Преданная истинная черного дракона (СИ) - Борисова Екатерина - Страница 19

— Извиняйся давай и возвращай, что взял!

— Не брал! — причитает малец. — Как есть не брал! Драконьим богом клянусь…

— Ага, — недобро улыбается Сондра. — Ещё мамой поклянись, балбес!

— Я не понимаю… — моргаю я. — За что ты его!

— Так это же он тебя обчистил, — усмехается Сондра.

— Не брал! Я ничего не брал, тётенька, сжальтесь! Она мне ухо оторвёт! А мне оно нужно! Очень! Очень!

Малец смотрит на меня огромными голубыми глазами. И у меня внутри что-то надрывается.

— Пусти его, это не он! Он же ещё ребёнок! — тянусь я Сондре, чтобы освободить пацана.

— Ребёнок? — грозно сводит она брови. — А ну, шкет, выворачивай карманы! Живо! Не то…

— Чего? — в огромных голубых глазах вспыхивают лукавые искры. — Что вы сделаете? К родителям отведёте? Выпорете? Ухо оторвёте? Не вы первые, не вы последние!

— Сдам властям! Констебль! — звонким голосом кричит Сондра. — Знаешь, что тебе будет за попрошайничество и воровство? А? Констебль!!!

Она кричит и машет ладошкой офицеру в форме на другой стороне улицы.

Тот кивает ей и направляется к нам.

— Не надо! — бледнеет мальчик. С его лица исчезают все краски до одной. — Не надо! Вот!

Он ловко достаёт откуда-то из внутреннего кармана куртки тугой набитый кошелёк и протягивает мне.

— Пустите, тётенька, я всё вернул! С процентами! Меня теперь выпорет Большой Луи, но это лучше, чем приют. Пустите!

Он начинает мелко дрожать при виде приближающегося констебля.

— Давно бы так! — Сондра подхватывает кошель, не отпуская парня. Зубами развязывает завязки и заглядывает внутрь. — Отлично! Ну а теперь пошёл!

Она отталкивает мальчишку от себя, но на этот раз его подхватываю я.

— Большой Луи, он твой отец? — зачем-то спрашиваю я. Мне совершенно не нравится, как мальчик озирается. Теперь констебль его уже не так страшит. Теперь его страшит загадочный Луи.

— Я сирота, — бурчит пацан. — Пустите, тётя! Мне пора! До обеда я должен собрать свою норму, иначе меня не пустят на порог. А вместо обеда угостят тумаками. И в следующий раз следите за своими вещами!

— Постой! — мне стоит огромных усилий удержать мальчишку за рукав.

— Что случилось, гражданочки? — рядом вырастает констебль и берёт под козырёк. — Вы хотите заявить на попрошайку? Или он посмел ограбить вас?

Он зорким глазом окидывает мальчика и достаёт из кармана магические наручники. Мальчишка дёргается и тихо скулит.

— О, нет! — я выдыхаю как можно более миролюбиво и хлопаю глазами. — Мы потерялись! Впервые в таком чудесном городе, вы не подскажите мне и моей сестре и младшему брату, где можно сытно и недорого поесть?

Я вкладываю в свой голос всё очарование, на которое способна, и улыбаюсь нежно, трепетно.

Суровый взгляд констебля пускай и не сразу, но смягчается. Уголки его губ дрожат в подобии улыбки.

— Конечно, мисс, — он разворачивается и указывает на неприметное здание в конце улицы. — Вон в той таверне отлично кормят и берут совсем немного. Скажите, что вы от Мориса и для вас сделают скидку, а в похлёбку добавят лучший кусок мяса.

— Спасибо вам, офицер Морис, — я улыбаюсь ещё шире и осторожно касаюсь его руки в знак благодарности.

Он расплывается в улыбке и собирается ещё что-то сказать, но со стороны рынка раздаются громкие крики и звуки драки. Зеваки толпой окружают чью-то разборку.

— Прошу простить меня… — констебль с сожалением смотрит на меня.

А я величественным жестом отпускаю его.

Откуда что берётся? Не иначе мамина наука пришлась к месту!

— Ты что творишь? — шипит Сондра, едва констебль отходит от нас. — Какой ещё братец?

— Младший! — отвечаю так уверенно, что девушка удивлённо моргает. А сама уже наклоняюсь к притихшему мальчишке. — Послушай, парень, хочешь изменить жизнь? Получить тёплый кров над головой, нормальную постель и еду, ради которой не придётся воровать?

