Развод. Дальше - без тебя (СИ) - Гесс Ария - Страница 1

Ария Гесс, Оливия Лоран

Развод. Дальше — без тебя

1

Буквы перед глазами расплываются. В очередной раз перечитываю текст в пригласительном, пока пытаюсь дозвониться мужу.

— Слушаю! — недовольный голос Паши разрывает динамик.

— Ты где?

— Работаю, Маша! Если не отвечаю — значит, занят. Зачем названивать?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Несколько секунд уходит на то, чтобы собраться с мыслями. Дело даже не в тоне моего мужа. Изредка, но он может повысить голос, когда его отвлекают от работы. Как бы не было досадно, но я привыкла к его вспыльчивости. Как и к тому, что он часто работает по выходным.

Меня смущает другое.

В пригласительном, которое доставил курьер, указано мое имя. Но судя по содержанию, званый ужин организует компания моего мужа.

— Паш, мне выслали…

Договорить я не успеваю, потому как он просто сбрасывает звонок.

Еще пару раз пытаюсь ему дозвониться, пока меня не перебрасывает на голосовую почту.

В груди ощущается тяжесть. Сердце неприятно ноет и не находит покоя, как я не пытаюсь убедить себя в том, что это какая-то ошибка, и ничего странного здесь нет.

За последние несколько лет я всё чаще закрываю глаза на многие вещи. Но сегодня… Сегодня что-то идет не так.

Тревожные мысли заглушает собственный пульс, бьющийся в висках, пока я спешно заказываю такси, а затем хватаю пальто и выхожу из дома.

Внешний вид меня мало заботит. Сейчас я думаю лишь о том, что мне нужно как можно скорее оказаться на этом ужине.

Не понимаю, зачем. Я просто так чувствую.

— Женщина, там впереди авария, — обращается ко мне водитель. — Сзади подперли. В пробке простоим минут двадцать. Не сильно спешите?

— Далеко нам еще?

Нервное напряжение требует выход. Не могу сидеть на месте в ожидании. И таксист, судя по всему, считывает мою реакцию.

— Один квартал, — смотрит с подозрением, когда я хочу расплатиться.

— Спасибо, я выйду здесь.

— Промокните же! — доносится в спину, когда я уже выхожу из машины.

Погода сегодня под стать моему внутреннему состоянию. За несколько метров пути промокаю с ног до головы. Кутаюсь плотнее в свое пальто, мокрые волосы неприятно липнут к лицу, по которому ручьем стекают холодные капли.

Пока дохожу до высотного здания по адресу, указанному в пригласительном, думаю уже лишь о том, как сильно замерзла, и хочу поскорее оказаться внутри.

Но как только я прохожу в основной зал, забываю обо всём…

Холод, мокрая одежда, мой совершенно неподходящий внешний вид для данного мероприятия уходят на задний план, когда я сразу же нахожу взглядом своего мужа в компании красивой молодой брюнетки.

Его рука по-собственнически лежит на ее пояснице. Пальцы будто случайно задевают обнаженную кожу на абсолютно открытой спине. А выражение его лица…

Когда-то он так смотрел на меня.

2

Сейчас же его взгляд направлен на нее. Давлю в душе гадкое ощущение отчаяния в этот момент, стараюсь думать о том, что это может быть просто коллега, партнер…

Девушка ему что-то говорит, а он внимательно ее слушает и улыбается. Мне он тоже уже очень давно так не улыбался…

— Добрый день, — обращается ко мне молоденькая девушка в классическом костюме, — сегодня у нас запланирован очень важный вечер, поэтому ресторан не работает, можете покинуть помещение? — с улыбкой на лице добавляет она, и я, все ещё смотря на улыбающегося и обнимающего незнакомку мужа, машинально протягиваю ей приглашение.

Нервы не выдерживают, руки трясутся.

Она удивленно оглядывает меня, и в этот момент, видимо, почувствовав пристальное внимание со стороны, Паша оборачивается.

Секундная растерянность на его лице сменяется недовольством. А после и раздражением.

Да, таким я узнаю Пашу.

Сердце сжимает от понимания того, что лишь подобные эмоции у него возникают при моем виде.

— Кто она? — спрашиваю девушку, пока она все ещё стоит рядом.

