"Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сапожников Борис Владимирович - Страница 849

- Чьи деньги украли у Эдвардса?

- Вопрос мог бы быть и получше, - усмехнулся виконт. – Но неправильным его не назовёшь, а потому отвечу. Одного и самых активных лоббистов в Королевском парламенте, Ричарда Онслоу.

Следом виконт поднялся на ноги, положил на стол салфетку и направился к выходу из кафе. Мы с Кингсфордом не сильно от него отстали, даже увидели, как он сел в шикарный «Мерлин Фантом» традиционного чёрного цвета с серебряной отделкой. На его фоне даже «Ласситер Империал», в котором катался Мишель, выглядел бледно и бедно.

- Урод, как и всего аристократы, - только что не сплюнул ему вслед Кингсфорд. – Ничего мы от него не получили, не стоило и время тратить. Думаю, парни накопали уже интересной информации.

Ждать возвращения Варбёртона и Крисмидора пришлось до самого вечера. Я коротал время за отчётом, который набирал в спокойном темпе, разбирая вместе с шефом каракули бывшего железнобокого. На них вчера у меня уже сил не хватило, глаза болели к вечеру, а мозг просто отказывался работать.

Первым пришёл Тимберс с невероятным количеством фотокарточек. Он разложил лишь небольшую часть на своё столе и позвал нас ознакомиться. Я не ожидал ничего сверхъестественного, однако тщедушный гном сумел меня удивить. Теперь я понял, отчего Кингсфорд всё время держит его при себе, не отпуская на вольные хлеба. Тимберс был просто гением фотографирования. Он подмечал детали, которые точно упустили бы другие, и картина побоища во Дворе чудес предстала перед нашими глазами. Я видел, где были убиты наёмники, там оставались пятна крови на полу и обоях, но не было меловых контуров. Видел, где ещё швырялись гранатами, а где от людей вообще почти ничего не осталось после магических атак. Видел характерные следы армейских ботинок, точно такие же как в «Бычьей голове». Видел, где прятавшихся в комнатах обитателей Двора чудес убивали с жестокой методичностью, а где кое-кто из них умудрялся прихватить на тот свет одного-двух нападавших. Особенно запомнилась полностью выгоревшая комната, откуда ещё не вынесли обгоревшие останки.

- Возможно, среди них есть и нападавшие, - заметил я.

- Их не забрали потому, что опознавать-то нечего, - развёл руками Кингсфорд. – Здесь не огнемёт поработал, поверь мне. Это явно пиромант взорвался.

- Вот тут, - указал на фотокарточку Тимберс. – Видишь, здесь всё прогорело до камня, и очень быстро, за считанные мгновения.

Маги-пироманты не были такой уж редкостью, но несмотря на весьма полезное умение управлять огнём, на фронте популярностью не пользовались. Слишком уж неуравновешенными они были, да и талант их оказался каким-то спонтанным, зависел от настроения самого пироманта, от погоды, да и одни боги знают от чего ещё. Ну а самое страшное, это когда пиромант перенапрягался и пламя брало над ним верх. Взрыв выжигал всё живое в приличном радиусе, а в эпицентре его, как говорят, температура была сравнима с температурой в солнечном ядре. Врут, наверное, но проверять мало кто захотел бы.

Мы как раз заканчивали с фотокарточками с помощью уточнений Тимберса реконструируя ход боя (а точнее избиения) во Дворе чудес, когда порог кабинета переступил Варбёртон. Он слегка покачивался от усталости, как я тогда подумал, однако запах дешёвого виски и джина сразу дал понять, что он попросту пьян.

- Я тебя усажу-таки за парту! – напустился на него Кингсфорд. – Чтобы хоть раз в неделю, а был в вечерней школе, понял меня?

- Да что такого-то, - прогудел Варбёртон, логресский говор стал слышен сильнее.

- Да то такого, что либо пиши разборчивей, либо уж ошибок поменьше делай, вот что такого.

Генри только широченными плечами пожал в ответ.

- А ты чего такой довольный-то? – подступил поближе Кингсфорд. Запаха алкоголя он не чувствовать не мог, тот уже наполнил весь кабинет, и либо играл, либо спрашивал о другом.

- Да кой-чего нарыл уж, - ответил Варбёртон.

- И чего кой-чего нарыл? Говори уж, не томи.

