кривая поделка… — продолжил я. — Ты настолько плохо создан, что ни о каком высшем виде речи не идёт. Твой создатель был идиотом. Но мало того, что тебя создали неполноценным, так ты ещё и вместо развития деградировал. Нравится смотреть на боль других? Ну, я тебе покажу, что такое настоящая боль…

Мои глаза вспыхнули ярким светом. Я перехватил его свободной рукой за горло, впиваясь пальцами в чешую.

Сейчас мне придётся сделать то, чего я старался избегать… Использовать истинную силу Прародителя в этом слабом теле. Да, это будет больно. Да, я могу умереть от отката. Но ради того, чтобы наказать эту мразь, я готов рискнуть!

Я активировал способность. Моя энергия хлынула в него бурным потоком, сметая его защиту, проникая в каждую клетку. И он начал меняться.

— Посмотрим, что у тебя внутри…

Всё, что в нём было здорового и сильного, я начал инвертировать. Его сила стала его проклятием. Тварь забилась в конвульсиях. Его тело потекло, как воск.

Из спины начал стремительно расти огромный, пульсирующий горб, разрывая кожу. Из груди вырвалась третья рука — недоразвитая, с длинными кривыми пальцами. Сбоку полезла ещё одна конечность, похожая на лапу насекомого.

Его лицо поплыло. Челюсть вытянулась и перекосилась. Подобие хобота начало расти прямо из живота, извиваясь, как червяк.

— А-а-а-а-а-а-а-а! — булькал он, превращаясь в бесформенную кучу мяса.

Я держал его, пока трансформация не завершилась. Передо мной висело нечто, что уже нельзя было назвать ни ящером, ни химерой. Уродливый комок плоти, утыканный лишними конечностями и органами.

— Вот что ты есть, — сказал я, глядя в его единственный оставшийся глаз, который теперь находился где-то в районе ключицы. — Просто неполноценная химера, которая возомнила себя высшей. Увы, как я и сказал, это не так.

Я разжал руку, освобождая его. Моё плечо освободилось — я просто «отторг» его плоть.

Существо упало на асфальт, попыталось вдохнуть, но его новые, кривые лёгкие отказали. Затем я протянул к нему руку и высвободил импульс своей энергии, заставляя всю его нервную систему испытывать жесточайший ужас, боль и единственное желание — как можно скорее сдохнуть. Сердце, сдавленное лишними органами, сделало ещё несколько ударов и разорвалось. Тварь дёрнулась и затихла.

Я же стоял над трупом, тяжело дыша. Кровь стучала в висках, перед глазами плыли круги… Но я знал, что всё сделал правильно.

Глава 15

Я подошёл к женщине, которая всё ещё оставалась в сознании, но её разум уже плавал где-то на грани болевого шока. Глаза остекленели, губы беззвучно шевелились, а тело била крупная дрожь. Обрубок руки она прижимала к себе, пачкая дорогую, но изодранную одежду кровью.

Я присел рядом и положил ладонь ей на лоб, а второй рукой перехватил её искалеченное запястье.

— Тише-тише…

Лёгкий ментальный импульс прошёл через кончики моих пальцев, блокируя болевые центры. Я просто «выключил» нервные окончания, перерезав канал передачи сигнала бедствия в мозг.

Её тело мгновенно расслабилось. Дрожь утихла, дыхание стало глубже. Она моргнула, пытаясь сфокусировать на мне взгляд, в котором смешались непонимание и облегчение.

— А интересные у тебя сны, правда? — мягко спросил я, глядя ей в глаза.

Она попыталась что-то сказать. Её губы задрожали, складываясь в слова, которые она не могла произнести громко:

— Это… не сон… не сон… — шептала она, всё ещё испытывая пережитый ужас. — Монстр… моя рука… не сон…

— Нет, — я покачал головой, вливая в свой голос гипнотические нотки. — Это всё страшный сон. Ты просто очень устала, перенервничала. И тебе приснился реалистичный, но всего лишь кошмар. Поверь мне… — я слегка надавил на её виски. — А я всего лишь часть твоего сна. Твоё подсознание, которое пришло навести порядок…

Её веки затрепетали и начали опускаться. Мозг, получив команду на отключение, послушно гасил свет в «операторской».

