Подонок. Ты – моя игрушка (СИ) - Пелевина Катерина - Страница 38

— У меня всё в порядке. Я уже сказал… Не плохо мне. Успокойся…

Он, видимо, думает, я такая дурочка… Ну ладно. Не вытягивать же из него теперь клещами. Просто ложусь обратно и обнимаю его, принюхиваясь. Надеюсь, его состояние никак не связано с мыслями о бывшей, к примеру. Вдруг он понял, что хочет с ней помириться и боится мне сказать… Или что-то такое, блин…

До самого конца фильма я думаю об этом и переживаю, а когда выходим из кинотеатра, он обхватывает мою руку своей.

— Извини за моё поведение… Я что-то совсем сегодня туплю…

— Ник… Если ты чувствуешь, что должен помириться с Кирой, то я не стану тебе мешать… Если ты считаешь, что тебе из-за этого плохо.

— Погоди, — дёргает меня за руку, останавливая. — Чё?

Смотрю в его сердитые омуты и все слова, что сидели на языке, куда-то пропадают…

— Жень… Я не из-за Киры такой сегодня… Не в ней вообще дело. Чего ты её приплетаешь? Нет у меня к ней ничего, — повышает он голос с нервозом.

— Ясно…

— Ты так и будешь сомневаться, да? У меня тоже бывают смешанные состояния…

— Я не сомневаюсь, Ник… Но ты очень злой сегодня. Я понимаю и верю, что это состояние не вечно, просто расскажи мне… Ведь мне тяжело на тебя смотреть…

— Почему?

— Потому что… Ты мне не безразличен, — отвечаю, ощущая, как внутри колет.

Ник хмурится и смотрит на меня, собрав наши пальцы в замок.

Роняет взгляд в пол, и я вижу, как сильно вздымается его грудная клетка. Буквально раздувается от тяжёлого дыхания.

— У меня просто вышел неприятный разговор с мамой, вот и всё… Извини, что тебе приходится…

Не успевает он договорить, как я вжимаюсь в его кофту носом. Обняв так крепко, как могу.

— Я чувствовала, что что-то не так…

Ощущаю, как его руки проходятся по моей спине.

— Ты замёрзла, наверное, уже… Пошли в машину… Там поговорим, ладно?

— Ладно, давай… — соглашаюсь, и мы за руку следуем в его машину.

Фильм, если честно, я даже не смотрела, хотя и так всё помню. Но не могла я отвлечься. Все мысли были о нём и его состоянии.

Как только садимся, буквально сразу согреваюсь, потому что он заранее её прогрел. Смотрю на него, но говорить он не торопится, будто с мыслями собирается.

— Я не знаю, как начать…

— Просто скажи, что случилось… Надеюсь, это не из-за меня?

— Вообще-то… Вроде как. Немного… — сжимает руки в кулаки.

— Она против?

— Можно и так, наверное, сказать…

— И ты… Что ты хочешь… Ты не хочешь тогда?

— Жень, успокойся…

Я и сама слышу, что мой голос дрожит. И если честно, это больно слышать. Я и не думала, что понравлюсь его матери. Просто это очень горестно осознавать, что она наши с ним отношения вряд ли примет… Что бы я ни делала. Как бы ни старалась понравиться. Я всегда буду напоминать ей о расставании с мужем.

— Я хочу. Ты знаешь это… Ты всё видела…

Молчу, глядя на него и душа наизнанку выворачивается. Мне кажется, с ним то же самое сейчас.

— Я не собираюсь сомневаться или что-то такое. Просто из-за этого нет настроения. Но это не значит, что я передумал. Да?

— Угу, — киваю, ощущая, как предательски щиплет глаза. И, естественно, они начинают слезиться. А Ник перехватывает моё лицо за подбородок. Проникая прямо в сердце одним только взглядом, смотрит остро и выразительно. Его брови при этом выстраиваются в одну хмурую линию.