Шеф так ловко спародировал логресский говор, что Варбёртон не удержался от смеха. И лишь спустя минут пять смог нормально изъясняться.

- Я чего пьяный-то, - выдал он, утирая крупные слёзы, - эти же сволочи без джина или виски говорить не станут никогда. Ну чисто цапуны,[1] им лишь бы напоить да так, чтобы потом уже в части в себя пришёл.

- А ты их перепил, выходит, - кивнул Кингсфорд.

- Ага, - с гордостью произнёс Варбёртон. – И заметь, шеф, почти без закуски.

Вот тут я проникся к нему настоящим уважением. Перепить вербовщика дело крайне непростое, а уж нескольких – так и подавно. Эти ребята пьют осторожно, чтобы не свалиться под стол раньше потенциального рекрута, да к тому же имеют лужёные желудки и не пренебрегают кое-какие алхимическими средствами, помогающими им держаться в тонусе.

- И сколько дряни из наших запасов ты выхлебал сам? – поинтересовался у него Кингсфорд.

- Да в основном рвотное, - пожал широченными плечами бывший железнобокий. – Меня ж алхимия слабо берёт после того, как железок внутрь понасовали.

- Ладно, - отмахнулся шеф, - это всё лирика. Давай тебе к делу. Вижу по твоей довольной физиономии, что результат есть. Докладывай.

- Слушаюсь, - почти чётко сумел произнести Варбёртон. – Вербовщики потирают руки и считают прибыли. По всем конторам прошла новость о большом наборе людей в личную охрану виконта Корвдейла.

И вот тут я понял, что несколько часов назад мы, скорее всего, разговаривали с главным заказчиком расстрела «Бычьей головы» и Двора чудес. По старинному закону каждый титулованный аристократ имеет право на отряд личной охраны, наёмников, которые подчиняются только ему, и никому больше – даже королю. Привилегия, оставшаяся с тем давних времён, когда все эти графы, виконты и маркизы с баронами ещё были самостоятельными землевладельцами и вынуждены были сами оборонять свои феоды. Вот только сейчас численность личной охраны строго регламентирована, как и её вооружение и снаряжение. Ничто не позволит частному отряду какого-нибудь барона или даже герцога иметь броневики или хотя бы станковые пулемёты – только ручное оружие, да ещё и с законодательно закреплённым перечнем калибров. Раз в личную охрану виконта Корвдейла потребовались люди, да ещё и в таком количестве, что об этом оповестили сразу несколько вербовочных контор, значит, его отряд где-то понёс потери. Вряд ли виконт вдруг решил резко выгнать достаточно много своих людей, чтобы набрать новичков. И об изменениях законодательства, позволяющих увеличить личную охрану, в газетах не писали, а уж мимо такой новости ушлые журналисты никогда не пройдут.

- Ах ты ж… - принялся ругаться Кингсфорд, и теперь я почувствовал уважение и к нему тоже. Таких загибов с фронта не слышал. По части отборной матерщины шеф оказался настоящим виртуозом. – Довольно инсинуаций… Мой недальновидный друг… Вопрос задать правильный… Да я тебе, мразь, таких вопросов задам, что пожалеешь, что на свет народился, урод… - После этого достаточно печатного куска, шеф вновь скатился на площадную брань, правда, уже без прежней забористости, выражения пошли сплошь самые простые.

- Сам же говорил, - произнёс я осторожно, когда он не то закончил, не то прервался дух перевести, - что руки у нас коротки для таких людей, как Корвдейл.

- Теперь уже нет, - плюхнулся на стул шеф. – Генри, ступай домой и проспись, завтра ты мне нужен огурцом.

- Ага, - пьяно хохотнул Варбёртон, - есть быть огурцом. Зелёным и в пупырышках.

- Проваливай, кому говорят! – рыкнул на него, но без злости Кингсфорд. – А ты, Фонкин, чего расселся, открой окна, в кабинете уже закусывать можно.

Несмотря на открытые окна после ухода Варбёртона алкогольные пары висели словно отравляющий газ над траншеей.

- Чем нам помогли сведения, полученные Варбёртоном? – спросил я.

- Ты забыл о расстрелянных в «Бычьей голове» приличных господах. Они не чета виконту по одиночке, но все вместе их родственники могут доставить проблем даже ему. Тем более что депутат, убитый там, был восходящей звездой Либеральной партии, а двигали его вперёд и вверх весьма серьёзные денежные мешки.