"Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сапожников Борис Владимирович - Страница 314

Первый Атаман был изображен в полный рост и как будто в движении. Лицо и все его тело устремилось куда-то вперед. Туда к Новому миру. Одетый в старую военную форму Того Мира, с множеством карманов, биноклем на шее и верным Калашниковым на согнутой руке. Владычица вздрогнула, искусный мастер мастерски изобразил отца по старым фотографиям. Она его помнила таким еще в Городе, в городе Тех, который она уже никогда не увидит. Молодое, чуть озорное лицо, отчасти приподнятые брови, еще не сжавшиеся в тонкую линию губы.

Крепкое тело еще не старого мужчины, скульптор создал из Михаила Бойко поистине былинного богатыря, искусно спрятав огромную силу внутрь каменной одежды, выдавая ее мощь буграми мускулов на руке и мощной шее. Но она помнила, что ее отец был достаточно сухощав, это его сын стал знатным здоровяком. Но видимо, люди только так могли представить себе героев легендарных времен. Когда в одночасье рухнул весь их прошлый мир, и оставшимся в живых людям пришлось принимать очень непростые решения.

- Сестра, – она увидела рядом лицо брата. – Я его еще помню таким. Эх, чтобы я только не отдал, чтобы очутиться Там и Тогда.

- Понимаю тебя, – с затаенным внутри теплом ответила Огнейя, ее лицо заслонила грусть. – Мы были маленькими детьми, у нас была семья и друзья.

- И весь мир, – тихо добавил атаман. Потом он оглянулся, и на лице опять появилась мягкая улыбка.

- Тетя Наташа и дядя Юра, – однорукий старик ловко поздоровался с высоким мужчиной, которого он знал с пеленок. – Ну, как вы? Как здорово, что добрались сюда!

- Ну а как же, разве мы можем пропустить такое. А ты возмужал, атаман! Эх и седых волос у тебя изрядно прибавилось. Судьба атаманская, она такая. Но ничего, лихие времена миновали.

- Вы так думаете, дядя Юра? – светлые глаза женщины, казалось, вонзались в самую душу старика.

- Эй, Огнейка! Прекрати так смотреть! Уф, ты как ведьма настоящая стала, – старик недовольно зыркнул в сторону белоголовой женщины.

- Не ведьма, а ведунья, дядя Юра.

- Да хоть как назови, - вступилась за мужа пожилая дама – В самом деле, Огнейка, у меня прямо мурашки по коже бегут, когда ты так начинаешь ворожить.

- Колдовать? – Огнейя приятно рассмеялась. – Это не колдовство, тетя Наташа, это сила природы, надо только ею овладеть.

- Ох, девка, лезешь ты, куда не след, – по-стариковски проворчал Юрий Ипатьев.

- За нами будущее, – снова расхохоталась Владычица и игриво глянула на брата. Тот с недовольством сморщился.

Молодой крепкий мужчина продвигал в их сторону инвалидную коляску с высоким, крепким на вид стариком.

- Здравствуйте, дядя Толя, – вежливо вышел вперед атаман, – очень рад, что и вы смогли приехать.

- Да вот спасибо внучку, – кивнул старик на молодца. – Он из рейса вернулся и подговорил. Сам я, как видишь, уже не ходок.

- Понятно, – атаман внимательно присмотрелся к юноше. – Одежда у тебя больно хорошая, откуда?

- В Амстердаме прикупил, а тамошние говорят, что с юга ткань поставляют.

- Значит, хлопок стали снова производить, – задумался Петр, потом встрепенулся. – Дядя Юр и дядь Толь, к нам перебраться не желаете?

- Спасибо, Петя, - ответил за всех Ипатьев, – сам видишь, климат меняется. Больно жарко у вас там, возле моря. Ну а мы все-таки народ северный, да и сами, почитай, у моря живем. Только мало нас осталось стариков.

- Понятно, – кивнул в ответ атаман и повернулся к Рыбакову-младшему. – Как там, вообще, у вас? Давно с вашими не общался, у меня самого на югах дел полно.

- Да нормально, атаман, – вежливо ответил молодой крепыш. – Корабли собираем совместно с финнами и шведами. Я пока шкипером, лет пять прохожу и стану капитаном. Торговля сызнова налаживается, без войны проще жить.