— Жень… Ты мне нравишься. Я правду говорю, — выдыхает устало. У меня чувство, что я сейчас окончательно разрыдаюсь, но он останавливает мой порыв, касаясь губами лица. Целует нежно и аккуратно. Я бы даже сказала не как обычно. Ведь я привыкла к его натиску, а тут… Крылья бабочек. И они с точно такой же силой по инерции щекочут низ моего живота. Вдыхаю его запах и пропускаю язык внутрь. Сталкиваюсь с мытным вкусом жвачки и лёгким привкусом сигарет. Ощущаю зависимость от этих ощущений… Словно кто-то посадил на поводок. Всё внутри грохочет и взрывается. И уже через секунду я сижу на нём, самостоятельно перебравшись на его колени и обхватив за шею… Он держит и не отпускает, а у меня горит тело в его руках… От его поцелуев. И меня даже не смущает тот факт, что мы не отъехали от кинотеатра… Мне просто хочется запомнить это мгновение, потому что именно сейчас я всем сердцем ощущаю, как много чувствую к нему… И что по-настоящему живу…

От автора: Сегодня максимальные скидки на две мои работы:

1) Не отпускай меня

https:// /shrt/eHpn

2) Я тебя у него заберу

https:// /shrt/24-5

Глава 41

Никита Хорольский

Мы приезжаем домой, и я всем сердцем хочу остаться один, потому что не вывожу уже. Зря я думал, что её влияние на меня ничтожно. Это не так. Оно колоссально, и я бы даже сказал разрушительно.

Потому что я начинаю менять своё отношение…

Даже ревновать… Особенно, когда она кому-то пишет, и у меня подкрадывается ком к горлу.

— Ты чего?

— Ничего… — сижу рядом в гостиной. На диване. И смотрю на неё неотрывно. Будто безмолвно выпрашивая ответа, который хочу слышать.

— Наташа просто… Спрашивает про Лёшу… Мы скоро пойдём спать?

— Мы?

— Ну да… Я думала… А ты не хочешь?

— А ты… — спрашиваю, глядя на неё взволнованно. Я чуть от тех поцелуев в машине не сдох, если честно. Тяга просто сумасшедшая. Думал схаваю её. Да и она даже не сопротивлялась. Стонала и дышала в мой рот, словно только и ждала, когда же у нас всё случится. Я еле затормозил снова… Сам не знаю почему.

— Я… Мне понравилось…

— Ладно, если понравилось, то хочу, конечно… Я только позвоню, ладно? Мне надо… — предупреждаю её, и она кивает, отпуская меня. После чего достаю сигарету и иду к своей машине на улицу. Подальше оттуда, чтобы она не услышала разговора… Хотя и звонить совсем не хочу…

— Привет…

— Привет, Ник. Что-то случилось?

— Нет… Мам… Я хотел спросить… Про её отца…

— Ник, ты скинул Эльвире на компьютер всё, что надо?

— Я скинул…

— А Женя не видела?

— Нет… Она цветы ставила тогда. Точно была внизу…

— Ну и всё тогда. Дальше не переживай. Уверена, что рыбка увидит и не проплывёт мимо…

— Допустим… Даже если… Отец же не поверит, что она ни с того, ни с сего начала с ним общаться… Он же с ней постоянно.

— Ты в голову не бери лишнего, хорошо? Он уезжает сейчас… И у меня будут фотографии. Мы её выманим… Всё будет хорошо. Нужно будет только потом с ним рассчитаться. Не с моего счёта. Придумаем…

— Ладно… Я понял тебя… Договорились.

— И Ник…

— Что?

— На всякий случай… Мне нужны будут Женины фотографии… Ты понимаешь, да? Потому что всё может пойти не по плану… Не буду уточнять какого характера. Ты понял… — говорит она, заставив напрячься и ненароком сломать сигарету в руке.

— Понял, — отвечаю еле слышно. Но для себя самого звучит как пушечный залп, если честно.

— Ну и чудно. Дорогой мой… Мы избавимся от этой семейки раз и навсегда… И я вернусь к твоему отцу. К тебе… Будем жить вместе, как раньше. Ты же хочешь этого?

— Хочу…

— Хорошо. Беги тогда… Я на связи. Если что, можешь всегда писать мне и звонить, дорогой…

— Ладно, — она сбрасывает, а я ещё минуту пялюсь на пустой экран. Внутри такой раздрай, что словами не передать. А ещё ведь идти к ней… Ещё смотреть в глаза… Я, блядь, уже жалею, что ввязался в это, как бы ненавидел по началу…

Поднимаюсь наверх и иду мимо её комнаты к себе, а она открывает дверь и зовёт меня.

— Ник… Ты не придёшь?

— Приду… Душ приму только. Ладно?

— Угу, я тоже… Пойду на первый этаж тогда…

— Хорошо, — отвечаю ей, а сам не ухожу даже. Всё… Опять заколдовала своими омутами. Буквально тянет сетями, словно я уже попался… Никуда мне не деться…

— Пожалуйста, не грусти, — подаётся вперёд и врезается в мою кофту носом, обхватив за спину.

— Жень… Я не грущу… Правда…

— Мне становится плохо, когда ты такой…