Солнце цвета меда - Казаков Дмитрий - Страница 20

Сам скользил меж стволов бесшумно, точно лосось в воде. Не отставал от него и Даг. Прочим викингам приходилось хуже, под ногами предательски трещали сухие ветви, кусты норовили зацепиться за одежду, ткнуть в лицо раскоряченными лапами. Ивар с ужасом подумал о том, как грохотали бы они, если бы облачились в кольчуги и шлемы.

Лес тянулся темный, дремучий. Стволы елей высились в полумраке серыми колоннами, на разлапистых ветках покоились настоящие сугробы хвои. Под кронами стояла духота, на потную кожу налипали иголки, паутина, еще какая-то гадость.

Запах прелого дерева вызывал отвращение.

– Тихо! – шикнул Даг. Ивар замер, ощущая, как грохочет в груди сердце, готовое выдать хозяина.

Впереди, среди стволов, возилось что-то тяжелое, огромное. Слышалось сопение, удары, точно громадным веслом хлопали по земле. Затем затрещали деревья, гигантская туша двинулась в сторону, прошла в нескольких шагах. Затаившихся воинов обдало мерзкой вонью.

– Что это было? – спросил Ивар, когда шум стих вдалеке.

– Кто его знает, – ответил Лычко. – В наших лесах водится столько всякого, что не каждый волхв разберется…

У самого носа Ивара бежал муравей. Он походил на маленького рыжего викинга, который тащит добычу к кораблю, и бросить ее этого удалого воина не заставят даже все асы.

В десятке шагов возвышался муравейник высотой чуть не по пояс, от него исходил мощный кислый запах. Конунгу повезло, что падать пришлось не рядом с ним тогда бы вовсе затоптали мелкие кусачие викинги.

Рядом с Иваром лежал Нерейд. Лицо его отражало явственное желание выругаться, но рыжий насмешник молчал, хорошо понимая, что шарахающиеся рядом кривичи не страдают глухотой.

– Вперед, – прошептал Даг, когда топот и шум разговоров стихли.

Вскочили на ноги, пробежали с полсотни шагов, чтобы снова упасть, на этот раз между папоротников, похожих на торчащие из земли растопыренные зеленые хвосты дивных птах.

Сигфред споткнулся, вспахал носом землю, но лишь зашипел, как разжиревшая гадюка, которой наступили на хвост.

– Долго еще? – просипел Ивар, вытирая рукавом потное и покрытое грязью лицо.

– Судя по тому, сколько народу тут шляется, – нет, – ответил Зорян.

Они шли по лесу второй день, и чаща, вчера еще бывшая безлюдной и дикой, сегодня оказалась населена почти так же густо, как улицы Миклагарда. Деревни и селения встречались с частотой поганок, заставляя искать обходные пути, которые часто вели через завалы или болота

Половину времени приходилось лежать на пузе в сырых и грязных местах, пережидая, когда мимо прошагают лесорубы или охотники, бортники, девочки с лукошками, безбоязненно шляющиеся по лесу. Викинги стали грязными, точно земляные черви.

– Тут людно, как на тинге! – проворчал Нерейд. – А на пузе у меня скоро образуется мозоль.

– Ничего, – ответил Ивар. – На кольчугах сэкономим!

– Вперед! – И вновь вскочили на ноги, побежали полусогнутые, будто презренные шакалы, которых когда-то довелось видеть в жаркой южной пустыне. Корни норовили дать подножку, а кочки сами подворачивались под ноги, словно лес не желал пускать чужаков.

– Быстрее! – ругался впереди Зорян, на пару с Дагом ставший главным во время перехода через чащу. – Еще быстрее!

Орудовать веслом казалось в этот момент чуть ли не удовольствием.

– Стоп!.. – Едва не влетев в густой малинник, Ивар остановился. Ветви приглашающее щетинились острыми шипами, меж них висели зеленые ягоды, похожие на крохотные шишечки. – Теперь очень осторожно!

Ветви раздвинулись, открыв спокойную гладь круглого, словно монета, озера. В темной воде, гладкой, точно кожа девушки, отражалась стоящая на противоположном берегу маленькая крепость, похожая на построенный из дерева замок. Над мощными стенами поднималась сложенная из толстенных бревен башня, мрачная, словно старый пень.

– Княжеский терем, – сказал Зорян напряженно. – Если вашего волхва похитили воины Ярополка, то держат здесь.