— Ноги этого засранца не будет в моей таверне! — Сондра складывает руки на груди и гордо вскидывает голову, отчего рыжие кудряшки воинственно подпрыгивают.

Глава 25. Уговор

Но я-то уже всё решила. Пускай малец оступился, но я уверена, что он ещё не потерян. Слишком мал, чтобы погрязнуть в грехах по самую макушку. Шанс его вытащить ещё есть.

И я даже сама не могу дать себе отчёт в этом странном стремлении спасти пацана, защитить его и увезти с собой.

Возможно, я соскучилась по братьям. Шумным и непоседливым, вечно что-то придумывающим и поднимающим поместье с ног на голову. А этот малыш помог вспомнить мне всё самое хорошее, что было в моей прошлой жизни, всё самое искреннее и доброе. И мне безумно жаль будет снова расстаться с этим!

— Сондра, послушай, — я всё ещё крепко держу мальчишку за рукав, но обращаюсь к подруге. — Нам с тобой предстоит непростое дело — восстановить таверну, зазвать туда гостей, накормить и обслужить всех на должном уровне. Лишние руки не помешают…

— Ты хотела сказать лишний рот! — фыркает подруга. — Посмотри на его руки! Посмотри! Он тяжелее горсти монет в жизни не держал! Это руки вора-карманника, нежные пальчики и тончайшая кожа! Уверена, он ещё и мухлевать в драконьи кости умеет!

— Не умею! — вставляет своё замечание мальчишка.

— Молчи уже! — беззлобно одёргивает его Сондра. — Идалин… посмотри, он карманник, вор! Втираться в доверие к таким, как ты — его работа! Сейчас он таскает деньги из карманов и кошельков, станет старше — будет промышлять в трактирах, а потом искать доверчивых дамочек, чтобы скрасить их «одиночество». Его уже не исправишь!

— Не верю!— упрямо топаю ногой. — К тому же ты сама сказала, что спуститься от нашей таверны вниз зимой под силу только взрослому дракону. Мы можем взять его на испытательный срок. Сондра, ну посмотри на него! Ты сама осталась одна! Болезнь унесла твоих родителей, а моя семья отняла бабушку. Но ты была взрослая и тебе понадобилась помощь! А он ещё ребёнок!

От упрямого противостояния я перехожу к просящим ноткам в голосе. Мальчишка что-то чувствует и присоединяется ко мне, глядя на Сондру огромными щенячьими глазами.

Подруга фыркает, отворачивается, фырчит ещё и ещё и… сдаётся!

— Ну ладно! Меня ты уговорила. А он-то согласен?

— Я? — мальчик удивлённо смотрит на неё, потом на меня. Словно его впервые спросили о том, что он хочет.

— Послушай… — начинаю я.

Но Сондра обрывает меня, дёргает мальчишку за воротник и грозно перечисляет условия.

— Моя таверна на склоне Большого Драконьего Пика. Бежать там некуда и прятаться негде! Работы много! Но и с едой я не обижу. Дам испытательный срок — полгода. Если справишься, начну платить. Немного! Но на безделушки хватит. Воровства не потерплю. И не смотри так! Лени тоже не место в моей таверне. Ну что, согласен? — она протягивает для пожатия свою ладонь с застаревшими мозолями.

А мальчик смотрит на неё, как на что-то удивительное, чего никогда не видел.

— А бить будите? — спрашивает он и трёт красное ухо.

— Обязательно! — фыркает Сондра. — Когда заслужишь, тогда и получишь. Для профилактики не бью!

Мальчишка хмурится. Смотрит на меня, на Сондру, прикидывает что-то в уме и соглашается.

— Идёт! — он подхватывает её руку и крепко жмёт. Я кладу свою обожжённую ладошку сверху и чувствую мягкое тепло. Что заструилось по венам.

— Ты меня понял, пацан! — щурится Сондра и отпускает его ладонь.

— Ноэль.

— Что?

— Меня зовут Ноэль, — он деловито шмыгает носом и вытирает его рукавом.

— Вот это брось, Ноэль! — строго одёргивает его Сондра.

И мальчик смущается.

— Так, Ноэль, ты знаешь, где станция драконьих извозчиков? — наклоняется к нему Сондра.

— Конечно!

— Дуй туда и жди нас там, мы вылетаем…

— Постой! — я обнимаю Сондру за плечи. — Зачем ты его отправляешь, он же знает весь город! Покажет те места, которые нам нужны.

— Сдурела? Он выведет нас к своим дружкам! Я приняла его на работу, но доверять ему пока не готова!