Перезагрузка - Казаков Дмитрий - Страница 13

Очереди из автомата оказалось достаточно, чтобы тварь простилась с жизнью.

– Сзади! – донесся крик Ильи.

Андрей отскочил в сторону, одновременно разворачиваясь, краем глаза уловил пронесшуюся мимо тень. Нечто дернуло за штанину, послышался треск рвущейся ткани, и напавшее на него существо остановилось со скрипом когтей об асфальт, неторопливо повернулось к человеку.

Оно напоминало помесь человека и богомола – тощее тело, длинные, до земли конечности, клюв на месте рта и носа и огромные, зеленые, независимо вращающиеся глаза.

С этакой пакостью они еще не встречались.

– Тсссс… – сказал «богомол» и вскинул передние лапы.

Что-то шарахнуло в висок Андрею, перед глазами помутилось, и он обнаружил, что лежит. Попытался сообразить, что происходит, где он, но из-за гула в башке не сумел, понял только, что где-то стреляют и что надо встать, иначе будет очень плохо, враг доберется до него…

Подняться на четвереньки удалось со второй попытки – руки и ноги подкашивались. Навалилось головокружение, такое сильное, что едва не уткнулся лицом в землю, остановился в последний момент.

Осознал, что его теребят, и, подняв голову, увидел встревоженное лицо Лизы.

– Что? – спросил он.

– Лежи-лежи! – Девушка слегка надавила ему на плечо.

Рядом объявился Илья, тащивший два рюкзака, припал на одно колено, принялся стрелять. Только тут в голове у Андрея начало проясняться, он сообразил, что именно произошло – кирпичный «привет» угодил ему в голову, и счастье еще, что не отправил в нокаут, всего лишь в нокдаун.

Но почему этим не воспользовался «богомол»?

– У тебя сотрясение мозга, тебе не надо пока двигаться… – продолжала говорить Лиза, но он чувствовал себя все лучше и лучше: боль и пульсация в голове понемногу слабели, все четче и четче осознавал, что творится вокруг, да и мышцы слушались как обычно.

Обнаружил, что «богомол» валяется неподалеку, тело его от паха до горла нашпиговано пулями, а серая густая кровь сочится нехотя, сползает на землю по каплям. Затем Андрей сумел сесть нормально, а когда девушка вновь попыталась его уложить, сказал:

– Со мной порядок, ядреная бомба… почти порядок сейчас будет.

«Горилла» лежала там же, где и ранее, но с двух сторон кирпичи продолжали лететь. Илья постреливал то туда, то сюда, но одиночными и без особого энтузиазма – заметно было, что цель он не видит и бьет наугад, для острастки.

– Оклемался? – спросил бритоголовый, оглядываясь через плечо.

– Да, почти… – Андрей завертел головой, отыскивая автомат – тот валялся здесь же, под рукой.

Но едва взял его, как «обстрел» прекратился, и в руины Вязьмы вернулась тишина.

– Это чо, заманивают? Ну нах такие шутки, – пробормотал Илья.

– Не думаю. – Андрей ощущал, что монстры, недавно готовые броситься на людей, отступают, и понимал, что, скорее всего, человек… бывший человек, управляющий этим разноплеменным воинством, отдал приказ оставить пришельцев в покое.

Вот только зачем и долго ли продлится передышка?

– Интересно, что они вместе, – сказала Лиза, – и «желтоглазый», и «гориллы», и этот…

Она оказалась немного более наблюдательной, чем хотелось бы Андрею.

– Опять какой-то колдовской кекс? – Илья озадаченно почесал в затылке. – А, шеф?

– Не знаю, но скоро узнаем.

Никто не напал на путешественников, когда они двинулись дальше, но новая попытка свернуть на запад провалилась – на этот раз уткнулись в стену «джунглей». Пройдя еще метров пятьдесят, увидели кусок уцелевшего дома с адресной табличкой и поняли, что находятся на улице Ленина.

По левую руку открылись развалины старинной церкви, опутанные серой паутиной. На угадывающейся меж руин проезжей части обнаружился неопрятный разлохмаченный ком размером с легковую машину, а когда подошли ближе, стало ясно, что это труп «человека-паука» с выгрызенным брюхом.

Он лежал на спине, переплетя ноги, и на человеческом лице – лице красивой девушки – застыло удивление.