– Как туда можно пробраться? – спросил Ивар, а глаза уже изучали крепость, шарили по стенам, искали Уязвимые места и лазейки.

– Есть подземный ход, – ответил усатый тиверец, – но его хорошо охраняют. На стенах, понятное дело, стража.

– Остается подойти к воротам и постучать, – хмыкнул Нерейд. – Эй, злой колдун, отдай Ингьяльда, а то тебе не поздоровится!.. И чтобы князь после этого еще от страха окочурился!

– Размечтался… – буркнул Ивар. – А если с воды? Озеро подступало к крепости почти вплотную, между берегом и основанием стены, которая была тут чуть ниже, чем со стороны леса, виднелся невысокий, но крутой откос. Желтел песок, из него торчали высохшие корни, смахивавшие на уснувших змей.

– Там разве что ящерица проползет, – сказал Зорян недоверчиво.

– Надо подобраться ближе, – предложил Лычко. – Там и решим, что делать! Странно только, что князь не живет в городе, как везде принято…

– В городе у него тоже есть терем, – буркнул Зорян. – Верстах в двадцати к востоку. Если хотите, для начала можно отправиться туда, осмотреть тамошние темницы!

– Нет уж! – Викинги проявили редкостное единодушие.

– Тогда вперед, – велел Ивар, – ползком. Будем искать подходы!

Ночь в лесном краю наступала утомляюще медленно. Пылающее колесо солнца давно укатилось за деревья, а небо продолжало оставаться светлым. Лишь на востоке слегка потемнело, в сиреневой вышине проглянули первые звездочки.

– Не чавкай так, а то княжеская стража сбежится! – От подобного замечания Зорян едва не подавился и укоризненно взглянул на Нерейда.

Тот безмятежно улыбнулся в ответ.

Весь день провели, изучая окрестности крепости. Если у Нерейда была на пузе мозоль, то и остальным пришлось ею обзавестись, чтобы не стереть кожу до крови. Княжеское обиталище охранялось не хуже, чем сокровищница халифа, и сам Багдадский Вор оказался бы тут в затруднении.

Ничего не оставалось, как лезть напролом и надеяться на хитрого и загадочного славянского бога, именуемого авось.

Ночи ждали, укрывшись среди молодого березняка на самом берегу. Шныряющие по лесу дозоры сюда не забредали, а густая листва позволяла чувствовать себя в безопасности.

– Хватит шутить! – осадил дружинника Ивар. – Подрываешь боевой дух!

– Как его можно подорвать, – не сдался Нерейд, – если он за десяток шагов в нос шибает!

– Это не боевой, – усмехнулся Лычко, – а совсем другой. Счастье еще, что у дозорных собак нет, а то бы унюхали наши вонючие онучи за версту…

Унюхали и скончались бы в жутких мучениях! – поправил Нерейд, с преувеличенной брезгливостью отодвигаясь от Сигфреда. – Ни одна собака такого не вытерпит!

– В следующий раз проверим! – предложил Ивар и гут же поднялся: – Ладно, уже темно, пора за дело!

Пока трепались, наступила ночь. Меж деревьями сгустился сумрак, небо выпучилось на землю сотнями сверкающих глаз. Скрывая их, бесформенными летучими чудовищами плыли облака.

– Эх, да поможет нам Отец Ратей! – Ивар проверил, как сидят перевешенные за спину ножны, и первым ступил в воду.

Она оказалась холодной. Со дна били ключи, а деревья на берегах не давали озеру как следует прогреваться Даже в жаркий день. Озноб забрался под кожу, вольготно ползал по телу. Грести резво было нельзя – малейший всплеск разнесется над озером словно звон колокола. Мерзли, а плыли медленно, точно засыпающие лягушки.

Деревянная крепость, чья громада вырисовывалась Во тьме, неторопливо вырастала. По стене ходили стражи с Факелами, перекликались сонными голосами, в башне горели два окна, похожие на злые, багровые глаза.

Откос надвинулся, скрыл крепость. Ивар ощутил под ногами твердь, с трудом встал на деревенеющие ноги. Когда выбрался на сушу, то с одежды и волос текло, а ночной воздух показался ледяным, словно объятия инистого великана.

– Все тут? – послышался из тьмы шепот Лычко, – Лезем наверх!

Песок осыпался под ногами, сапоги скользили, точно их смазали жиром. Ивар ухватился за торчащий корень, подтянулся, с ужасом ощущая, как тот рвется прямо у него в руках. Слава асам, успел ухватиться за следующий, поставить ногу на твердое.