Статус: студент. Дилогия (СИ) - Федин Андрей - Страница 5

Не увидел понимания в глазах Василия и изменил вопрос:

– Какой у тебя уровень в игре?

– В какой игре?

– В этой… как она называется…

Я развёл руками.

– А!

Мичурин улыбнулся.

– Ты про «Цивилизацию»? – уточнил он. – Я сейчас обычно рублюсь за принца. Но ты начинай с самого лёгкого: с вождя…

Василий переключился на описание компьютерной игры. Я слушал его и ел прямо из сковороды жареный картофель. Премудрости развития собственной цивилизации в игре я пропустил мимо ушей. Зато уяснил другое. Грядущую ночь Мичурин запланировал провести вне общежития: в некой редакции музыкального журнала «Нота», где подрабатывал сторожем наш сосед по комнате «Колян». Фамилию Коляна я не выяснил. Понял только, что целью ночного похода в редакцию были находившиеся там компьютеры. На них студенты Московского физико-механического университета по ночам «рубились в игрушки».

Возможность играть в игре в компьютерные игры мне показалась странной и непривлекательной. Эту идею разработчиков я не одобрил. Тем более что игры тут предлагались из разряда доисторических: Василий обронил, что почти все компьютеры в редакции музыкального журнала были оснащены монохромными мониторами. После этих слов я невольно покосился на стоявший в комнате телевизор – того же поля ягоду, что и монохромные мониторы. В моём представлении, на подобных махинах интересно было бы сыграть разве что в классический тетрис или разложить пасьянс (была такая игра у меня на смартфоне).

При мысли о смартфоне я невольно хлопнул себя рукой по карману. Тут же сообразил, что Василий Мичурин ещё ни разу при мне не воспользовался современными гаджетами. Современными. Я взглянул на стену, где рядом с полуголой девицей красовалась цифра «1995». Вновь сместил взгляд на телевизор. Вспомнил, как получил от родителей в первом классе первый мобильник – кнопочный «Nokia 3110» с цветным экраном, радио и встроенной фотокамерой. Прикинул, какие гаджеты были у людей в тысяча девятьсот девяносто пятом году. Здоровенные телефоны с монохромными дисплеями?

– … Есть два варианта победы, – вещал Мичурин. – Можно уничтожить всех врагов, или первым достичь Альфы Центавра. Я обычно…

– Вася, у тебя есть телефон? – спросил я.

Мичурин замолчал, на пару секунд «завис».

Затем он указал вилкой в пол и сообщил:

– На вахте есть. Только там сегодня опять эта грымза сидит. Лучше из таксофона позвони. Здесь, около общаги они все раздолбанные. Но я знаю один рабочий. Рядом с Арбатом. Из него обычно Коляну звоню.

Мичурин взглянул на часы и заявил:

– Через полчаса двинемся. Надеюсь: сегодня журналисты свалят домой пораньше.

После еды я узнал, что создатели совсем уж ответственно отнеслись к реализму игрового процесса. Сковорода ещё не полностью опустела, когда мой насытившийся желудок скомандовал кишечнику избавиться от шлаков. Посыл я распознал. Удивился.

Мичурин сообщил, что туалет на нашем этаже не работал. Посоветовал спуститься на пятый, если там сегодня «толчки не забились». С рулоном туалетной бумаги в руке я едва ли не выбежал из комнаты – в коридоре встретил парочку «непесей».

В туалете я увидел три разделённые толстыми перегородками кабинки, распахнутое настежь окно и… другие детали, которые обычно в играх не встречал. Вдохнул витавшие в туалете запахи и в очередной раз подивился излишнему реализму игры.

Грязную сковороду мы оставили на столе. Она органично вписалась в состоявший из немытых чашек и тарелок натюрморт. Василий предложил мне выпить по чашке чаю. Но визит в туалет окончательно лишил меня аппетита. Поэтому от чая я оказался.

Я перебрался через кровать на широкий подоконник, посмотрел за окно. Увидел освещённые светом из окна ветви деревьев, разглядел за ними тёмное небо. Я всё ещё слышал доносившиеся с нижних этажей звуки музыки.

Но птичьи голоса смолкли – в этом игра не отошла от реальности. В отражении на стекле я заметил лицо своего аватара, суетившегося в комнате Василия, громадину доисторического телевизора и растянутый над дверью бюстгальтер.