- Еще бы, – криво ухмыльнулся Петр, отчего его шрам стал выпуклее.

- Это тебя там в схватке баварцами приложили, - поинтересовался Анатолий.

- Крепкие ребята оказались. Много наших потеряли.

- Артемка, – всхлипнула Наталья Ипатьева, а Юрий снова положил на ее плечо здоровую руку.

- Мы за него отомстили, – на лицо атамана опустилась лютая зима, а Ипатьев понимающе кивнул.

- Проклятая война, – прошелестел тихо Рыбаков. – Нас и так мало осталось, а все людям неймется. Может, и права Огнейя, людишки просто так не меняются.

Атаман оглянулся, его сестра прогуливалась посреди приглашенных и всех одаривала ласковой улыбкой и добрым словом. Среди людей как будто солнечный ручей протекал, согревая и даря тепло. Он залюбовался своей сестрой, несмотря на возраст, она выглядела моложе многих из знакомых женщин. Их же у вожака было всегда с лихвой.

- Мне надо идти, – виновато посмотрел атаман на старых друзей отца, – сами видите, важные люди пожаловали, вечером еще увидимся.

- Иди, это твоя служба, - напутствовал его Ипатьев, а сам повернулся к памятнику. Этот человек в камне некогда был его близким другом.

- Заматерел, совсем мужчина стал, –пожилой, нон еще крепко выглядящий человек с совершенно седой бородой тяжело вздохнул.

- Он давно уже мужчина, отец, – проговорила светловолосая женщина, она была печальна.

- Ну а ты чего грустишь, дочка?

- Когда увидела этот памятник, даже поверила, что тебя уже и в самом деле нет.

- Меня и нет, - улыбнулся старик, – меня давно здесь нет.

Женщина встревоженно поднялась и подошла к окну, было время полнолуния, и двор оказался ярко освещен. Откуда-то из глубин памяти внезапно поднялись дворы ее детства, независимо от луны, всегда освещенные большими лампами, стоящими на высоких опорах. И где-то теперь дворик ее милого детства? Где, вообще, сейчас их город?

- Ты не жалеешь?

- Что ушел? – мужчина задумался. – А знаешь, иногда да. Но подождешь, посмотришь вокруг … Да и правильно! Можешь - делай!

- Как же друзья? – Владычица обернулась. Её внезапно охватило чувство бессилия перед неумолимым временем.

- Друзья … - старик тяжело вздохнул и задумался. – Огнейя, зачем трогать мое самое больное место? Все можно пережить, всему найти замену, но им замены нет и не будет. С одной стороны, жалко их, с другой … Ну, как им объяснить, почему я так медленно старею? Что еще полон сил и энергии, что мои дети еще живы и защищены моим даром. Они уже многих потеряли, ушли их товарищи, кто-то из детей и даже внуков.

Старик встал с кресла и твердым шагом двинулся к белокурой женщине.

- Ты ведь знаешь, что на кону! Это выше нас и наших желаний!

- Знаю, папа, – взрослая и умудренная жизнью женщина упала в объятья человека, некогда ласкавшего ее еще маленьким ребенком, и замерла на его плече. Ей тут было хорошо и спокойно. Она боялась признаться, что до сих пор чувствует себя рядом с ним маленькой девочкой, со смешной ребячьей походкой и застенчивой улыбкой. Ведь она Владычица, глава большого и важного клана и командир целой армии воительниц. На ее плечах лежит будущее человечества. Хотя может быть, и хорошо - вот так скинуть хотя бы на пять минуток слишком тяжкое для женщины бремя. Видимо, старик понял ее состояние, поэтому прижал к себе покрепче и погладил по волосам, в которых даже не было наметок на седину.

- Все никак не привыкну к твоему новому образу, – проговорил он тихо, – у тебя же в детстве были золотистые волосы и веснушки, а сейчас они больше похожи на платину.

- У моих девочек тоже. Папа — это же несложно, управлять своим телом мы учимся еще с пеленок. Ты бы видел ежедневные упражнения наших воительниц, – женщина усмехнулась, – как-то раз к нам приехали сотники от Петра. Их хватило только на пару дней. Но похвальбы до этого, сколько было! Уважать стали после этого нас по-настоящему. И побаиваться! Увидели в девицах серьезного соперника.