Фигляр 2 (СИ) - Джудас Анастасиос - Страница 18

Со-юн, стоявшая уже у выхода, наблюдала за ним с широко раскрытыми глазами. В голове всё переворачивалось.

«Он безумный фигляр? Или гениальный актёр?»

Ответ пугал одинаково.

Ин-хо шёл спокойно, не оглядываясь. Его спина была прямой, походка — уверенной, будто артист покидал сцену после идеально сыгранной роли. Он оставил за собой не просто впечатление — след.

Ким Джи-вон провожала его взглядом, медленно приподнимая брови.

— Ну и манеры, — пробормотала она, но в её голосе звенел интерес. — Чинча, Ми-ран-а, этот мальчик... Он пахнет не просто деньгами. Он пахнет историей. Или скандалом. А в моей профессии это, знаешь ли, часто одно и то же.

Ми-ран заставила себя рассмеяться — сухо, нарочито легко, «на камеру».

— Ох, перестань, Джи-вон-а. Ты везде видишь проекты. Это просто... друг Со-юн. Ничего особенного.

— Понимаю, — Джи-вон прищурилась. Её глаза сверкнули, как два объектива. — Свежо, необычно, перспективно. Такая осанка, такой взгляд... Не из наших, да?

Она сделала паузу, будто пробуя догадку на вкус.

— Европейская аристократия? Или японский капитал? В нём есть эта чуждость. Фотогеничная чуждость.

Ми-ран, чувствуя, как у неё пересыхает во рту, лишь изящно улыбнулась и пожала плечами:

— Ты знаешь, Джи-вон-а, — голос её был холоден и вежлив, — у каждой девушки должны быть свои секреты.

Не дожидаясь ответа, она сделала вид, что заинтересовалась манекеном в витрине. Но глаза её были прикованы к отражению: дочь и незнакомый парень направлялись к лифтам, а она всё смотрела и смотрела.

— И вообще, я не люблю обсуждать такие вещи, пока всё не устоялось. Надеюсь, ты меня понимаешь.

МЕДЕЯ И МАТЕРИНСКАЯ ТРЕВОГА

Джи-вон фыркнула, доставая из клатча телефон, чтобы проверить уведомления.

— Секреты — это роскошь, которую не всегда можно себе позволить. Ну ладно, не буду настаивать, — она перевела дух, окидывая взглядом торговый зал.

— Я здесь, как ты поняла, не за шопингом. Контролирую подготовку к показу DenimVibe. Эти мои непоседы из «Eclipse» выйдут на подиум, и если хоть один шов на их джинсах будет кривым, мой креативный директор полетит в канализацию вместе с их коллекцией.

В этот момент к ним подошли двое — молодой человек с планшетом и женщина с комм-сетью в ухе. Они почтительно замерли в нескольких шагах, давая понять, что ждут указаний.

— Саджан-ним, — обратился молодой человек, — освещение на главной площадке настроено, но нужна ваша финальная проверка. И репетиция хореографии переносится на двадцать минут.

Джи-вон вздохнула с преувеличенной усталостью, но в глазах её горел азарт.

— Видишь? Вечный хаос. — она собралась уходить, но внезапно остановилась и обернулась к Ми-ран.

— Кстати, сегодня здесь будет настоящее столпотворение. Мы разослали приглашения во все элитные старшие школы — бесплатный вход на шоу для старшеклассников. Отличная пиар-акция. Так что готовься — твоя младшая, наверное, уже мчится сюда с подружками. Для них это же событие года.

Ми-ран, всё ещё погружённая в свои тревожные мысли, нахмурилась.

— Сун-ми? — она произнесла имя скорее автоматически. — Не знаю... Возможно. Если узнает. Она в последнее время... живёт в своём мире.

В её голосе прозвучала непривычная нота растерянности. Мысль о том, что Сун-ми может быть здесь, в этой же Galleria, где только что произошла та странная сцена, где бродит этот загадочный юноша, и где сейчас соберётся толпа фанатов, вызвала у неё новую волну беспокойства.

— Ну, если захочет пройти за кулисы, отправь её ко мне, — добавила Джи-вон, уже отворачиваясь. — Думаю, девочки будут в восторге от такой возможности. Передавай мой привет супругу.

И она ушла, окружённая своей свитой, раздавая чёткие указания которые тонули в нарастающем гуле Galleria.

Пак Ми-ран осталась одна. Слова подруги повисли в воздухе, смешавшись с тревогой, которую вызвала эта мимолётная встреча. Её взгляд метнулся к лифтам, где скрылись Со-юн со спутником, а затем к телефону в её сумке.