— Кто? Ангелина Сергеевна? — оборачивается девушка.

— Кто та девушка, что стоит рядом с Пашей?

— Так это же жена Павла Петровича, — словно на идиотку смотрит на меня.

А я и есть идиотка.

Осознание того, во что превратился наш брак, только сейчас обрушивается на меня лавиной. До боли в сердце. До четкого понимания, что вот он конец.

Внутренне подбираюсь, когда он направляется в мою сторону. Обещаю себе, что не упаду еще ниже. Хотя, куда уж ниже… Он настолько стыдится меня, что представил всем свою любовницу женой?!

— Что ты тут делаешь? — цедит сквозь зубы муж, оглядываясь по сторонам.

Но люди не дураки, щепотки уже полностью заполняют пространство зала, а взгляды присутствующих словно «ненароком» раз за разом цепляются за нас.

Мне становится тошно. Хочется провалиться сквозь землю, только бы не испытывать этого унижения.

Только я собираюсь развернуться и уйти из этого наполненного лицемерием места, как он круто меня разворачивает. Его пальцы больно сжимают локоть, оттягивая меня в сторону.

Но я не поддаюсь и пытаюсь вырвать руку из жесткой хватки.

— Позорище… — продолжает муж. — Заявилась сюда, да ещё и в таком виде. Опозорить меня решила на глазах у всех? Пошли! — снова дергает за локоть.

В шоке не сразу нахожусь с ответом. Таким я его вижу впервые. Он никогда не позволял себе так со мной разговаривать…

И всё же мне есть, что ему ответить. Очень многое хочется сейчас сказать. Но я невольно смотрю ему за спину и вижу, как эта брюнетка, которая минуту назад так мило общалась с моим мужем, сейчас разговаривает с… Милой.

Сердце пропускает удар.

— Что здесь делает наша дочь? — сиплю растерянно, не узнавая собственный голос. Он стал безжизненным.

— А где ей быть? — спрашивает Паша, будто насмехаясь надо мной. — С тобой что ли дома сидеть? Я знакомлю ее с важными людьми. Тебе, сидя в четырех стенах, этого не понять.

— Важные люди — это твоя любовница? — смотрю ему в глаза, пытаясь разглядеть хотя бы толику сожаления, но натыкаюсь лишь на враждебный взгляд и стиснутые скулы.

3

— Не смей ее так называть! — говорит так, словно разорвать меня готов. — Скоро это изменится, потому что мы с тобой разведемся. Ни секунды больше не хочу тебя видеть.

Во мне что-то ломается. Желание разговаривать с предателем мгновенно исчезает.

Но и уходить просто так я не собираюсь… Его открытое пренебрежение придает сил и пробуждает защитные рефлексы.

Срываюсь с места и направляюсь к дочери. Она замечает меня практически сразу, а затем косится на брюнетку, мысленно показывая, чтобы я не подходила, словно испытывает неловкость.

Тоже меня стыдится? Перед ней?

— Мила, нам нужно поговорить, — проглатывая горечь обиды, обращаюсь к дочери. — Давай отойдем.

— Мам? Ну не сейчас! — шипит она.

Со всех сторон доносятся тихие голоса присутствующих.

«Мама?», «Это первая жена Стрельцова?».

Первая жена? Воздух сгущается, и мне становится сложнее дышать.

— Зачем ты вообще сюда пришла? Уезжай домой, ты только всё портишь! — шепчет дочь, но все слышат. И ещё больше начинают галдеть.

4

Закрываю глаза и тяжело сглатываю. А когда открываю их, пытаюсь вновь расслышать то, во что просто не верю!

Словно в один день я потеряла всё, что имело для меня смысл.

Знаю, что дочь обижена на меня, хотя я на протяжении долгого времени пытаюсь достучаться до нее. Но чтобы так… Она ведь взрослая, и точно так же как и я понимает, кем является эта брюнетка, которая стоит рядом с ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не могу больше здесь находиться. Хочу уйти. Просто исчезнуть…

— Я тебя прошу, — слышится голос мужа рядом. — Давай без истерик. Просто уйди уже отсюда, поговорим дома.

— Давно? — спрашиваю коротко, и мой голос звучит на удивление звонко. Чего уже стесняться, если все всё равно всё слышат.