Просто бизнес (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 51

— Отлично, — Бруни потер руки. — Когда начинаем?

— Как можно скорее, нельзя чтобы сахар просто лежал на складах, он привлечет внимание. Надо встретиться с Д'Амико прямо сейчас. — сказал я и усмехнулся. А потом добавил. — Но есть еще одна маленькая проблема.

— Какая? — насторожился Бруни.

— Рафаэль не говорит по-английски, — признался я. — Вообще ни слова. Только испанский.

Бруни моргнул, потом усмехнулся.

— Серьезно? — переспросил он.

— Серьезно, — вздохнул я. — Гарсия заверил меня, что это не проблема, но, думаю, переводчик все-таки нужен.

Бруни задумался, потом кивнул.

— Найду, — сказал он уверенно. — У меня есть несколько знакомых мексиканцев, они переведут, если что.

— Вот и отлично, — я улыбнулся. — Тогда так. Как только договоришься с Гаспаро, сообщи мне, к тебе привезут Рафаэля. Найди к тому времени переводчика, обсудишь, что надо закупить и вообще. Деньги…

— За деньгами приедешь ко мне, — вставил Мейер.

— Да, — кивнул я. Он все-таки наш казначей.

— Тогда я пойду, — сказал Бруни. — День только начался, может быть успею встретиться с Д'Амико сегодня, а тогда придется в Джерси ехать. Время деньги.

— Хорошо, — кивнул я.

Мы попрощались, Сэл ушел. Я подумал о том, что половину денег, которые он принес, придется отдать Массерии. Но это ладно, этот козел все-таки еще немного подождет. Я ему не собачка, бежать сразу, как только сошел с корабля.

Багси уже успел прикончить колу, я как раз допивал свою бутылку. И тут Мейер вспомнил:

— Кстати, вчера звонил Макгрегор, тот ирландец. Искал тебя.

— По поводу виски? — спросил я.

— Нет, я тоже спросил, но он сказал, что они все решили уже по поводу виски. Сказал, что у него есть идея, хочет обсудить. Просил перезвонить, как только вернешься.

— Что за идея не говорил? — спросил я.

— Не сказал, — пожал плечами Мейер. — Только что это важно и выгодно.

Понятно. Значит, это связано с боями. Неужели все-таки решился? Хотя, почему бы и нет, на официальные бои же не будет заявляться полиция. Особенно если сделать все по уму.

— Хорошо, — кивнул я. — Позвоню ему вечером.

Мы сидели еще полчаса, обсуждали разные мелочи. Мне пришлось по второму кругу рассказать историю про похищение, уже для Багси, он заявил, что я зря отпустил бандитов, и что их тоже следовало поубивать в назидание. Потом еще поговорили о планах.

А потом я ушел. Поймал такси и поехал домой на Малберри-стрит. Если уж туда завтра приедет Гэй, то надо будет хоть немного убраться. Да и продуктов купить тоже лишним не будет.

Наверное мои соратники по организованной преступности удивились бы этому, но я вычистил всю квартиру. Сменил белье, отнес все грязное в прачечную, а костюм и пальто, которые так я не почистил после заключения в участке, в химчистку. Вымыл раковину, унитаз, ванну, даже полы. Потом купил продуктов.

Это был мой способ расслабиться, если так можно было сказать. Отвлечься от дел, от криминала и решения вопросов. Да и хотелось сделать приятное Гэй, пусть она наверняка и решит, что убирался я не сам, а нанял кого-то.

Потом приготовил ужин — букатини с креветками в сливочном соусе, рецепт которых вытащил из памяти Лаки. Поел, а потом обнаружил, что наступил вечер. Поэтому я включил радио, налил себе виски — рома уже не хотелось, но взял сигару и уселся на диван.

Как раз было время вечерних новостей.

— Дамы и господа, это вечерний выпуск новостей WABC. Сегодня на Уолл-стрит сохраняется нервозность после октябрьского краха. Индекс Доу-Джонса закрылся на отметке двести тридцать пунктов — небольшое восстановление по сравнению со вчерашним минимумом, но все еще более чем на сто восемьдесят пунктов ниже сентябрьского пика. Банки сообщают о росте снятия вкладов, а экономисты предупреждают: последствия могут сказаться на занятости и потребительских расходах по всей стране. Оставайтесь с нами, следите за развитием событий.