Внутри всё кричало о необходимости действовать. Но как?

«Догнать их? — пронеслось в голове. — И что я скажу? "Извините, что побеспокоила, но кто вы такой и каковы ваши намерения относительно моей дочери?"» Это выглядело бы нелепо и лишь подчеркнуло бы потерю контроля. Со-юн, с её упрямым взглядом, наверняка лишь ощетинилась бы в ответ, продемонстрировав свой фирменный жест рукой.

Тогда, может, позвонить Сун-ми? Узнать, где она и не собирается ли, как и предсказала Джи-вон, мчаться сюда, на это шоу, в самый эпицентр назревающего хаоса? Но такой звонок выдал бы её собственную нервозность, её слабость. К тому же, Сун-ми в последнее время отвечала на её вопросы односложно, погружённая в свой собственный, непонятный Ми-ран мир.

Она стояла, застыв в нерешительности, в самом центре бурлящего потока покупателей, чувствуя, как привычная почва уходит из-под ног. Две её дочери, каждая по-своему, оказались вовлечены в водоворот событий, центром которого, так или иначе, был этот загадочный незнакомец. А она, всегда державшая всё под контролем, осталась на периферии, лишь гадая, что же произойдёт дальше.

Сжав ручку сумки так, что костяшки пальцев побелели, она медленно повернулась и направилась к выходу. Бежать за ними было унизительно. Звонить младшей — преждевременно. Оставалось лишь одно — она остановилась, осознав незавершённость начатого, и решительно развернулась назад, в La Perla.

Её каблуки отчётливо стучали по мрамору, возвращаясь туда, где всё началось. Консультантка с тем же подобострастным выражением лица уже спешила к ней навстречу.

— Госпожа Пак! Чем могу быть полезна?

Ми-ран прошла мимо неё, как торнадо, целенаправленно движущееся к побережью. Её взгляд скользнул по стойкам, пока не нашёл то, что искал — другой комплект, не «Антигону», но столь же вызывающий. Чёрное кружево, переплетённое с кожей, модель «Медея».

— Этот, — её голос прозвучал холодно и безапелляционно. — Мой размер. Примерять не буду. Упакуйте.

Она протянула карту, даже не взглянув на ценник. Этот жест был важнее покупки. Это был акт восстановления контроля. Если мир сходит с ума, если дочери заводят таинственных кавалеров, а мужья предают семейные устои — она хотя бы может позволить себе этот чёрный кружевной вызов.

Пока консультантка бесшумно исполняла приказ, Ми-ран стояла неподвижно, её кожаное платье вдруг стало не вызовом, а униформой. Она доделывала то, что начала. Завершала манифест.

Получив тёмный лакированный пакет, кивнула и с тем же решительным видом направилась к выходу. Теперь — да, теперь можно было уходить. Один вызов был брошен, другой — куплен и упакован. Война была объявлена, и она только что обеспечила себя оружием. Оставалось дождаться подходящего момента для атаки.

АНОМАЛИЯ ПО ИМЕНИ ИН-ХО

Со-юн шла рядом с Ин-хо, уже не скрывая изучающего взгляда. Казалось, смутить этого, по сути, школьника было невозможно. Его недавняя выходка с поцелуем руки — это был просто космос. Со-юн вдруг с поразительной ясностью осознала: среди всего её окружения, всех знакомых чебольных наследников и выпускников престижных университетов, не было никого, кто был бы хотя бы отдалённо способен на подобное.

«Это ж надо! — крутилось в голове. — Так впечатлить тётю Джи-вон! Это её лицо... оно до сих пор стоит перед глазами».

Мысленный восторг смешивался с лёгким страхом. И ещё одно осознание не давало покоя: её мать, Пак Ми-ран, так и не узнала, кто стоял перед ней. Два разных человека. Два образа, совершенно не связанных между собой. Тот, в отвратительных обносках, и этот — в безупречном Tom Ford. Кто же он на самом деле?

Помимо этого, ещё одно чувство грызло её изнутри. Со-юн, будучи старше Ин-хо больше чем на семь лет, этого возрастного разрыва совершенно не ощущала. Минимум — он воспринимался как её ровесник, а в моменты вроде того, что был в La Perla, он и вовсе казался старше и опытнее. Разве такое возможно? Его поведение — спокойная наглость, точный расчёт — это была ещё одна аномалия в длинном списке странностей Канг Ин-хо.