– Макс! – окликнул меня Мичурин. – Собирайся, пора.

Я обернулся и увидел, как Василий перекладывал из холодильника в невзрачный брезентовый рюкзак банки с пивом – непривычно маленькие, объёмом триста тридцать миллилитров (в реальной жизни я чаще встречал пол-литровые).

– Обычно журналисты после девяти уже сваливают из редакции, – сообщил Мичурин. – Не всегда, конечно. Надеюсь, нам сегодня повезёт. В крайнем случае, погуляем до закрытия метро.

Я невольно представил, как буду гонять одноцветные фигурки по выпуклому монитору.

Сообщил Василию:

– Никуда сегодня не поеду. Останусь в комнате.

Мичурин удивлённо вскинул брови, привычным движением убрал с лица пряди волос.

– Макс, ты чего? – спросил он. – Игрушка тебе понравится. Разберёшься, не переживай. Скоро народ в общагу подтянется. От желающих поиграть отбоя не будет. Да и учёба начнётся – по будням в «Ноту» не выберемся.

Я усмехнулся и махнул рукой.

– Сегодня нет настроения. Поезжай без меня.

Василий пожал плечами.

– Ладно, – ответил он. – Как хочешь.

Я перебрался с подоконника на кровать. Понаблюдал за тем, как Мичурин натянул на себя с виду дешманские потёртые джинсы, обулся в кроссовки от неизвестного мне производителя. Василий надел рюкзак, повернулся ко мне.

– Точно не поедешь? – спросил он.

Я покачал головой и ответил:

– Нет. Останусь. Хорошенько осмотрюсь в новой локации.

Мичурин дёрнул плечом.

– Ладно, – сказал он. – Как хочешь. Тогда до завтра, Макс.

Василий шагнул за порог, прикрыл за собой дверь. Я услышал, как щёлкнул дверной замок. Поднял взгляд на бюстгальтер: тот всё ещё виделся мне абсолютно инородным предметом в этой стартовой локации.

Перед глазами зажглась надпись:

Провалено скрытое задание «Выполнить обещание»

Вы потеряли 5 очков опыта

– Что за…

Раскалённые иглы боли вонзились в мои виски и в затылок. Я содрогнулся. Выругался – от боли и от неожиданности. Схватился за голову и повалился на кровать. Надпись по-прежнему светилась передо мной на фоне потолка.

Вот только теперь она была не золотистой, а кроваво-красной. Я заскрипел пружинами кровати, заскрежетал зубами. Раз за разом перечитывал сообщение от игры. Будто бы издалека услышал собственный рык.

Разглядывал красные буквы – чувствовал, как мозг поджаривался на углях из боли. Попытался встать. Но даже не разжал челюсти. Понял, что мышцы свело судорогой. Я не закрыл и глаза – смотрел на сообщение от игры.

«Провалено скрытое задание, – раз за разом перечитывал я. – Провалено скрытое задание. Провалено скрытое задание…» Надпись у меня перед глазами моргнула. Случилось это спустя заполненную болью вечность.

Боль в голове усилилась. Это стало моим спасением. Потому что в комнате сгустились тени. Кроваво-красные надписи медленно и словно неохотно поблекли и растворились в воздухе. Вместе с остальным миром.

Комната тоже исчезла…

…Но боль в голове осталась: острая, нестерпимая, настоящая.

Глава 3

– … Макс! – произнёс Василий Мичурин. – Макс, ты меня слышишь?

«Слышу», – ответил я.

Точнее, попытался ответить. Но не произнёс ни звука. Лишь едва пошевелил языком.

На фоне тёмной пелены перед моими глазами вспыхнула надпись (снова золотистая):

Обновление завершено

Носитель: Максим Александрович Клыков, 20 лет, 0 уровень

Я открыл глаза. Позади сообщения от игры увидел лицо Мичурина. Сразу же отметил две вещи: моя головная боль исчезла, исчезла и надпись над головой Василия.

– Макс, может, всё же скорую вызвать? – спросил Василий.

Я сообразил, что лежу на кровати под окном (в прежней локации). Осторожно приподнял голову – боль не вернулась. Схватился рукой за подоконник, уселся и посмотрел на Василия.