Крах идет полным ходом, и никто ничего не может с этим сделать. Народ уже начали увольнять, а вот и люди пошли снимать деньги. В данном случае, конечно, радио не врет.

— В спортивных новостях: поклонники студенческого футбола с нетерпением ждут субботнего матча между Йелем и Гарвардом — традиционного соперничества в Лиге плюща. Обе команды борются за почетное звание.

От спортивных новостей толку нет — чтобы ставки делать, ничего не помню особо. До знаменитого боя Тайсона и Холифилда еще лет семьдесят, а больше ничего из прошлого мне и не запомнилось. Хотя лудоманией заниматься в моем положении — это так, мелочь посшибать.

— Из Олбани поступила важная новость: апелляционный суд штата Нью-Йорк единогласно поддержал позицию губернатора Франклина Делано Рузвельта по вопросу о государственном бюджете. Суд отклонил попытки законодателей разделить ассигнования на отдельные суммы. Решение укрепляет полномочия губернатора в административных вопросах и воспринимается как победа за эффективное управление в условиях нарастающих экономических трудностей.

Рузвельт. Может быть, попробовать с ним связи завести? Он ведь скоро в президенты баллотироваться будет, новый курс организует. Ну а что, я могу обеспечить ему голоса итальянской диаспоры. Надо запомнить это.

— Переходим к международным делам. В Европе продолжаются переговоры по германским репарациям по плану Юнга. Из Берлина сообщают о нарастающем напряжении: рейхстаг обсуждает условия, канцлер Герман Мюллер настаивает на принятии плана для стабилизации экономики. Эксперты отмечают: любая задержка может усугубить и без того тяжелое финансовое положение в мире, вызванное недавними событиями на Уолл-стрит.

А вот это ранние отголоски того, что скоро случится в Германии. И мне хотелось бы ситуацию поменять, но я понятия не имею, что делать. Гитлера заказать через наших друзей в Италии? Да только как до него дотянуться?

А ведь предотвратить Вторую Мировую очень хотелось бы. Это же как минимум сто миллионов жертв получилось бы избежать. А из них тридцать — в моей родной стране.

Но нет идей пока, как это сделать. Может быть, позже что-то придумаю, когда и сам вес наберу, пооботрусь, и с политиками связи у меня появятся. До прихода Гитлера к власти еще четыре года есть.

А радио вещало дальше:

— В Советской России продолжается реализация амбициозного пятилетнего плана индустриализации коммунистической партии. Сообщается о массовом строительстве заводов и коллективизации сельского хозяйства. Западные наблюдатели выражают скептицизм по поводу осуществимости плана, ссылаясь на нехватку продовольствия и волнения среди рабочих, однако Москва заявляет о быстром прогрессе в производстве стали и машин для того, чтобы догнать капиталистические страны.

Да, пятилетка действительно идет. А еще голод. И здесь опять же нечем помочь. Скоро в США будут уничтожать продукты из-за перепроизводства, и я мог бы скупить их и попытаться продать Сталину. Только вот кто я такой, чтобы он со мной работал? Смешно.

— И наконец, техническая новость: повреждение трансатлантических кабелей привело к задержкам в передаче несрочных телеграмм между Соединенными Штатами и Европой. Срочные сообщения проходят без помех, однако более дешевые каналы связи могут задерживаться, что сказывается на деловой и личной переписке в этот непростой экономический период.

И тут телефон зазвонил. Кто бы это мог быть? Может быть Сэл хочет отчитаться о встрече с Д'Амико?

Я подошел к телефону, взял трубку:

— Лучано у аппарата.

— Чарли, это я, Конор!

Ну до меня и так дошло. Дело правда было не в голосе, его через помехи было слышно с трудом, зато вот акцент был вполне себе различим. Черт, а ведь Лански говорил мне, что у него дело, а я забыл перезвонить.

— Мейер передавал, что у тебя есть идея. Что ты там придумал? — спросил я.

— Так это ты придумал, — сказал Макгрегор. — Ты же сам предложил перейти мне на легальные бои. Я хочу создать бойцовскую лигу. Профессиональную. Организовывать бои, продавать билеты, привлекать спонсоров. Большие деньги, Лаки.