– Ничего себе, вот это фигня, – сказал Илья. – Никак разборки между своими были? Кто не хочет пахану подчиняться – того в расход, даже если ты сам бугор не из последних…

Похоже, именно так все и обстояло.

«Колдун» подчинил себе часть обитающих в Вязьме тварей, а остальных, кем не мог повелевать, уничтожил. Вот только остался ли в городе после этой войны местного масштаба хотя бы один человек? Или род хомо сапиенс исчез с этого участка Земли еще раньше, в момент катастрофы?

Пришлось некоторое время порыскать по развалинам, прежде чем отыскали дальнейший путь. Очутились на берегу речушки, чья вода отливала глубокой неестественной зеленью, и перешли ее по мосту, сплошь поросшему агрессивным ядовитым «плющом».

Его побеги шевелились, точно щупальца, когда троица проходила мимо, а цветы, маленькие и белые, одуряюще пахли.

До церкви, увенчанной тремя золотыми куполами, оставалось не так много. Андрей чувствовал, что направленное на них внимание исходит как раз оттуда, и меньше всего хотел идти к ней. Никто не препятствовал свернуть в сторону, отступить, обойти, но единственная более-менее проходимая тропа вела именно к белому, как снег на горной вершине, храму.

Все прочие пути закрывал хаос развалин, а на юге и вовсе блестело синее озеро.

– Ух ты! – воскликнул Илья, когда они обогнули холм строительного мусора и храм открылся во всей красе.

Лиза восхищенно вздохнула, и даже Андрей на мгновение залюбовался.

– Церковь Одигитрии Смоленской, – сказал кто-то голосом тонким, но сильным.

Обладатель голоса стоял неподалеку, и на голове его красовалась черно-красная бейсболка. Тело скрывала «гавайская» рубаха, яркая, как целая орава попугаев, а шорты и шлепанцы создавали ощущение, что перед ними турист, непонятно как попавший в разрушенную Вязьму.

Вот только с лицом у этого «туриста» было что-то не так, а из рукавов торчали лишенные плоти кости.

– Засада, мать ети! – рявкнул Илья. – Получи, гнида!

Он вскинул автомат, но Андрей в последний момент поймал оружие бритоголового за ствол и опустил его в землю – если бы «колдун» хотел напасть, он бы это сделал, а не стал тратить время на разговоры.

– Это правильное решение, – одобрил хозяин яркого наряда. – Побеседуем, рыцарь?

– Ты свихнулся, он же чудовище, – зашептала Лиза, но Андрей не стал ее слушать.

Он знал, что обитатель Вязьмы тоже включен в громадный сценарий, подчиняется жестким, хоть и непонятным законам и ни в коем случае не атакует, если предложил переговоры.

– Побеседуем. Ждите тут. – И Соловьев, оставив спутников за спиной, пошел к «колдуну».

Через несколько шагов разглядел, что лица у того фактически нет, вместо него темнеет овальный щиток из коричневой, местами ребристой кости, закрывающий все ото лба от затылка и от одного уха до другого. Невольно вздрогнул, представив, каково жить с таким «украшением», и чем вообще смотрит это существо, и как разговаривает…

– Да, я не красавец, – голос «колдуна» исходил из живота, и Андрей порадовался, что не видит того, что находится под рубахой. – Но каждому свое, рыцарь. Кому сверкающие доспехи, мужественный вид и славные победы, а кому смрадные вожделения, ядовитая плоть и ненависть всех остальных.

Прозвучало это с нескрываемой горечью.

– Почему ты меня так называешь? – спросил Андрей.

– А кто же ты еще? – удивился его собеседник. – Бродишь по дорогам, подвиги совершаешь, за Круглым Столом тебя приняли бы за своего, усадили на почетное место. Разве что коня у тебя нет, вместо копья – «АК-74», да только кого этим нынче удивишь? Двадцать первый век на дворе.

– Хм, надо же… но кое-кто называл подобных мне «героями». Я – не первый, кого ты видишь?

– Не первый. – «Колдун» взмахнул рукой, и вышло это у него как-то растерянно. – Первый возник тут через неделю после того, как все случилось, я тогда еще мало чего понимал… Он пытался убить меня, я пытался убить его, ну и больше повезло мне… он погиб.