— Спи…

Через секунду она обмякла, погрузившись в глубокий, целительный сон.

— Вот и умница. А теперь займёмся ремонтом.

Это была уже высшая химерология. Работа с живой человеческой материей требовала ювелирной точности. Я подобрал оторванную руку, очистил её от грязи и приложил к обрубку.

Мои руки засветились ровным золотистым светом. Я запустил процесс регенерации. Мышцы, сухожилия, нервы, сосуды — всё это начало тянуться друг к другу, сплетаясь и срастаясь, восстанавливая целостность…

Кость срослась с тихим хрустом. Кожа затянула рану, не оставив даже шрама.

Затем я перешёл к лицу. Глубокие порезы от когтей монстра разглаживались под моими пальцами, как складки на ткани под утюгом. Я стирал следы насилия, возвращая коже прежнюю гладкость и цвет.

Но пока я сканировал её организм, мой внутренний диагност наткнулся на кое-что интересное…

— Так-так… А это у нас что?

В её крови был целый коктейль из препаратов. Гормональные стимуляторы, блокаторы, витаминные комплексы убойной концентрации… Я углубился в анализ.

Её репродуктивная система была изношена. Спайки, воспаления, гормональный сбой… Она отчаянно пыталась забеременеть. Пичкала себя химией, ходила по врачам, терпела процедуры… Но организм сопротивлялся. Ей было больно, тяжело, и шансов на зачатие практически не оставалось.

— Глупая… — вздохнул я. — Зачем же так себя мучить? Это же всё решается проще.

Раз уж я здесь, в её «сне», то почему бы не сделать подарок?

Я перенаправил потоки энергии. Убрал воспаления, рассосал спайки, вывел из организма лишнюю химию, которая только травила её. Затем слегка подкорректировал гормональный фон, настроив его на идеальный ритм.

— Вот так. Теперь залетишь от одного чиха, — хмыкнул я. — И выносишь без проблем. Считай это компенсацией за испуг.

Когда я закончил, она выглядела абсолютно здоровой. Даже лучше, чем до встречи с монстром. Румянец на щеках, ровное дыхание…

Я достал телефон, сделал фото её лица и набрал номер Донского. Гудки шли долго.

— Да? — наконец ответил инспектор. — Виктор, я сейчас не могу говорить! У нас тут…

— Нет, ты сейчас можешь говорить, — сурово перебил я его. — Ты мне должен. Помнишь?

В трубке повисла пауза.

— Помню, — отозвался он. — Но тут запарка капец, Виктор! В городе знаешь, что творится?

— Я всё понимаю, — спокойно, но с нажимом сказал я. — Но это неважно. Я тебе сейчас отправляю фотографию. Пробей этого человека по своим базам. Мне нужно знать, где она живёт, прямо сейчас.

— Чего⁈ — Донской явно офигел. — Виктор, ты издеваешься?

— Дмитрий Львович, — мой голос стал настолько ледяным, что даже через телефонную сеть должно было повеять могильным холодом. — Просто поверь мне. Я не замышляю ничего плохого, действую только во благо этого человека. Даю своё слово.

Донской молчал секунд пять. Он знал меня и понимал, что я по пустякам таким тоном не разговариваю.

— Да ё-мое… — выдохнул он. — Ладно, дай мне минуту.

Я слышал, как он что-то быстро печатает на клавиатуре.

— Так… Ага… Есть. Елена Викторовна Самойлова. Проживает… — он назвал адрес.

Я прикинул маршрут.

— Понял, спасибо.

— Надеюсь, оно того стоило, — буркнул Донской и отключился.

Я посмотрел на адрес — соседняя улица. Она не дошла до дома всего пару сотен метров, когда на неё напала эта тварь.